По шагам (СИ)
Гарри замолчал, понимая, что наговорил лишнего, но ничего изменить уже было нельзя. Малфой послушно молчал и слушал, а на его прикрытые глаза локонами спадали спутанные серебристые волосы. С одной стороны, Гарри и сам понимал, что в чем-то виноват, ведь можно было просто дождаться, пока кольцо отберут и все. Хотя… Кого Поттер пытается обмануть? Гриффиндорец - это диагноз, он бы не смог стоять в стороне.
- Прости, - сказал чуть слышно блондин, оперся рукой о стену и с огромным трудом поднялся, тут же хватаясь за правый бок, - Я пойду. Не буду больше отнимать у тебя время.
Гриффиндорец громко фыркнул и отошёл в сторону, давая блондину пройти. Драко выпрямил спину, сделал безразличное лицо и немного неловко прошел мимо Поттера к двери под его пристальным взглядом. Слизеринец коснулся ручки, но резкая боль в боку, ещё секунду назад казавшаяся незначительной, ударила с новой силой, и юноша неудачно подкосился, падая прямо в сторону Гарри. Поттер на автомате выставил ладони вперёд и поймал обмякшее тело:
- Эй! Ты чего, Малфой? - обеспокоенно засуетился гриффиндорец, стараясь привести в чувство неожиданно ослабевшего юношу, но Драко словно и не слышал, закрыв осоловелые глаза.
Рука Гарри коснулась чего-то неприятного и тёплого, блондин заметно сощурился, и Поттер посмотрел на свою ладонь, которая оказалась вся в крови.
- Твою мать! Придурок! Ты же ранен! - выругался парень и навалил блондина на себя, перетаскивая податливое тело в сторону гостиной.
Гулкий звук падающих на ковёр капель заставили Поттера не на шутку напрячься: чего добивался этот псевдогерой? Ещё и уйти хотел! Откинется же от такого кровотечения в считанные минуты!
Гриффиндорец аккуратно посадил Драко на диван, и тот громко зашипел, хватаясь за бок чуть выше тазовой кости.
- У меня нет зелий, - как-то зло сказал Гарри, ища глазами любые вещи, что сгодятся на перевязку, - Надо связаться с Мунго.
- В…твоём кабинете, - через силу выдавил Драко, не открывая глаз, - есть коробка… синяя…в шкафу…за стеклом.
Дело дрянь! Малфой терял сознание, времени медлить не было ни секунды. Перепрыгивая через ступень, Поттер добрался до своего кабинета и начал судорожно открывать все серванты, шкафы, ящики, скидывая все с полок прямо на пол. Коробка, как назло, нашлась почти в конце на самом верху дальнего шкафчика с книгами, и гриффиндорец сразу помчался с ней вниз.
Драко за это время смог как-то освободиться от пальто и сидел в рубашке, пытаясь расстегнуть пуговицы трясущимися окровавленными пальцами.
- Оставь рубашку в покое, - бросил Гарри, как только зашёл в комнату.
Коробка рухнула на диван рядом с Драко, Поттер достал свою палочку и направил ее на раненного, с трудом сглотнул слюну в пересохшем горле и заклинанием разрезал шёлковую рубашку в месте ранения.
- Да тут резанули ножом! Когда ты успел так подставиться? Если драться не умеешь, так хоть не лез бы, - ругался Поттер, оглядывая довольно большую рану с аккуратными, четкими краями.
Обнаружив в коробке бинты, брюнет оторвал кусок, заклинаниями увеличил его до размера большой тряпицы и смочил. Когда грубая холодная материя коснулась раны, Драко судорожно втянул воздух и рвано выдохнул. Гарри старался аккуратно убрать кровь, но она и не думала останавливаться. Вспомнив про зелья в коробке, Поттер быстро осмотрел ее содержимое, мельком оглядывая надписи на каждой склянке.
- Вот. Кроветворное и кровеостанавливающее, - спокойно сказал гриффиндорец и наклонил голову блондина чуть назад, вливая в обсохшие губы несколько глотков того и другого. Малфой послушно все выполнял, но с трудом оставался в сознании.
После зелий кровь получилось смыть, и брюнет достал две баночки с мазями: заживляющее и обезболивающее. Очень медленно, без нажима он обработал рану, постоянно прислушиваясь к сбивчивому дыханию Малфоя, который старался держаться и сохранять спокойствие.
