Эпизод 1.5: Птенец расправляет крылья (СИ)
Нил с наставницей довольно долго мерили серый дюракрит шагами, пробираясь мимо опустевших общих камер к одиночкам. Их двери - тяжелые плиты дюрастали, - расчертили дальнюю стену однообразным геометрическим узором. Единственные стражники на этаже, пара твилеков в синих кителях, скучали у одной из них, мерцающей зеленым индикатором открытого замка. Из-за двери раздавались приглушенные вопли, глухие звуки ударов, и злобные выкрики.
Стражи дверей издали заметили джедаев, но особого внимания на них не обратили. Заранее предупрежденные о визите комендантом этого скорбного уголка, они лишь лениво откозыряли, и расступились в стороны, когда Луминара с падаваном подошли ближе. Три металлокомпозитные створки разъехались в стороны и вниз, приглашая джедаев внутрь, и открывая их глазам неприглядное зрелище, с не менее отталкивающим звуковым сопровождением.
- …Это тебе… за моих… боевых товарищей… скотина, - кряхтел дюжий твилек, раз за разом пробивая мощные кроссы по ребрам дуроса в тюремной робе.
Голый торс любителя рукоприкладства, мясистый и зеленый, блестел от пота: твилек явно охаживал пленного по бокам уже долгое время. Он трудился не в одиночку: второй твилек крепко удерживал сепаратиста за локти, молча кривя светло-коричневую физиономию в злобной гримасе. Их жертва и не думала сопротивляться - только дергалась и охала от особо крепких тычков. Тюремная серость мешковатой робы дуроса была порядком разбавлена зеленоватыми потеками, чьи источники - разбитые нос и губа пленника, - продолжали сочиться кровью. Ее струйки расчертили синее лицо дуроса причудливой маской, вкупе с болотного колера пятнами застарелых гематом, и темными желваками свежих шишек.
- А это… за… соседей… х-ха! - резко выдохнул зеленый твилек, и его тяжелый кулак врезался в челюсть пленного. Голова дуроса бессильно мотнулась.
- Вон отсюда, - процедил Нил Коррин, едва ступив на порог камеры. - Немедленно.
- Это еще кто? - угрожающе набычился зеленокожий, поворачиваясь к двери. - К нам приперся любитель сепов? Что, хочешь на место этой синерожей твари, мальчишка?..
- Я сказал, пошли прочь, - в голосе юноши зазвучал металл. - И не возвращайтесь. Идите на ближайшую городскую стройку, и примите в ней самое живое участие.
Взгляды твилеков остекленели. Светло-коричневый отпустил свою жертву, зеленый подхватил с пола смятый ком рубашки, и оба дружно зашагали к выходу. Нил проводил их раздраженным взглядом, и наклонился к безжизненно лежащему дуросу. Почти сразу же, лицо юноши страдальчески скривилось.
- Повреждения мозга, бр-р, - он передернулся всем телом, вглядываясь сквозь Силу в жизненные течения военнопленного. Те, скудные и прерывистые, выглядели особо неприятно в районе головы, напоминая грязный, взбаламученный омут.
- Покажешь класс? - попросил Нил наставницу. - Я даже и не знаю, как к этому месиву подступиться.
Луминара сосредоточенно кивнула, присела на корточки рядом с избитым дуросом, и протянула к нему руку. Ее длинные пальцы, поначалу неподвижные, мелко задергались в кажущихся непроизвольными движениях. Нил, наблюдающий работу мириаланки сверхъестественным восприятием, восхищенно заулыбался.
- Великолепно, - не сдержал он восторженный комментарий. - Ты у меня настоящий виртуоз.
- Спасибо, но не забывай, что мы тут делаем, - ровным тоном ответила джедайка, не прекращая целительской техники.
Юноша лишь рассеянно покивал, и продолжил следить за ее работой. Та спорилась - тончайшие потоки Силы вибрировали и изгибались от усилий Луминары, точно струны под пальцами опытной арфистки, и оплетали голову военнопленного тонкой сетью. Техника женщины до абсурдного напомнила Нилу работу ткацкого станка: легкие, точечные прикосновения целительных энергий понемногу превращали бесформенную мешанину жизненных течений дуроса в сложное, упорядоченное сплетение. Несколько тысяч лечащих касаний спустя, это сплетение тускло замерцало жизнью.
