Эпизод 1.5: Птенец расправляет крылья (СИ)
- В фехтовальной технике, ты лучше меня, - медленно проговорил он. - Намного лучше. Исполнение приемов чище и резче, связки плавнее, и лучше отработаны. В общем, опыт, талант, и знания. Но я победил тебя два раза из двух, пока мы были в равных условиях. В первом бою, ты не ожидала, что я начну с пятой формы, а не с привычной второй, и мне удалось быстро закончить бой. Во втором поединке, я поймал тебя на смене форм, - тяжело вздохнув, он продолжил:
- Твоя манера боя слишком академична. Слишком… по учебнику, по чужим лекалам, по наставлениям нашего бесценного инструктора Драллига. В ней нет непредсказуемости. Даже фехтовальщик ниже уровнем, вроде меня, может тебя победить, если вы будете равны, или близки, в техниках Силы. А ещё, ты делаешь паузы, перестраиваясь между формами. Именно поэтому, мне удалось достать тебя во второй дуэли. Задержка в бою - непозволительна. Смертельна.
- С паузами - понятно, - согласно кивнула Луминара. - Я над этим поработаю. Но что не так со следованием канонам? Их эффективность, в конце концов, проверена временем. Я не отвергаю твой совет - просто… хочу понять.
- Последовательности, - задумчиво ответил Нил. - Следуя этим самым канонам, ты создаешь последовательности в своем стиле. Если их вижу я, то увидят и другие. А видя последовательность, и зная ее ход, можно превратить ее в уязвимость, - мириаланка задумчиво прикусила краешек нижней губы. Ее пальцы бездумно скользнули по руке Нила, лежащей на ее плече.
- Значит, моему стилю нужно больше хаоса, - полувопросительно проговорила она, и чуть улыбнулась, глядя юноше в глаза.
- Именно, - убежденно заверил ее тот. - Хаос, беспорядок, и отсутствие предсказуемости. В бою, нет ничего хуже, чем действовать так, как ожидает противник. Поэтому я и рискую с выключением меча во время боя - добавляю себе свободы маневра.
- Ясно, - с понимающей улыбкой кивнула Луминара. - Я обдумаю и это. А сейчас, поцелуй меня скорее, и мы продолжим работать над твоей техникой.
- На уроках же нельзя, - удивился Нил.
- В этот раз, сделаю исключение, - весело ответила мириаланка. - Сегодня, ты немножко побыл моим учителем, и я просто обязана тебя наградить, - напевно закончила она, придвигаясь ближе к юноше. Тот с готовностью наклонился к ней, и приник к ее губам.
Эпизод XII: Скрытое благодеяние
Нил Коррин нежно коснулся лица спящей наставницы, гладя ее по щеке. Не сдержавшись, он наклонился к ее губам, и ненадолго припал к ним в поцелуе. Луминара что-то сонно пробормотала ему вдогонку, когда он отстранился, и придвинулась ближе к юноше, чем ввергла его в крайнюю степень умиления. Взявшись за край ее одеяла, Нил осторожно потянул его вниз. Юноше удалось освободить из-под тканевого плена светло-зеленый животик, и почти добраться до бедер, когда мириаланка открыла глаза.
- Нил? - невнятно спросила она, сопроводив это слово протяжным зевком. - Как ты здесь оказался?
- Собрал электронную отмычку на верстаке, - безмятежно ответил тот. Пальцы его правой руки скользнули по плечам женщины, и спустились на прикрытую лифом левую грудь, оглаживая самую вершину упругого холмика. Левая рука увлеченно гладила живот мириаланки, понемногу спускаясь к бедрам.
- Ты вечно от меня запираешься, и сегодня утром, мне пришлось к тебе вломиться, - все так же благостно продолжал он, не прекращая ласкать джедайку.
- З…зачем? - зевота по-прежнему одолевала Луминару. Ее голубые глаза то и дело скрывались под светло-зелеными веками - сон никак не желал выпускать мириаланку из своих объятий.
- У меня образовалась одна большая, стойкая, и срочная проблема, которую я не хочу решать самостоятельно, - доверительно поведал юноша. - Видишь ли, вчерашнего вечера мне совершенно не хватило. После того, как ты ушла к себе, я промаялся без сна половину ночи. А проснувшись утром, обнаружил… отвлекающий фактор, - взяв левую ладошку женщины в свои руки, он нежно поцеловал ее. - Да что рассказывать, сама посмотри, - он опустил ее руку к себе на пах. Луминара удивленно приподняла брови, промаргиваясь ото сна.
- Вчера вечером, ты не отпускал меня ни на минуту, целых три часа, - озадаченно пробормотала она. - Как тебе может быть мало?