- Ты как? - спросил Гарри, когда процедуры были окончены, и он уже приступил к перевязке.
Драко чуть заметно кивнул не открывая глаз, положив голову на спинку дивана. Через пару мгновений его дыхание выровнялось, и блондин погрузился в сон. Поттер, как только завязал последний узел на бинтах, устало осел на пол; все это время он стоял на коленях перед раненым, и ноги ощутимо затекли. Только в этот момент на Гарри обрушилось осознание того, что произошло, и от этого волосы встали дыбом. Брюнет тут же подбежал к журнальному столику, взял пергамент, написал письмо Гермионе, поднялся на чердак и отправил послание совой.
***
Огонь в камине бурно разгорелся синим, и в гостиную вошла Гермиона, небрежно смахивая пепел с плеч и подола мантии. В полной темноте девушка напряжённо оглядела комнату и тут же увидела Поттера, который сидел в кресле у окна и держал сигарету над столиком, на который медленно опадал пепел. Пустой взгляд парня был направлен в одну точку, и ни один мускул не дрогнул, когда Грейнджер взволнованно потрясла друга за плечо.
- Гарри, - голос девушки звучал словно из-под воды, и юноша не сразу понял, что его кто-то зовёт. Только хлесткая пощёчина после сотого оклика нарушила тишину дома и заставила Поттера придти в себя.
- Гермиона, - безжизненно прошептал Гарри и потянулся сигаретой к губам, но Грейнджер резко выдернула ее и затушила в пепельнице.
- Прекрати курить и скажи, что случилось, где Драко?
Юноша неуверенно показал пальцем на диван, девушка обернулась и увидела спящего Малфоя, укрытого коричневым одеялом, рядом на полу валялсось пальто в крови. Гермиона подбежала к пострадавшему и тут же наложила сканирующие чары.
- Иди на кухню, - попросила гриффиндорка, не отрываясь от работы.
Гарри послушно поднялся и побрел в соседнюю комнату, держась за стены и дверные косяки. Ну улице уже давно стемнело, но Поттер даже забыл про свет; его трясло от того, что случилось буквально пол часа назад. Лампа, наконец осветившая небольшую кухню, заставила Гарри ещё сильнее напрячься; в темноте не было видно засохшей крови на руках, а теперь они показались даже не человеческими из-за кровавой корочки. Поттер подошёл к раковине и стал неистово оттирать ее, понимая, что это кровь другого человека, она яркими разводами уходила в сточную трубу, но легче от этого не становилось. Одно дело, когда ты ранен сам, для гриффиндорца это не было чем-то страшным, а вот ранения другого оказались целым испытанием. Только когда помощь уже была оказана, на Гарри словно с неба свалилось осознание, что другой человек мог умереть на его руках, что все обошлось буквально чудом, и вот это действительно пугало. Поттера трясло даже от мысли об этом, он сам не понимал, как смог в такой ситуации должным образом оказать помощь, он же никогда раньше такого не делал. Сразу вспомнились события дней, которые для нынешнего Гарри были совсем недавними: Хогвартс в крови и огне; десятки мертвых тел однокурсников, учителей, студентов, которые лежали всюду; стойкий запах смерти и отчаяния; руки по локоть в крови и невероятное чувство обречённости. Поттер вспоминал эти дни с ужасом, и сейчас они вновь вернулись, причиняя боль.
Когда вода, наконец, стала прозрачной, Гарри засунул и голову под струю воды, но мысли от этого не прояснились. В груди встал очень твердый ком и не давал дышать, а тело стало невероятно тяжёлым. Юноша осел на стул и уставился в одну точку, и среди всего суматошного хаоса в его голове какие-то очень смутные чувства внутри заставляли волноваться за Драко и бояться за него.
Руки сами потянулись к шкафчику справа, на автомате Гарри вынул из-за стенки пачку сигарет и закурил одну, выпуская густое облако дыма. Он не понимал, откуда знал, что там сигареты, да и сам гриффиндорец никогда не курил, а тут… Нервы захотелось успокоить именно таким способом и никак иначе.
Гермиона вернулась быстро, по крайней мере так показалось парню, она устало рухнула на другой стул, бесцеремонно вырвала у друга сигарету и потушила.
- Ты обещал, что не будешь больше.