- Сияние прекраснейшего изумруда вселенной слишком уж манит меня, - серьезно ответил Нил. - Я очень тебя люблю. И хочу. Прямо сейчас, - наклонившись к мириаланке, он ласково поцеловал ее в уголок губ.
- Ты, конечно, можешь прогнать меня, - скорбно продолжил он. Его руки вновь легли на тело Луминары - правая легонько коснулась напряженного левого соска, натягивающего серую ткань, а левая опустилась на внутреннюю сторону левого бедра женщины, ласково его поглаживая. - Я уйду, проторчу пол-утра в холодном душе, кое-как приду в норму, и с трудом дотерплю до вечера. Но давай не будем прибегать к таким крайним мерам? - Луминара растерянно хихикнула. Ее левая рука, все так же лежащая на промежности Нила, сделала поглаживающее движение, от которого юноша вздрогнул, судорожно вдохнув.
- Это самая странная попытка соблазнения на моей памяти, - озадаченно произнесла она.
- Она работает, или нет? - серьезно поинтересовался юноша. Мириаланка нарочито задумалась, снова погладив его пах. Нил тихо охнул.
- Пожалуй, что… да, - с преувеличенной серьезностью ответила Луминара.
Просияв облегченной улыбкой, юноша наклонился к ней, и страстно впился в ее губы. Почти сразу же, он сжался в судороге, глухо застонав - нежная ручка мириаланки, держащая его за самое уязвимое место, сжалась, лаская его намного грубее, чем раньше. Сорвав с женщины одеяло, Нил вздернул ее с кровати, и поставил на ноги. Он провозился с застежкой ее шорт совсем недолго, как и с собственными штанами и трусами. Избавившись от лишней одежды, он снова приподнял Луминару, держа ее за бедра, усадил на краешек стола, и, придвинувшись вплотную, вошел в нее. Протяжно застонав, мириаланка обвила бедра Нила ногами, вжимая его в себя. Ее тонкие пальцы вцепились в плечи юноши, и она выгнула спину, запрокидывая голову. Не прекращая двигаться в ней, Нил потянулся к губам любовницы, и страстно припал к ним. Вволю поласкав ее нижнюю губу своими, он поцеловал Луминару крепче, проникая языком в ее рот. Самозабвенно стонущая мириаланка не ответила - лишь ее язык сплелся с языком юноши в горячей ласке. Руки Нила все так же крепко сжимали пышные бедра любовницы, не в силах отпустить их. Приближение пика почувствовалось юноше нарастающим напряжением в паху, тяжким и непереносимым. Когда это напряжение вырвалось на свободу, изливаясь в лоно Луминары, он чуть не рухнул на пол, задрожав всем телом. Мириаланка, дождавшись, пока он кончит, обвила шею Нила руками, и обессиленно повисла на нем, соскользнув со стола.
- Полегчало? - прошептала она, уткнувшись лицом в его грудь.
- Ненадолго, - хрипло ответил юноша.
Он и вправду чувствовал, что желание уже возвращается, зарождаясь в низу живота. Подхватив Луминару на руки, он отнес ее на кровать, и уложил на спину, устроив попу любовницы на самом краю. Тяжело дышащая женщина бессильно обмякла, растянувшись на простынях. Мелкие капельки испарины блестели с ее лица, точно утренняя роса, выступившая на свежей траве.
Быстрым движением стащив рубашку, и наклонившись к любовнице, Нил двумя движениями пальцев избавился от передней части ее топа, отбросил полосу ткани в сторону, и огладил обнажившуюся грудь. Вид двух прекрасных полушарий, и торчащих темно-зеленых сосков, выдающих возбуждение мириаланки, наполнил желанием и самого юношу. Кровать была недостаточно высока, и ему пришлось встать на колени, чтобы оказаться вровень с ней, но Нил обратил мало внимания на эту мелочь. Они вновь слились воедино, с обоюдным страстным стоном. Стиснув бедра любовницы, юноша огладил ее гибкий стан, и с наслаждением сжал ее груди, поглаживая пальцами ареолы сосков. Луминара снова изогнулась дугой; ее левая рука сомкнулась на запястье Нила, и толкнула его вниз. Юноша немедленно понял ее просьбу. В последний раз погладив левой ладонью упругое полушарие груди, он положил руку на лобок мириаланки, и принялся ласкать ее клитор, вместе с движениями бедер. Рука женщины неловко огладила его плечо, и, судорожно сжавшись от очередной откровенной ласки, на секунду впилась ногтями в кожу юноши. Тот лишь усерднее задвигался в ней. Вскоре, судорога наслаждения сотрясла их обоих. Нил с трудом встал, все еще подрагивая от недавнего оргазма, и неуклюже разгибая чуть онемевшие ноги.