- Дальше сам, - утомленно высказалась Луминара, вставая на ноги. - Ненавижу лечить сложные сотрясения.
Нил согласно кивнул, и потянулся к Силе. Его техника, намного более простая и грубая, окутала голову дуроса мягким облаком, наполняя ее течения жизненной энергией. Пленник неуклюже шевельнулся, и скорчился в судорожном кашле.
- Только не говори, что тебе и почки отбили, - недовольно пробурчал юноша. - Или еще какие потроха. Ты, вообще-то, военный преступник, и быть твоим личным травматологом мне вовсе не в радость, - Луминара устало фыркнула на ремарку ученика. Еле живой сепаратист, тем временем, зашевелил губами, но не издал ни звука.
- Ну, отплюйся, что ли, - сердито посоветовал ему Нил. - Выхаркай из глотки все выбитые зубы, и попробуй еще раз, - дурос честно попытался, но смог произвести на свет лишь невнятный хрип.
- Да ситхову же мать, - заругался юноша. - Эй там, за дверью! - тяжелые створки распахнулись, и в камеру с ленивым любопытством заглянул один из безопасников.
- Вода есть? - коротко спросил его юноша. Твилек безразлично качнул головой.
- Так принеси! - рявкнул Нил. - Чего встал?! Бегом, бегом, бегом! - охранник заполошно вскинулся, и зарысил в сторону ближайшей из общих камер.
- Вижу, армия привила тебе полезные навыки, мой юный падаван, - иронично отметила Луминара.
- Скорее, вытащила наружу скрытые пороки, - все еще недовольно отозвался юноша. - Хотя нельзя не признать, с некоторыми разумными по-другому никак.
Тем временем, в камеру вошел давешний твилек-безопасник, и неловко протянул Нилу большой пластиковый стакан с крышкой. Едва лишь рука юноши сомкнулась на невзрачном сосуде, как охранник метнулся наружу чуть ли не бегом. Нил издал раздраженный фырк сквозь сжатые губы, и присел рядом с дуросом.
- Держи, - емкость с водой опустилась на дюракрит рядом с лицом пленника. - Только не говори, что я тебя еще и поить должен. Ой, подождите, - он безрадостно улыбнулся собственной шутке, и встал на ноги. Лежащий мужчина неловко подтянул стакан ближе, и судорожно выхлебал его до дна, давясь и обливаясь.
- Мезерель Слоук, специалист, личный номер шестьдесят-черек-тридцать-три, - тихо просипел он, закончив с водой. Нил схватился за лоб, и неверяще расхохотался.
- Вот что значит благодарность сепов, - с преувеличенной печалью обратился он к Луминаре. Та искривила губы в безрадостной улыбке.
- Может, хотя бы спасибо скажешь? - издевательским тоном спросил дуроса юноша. - За воду там, или лечение внутримозговых гематом?
- Мезерель Слоук, специалист, личный номер шестьдесят-черек-тридцать-три, - ответил тот чуть увереннее.
- А я - Нил Коррин, очень приятно, - передразнил его юный джедай. Раздраженно махнув рукой, он снова повернулся к наставнице.
- Ты как, отдохнула? - спросил он с легким беспокойством. - Если нет, можем вернуться завтра.
- Завтра, этого типа снова изобьют, - со вздохом ответила мириаланка, без труда поняв прозрачный намек падавана. - Попробуй лучше сам, Нил, ты достаточно освоил внушение. Не волнуйся о последствиях, - добавила она, предупреждая возражения юноши. - Это же военный преступник.
- Да, но… - юноша запнулся на полуслове, и с неохотой кивнул. Неторопливо развернувшись к Слоуку, он склонил голову на плечо, и задумчиво осмотрел его из-под приспущенных век.
- Мезерель Сло… - снова завел тот свою однообразную песню.
- Заткнись, - оборвал его Нил. - Не отвлекай, а то лишишься остатков мозгов, - мужчина испуганно захлопнул рот. Юноша продолжил свой неспешный осмотр.
- Ты хочешь ответить на наши вопросы, - медленно заговорил он. - Искренне и правдиво.
Слова покинули его губы сгустком смысловых вибраций, и тут же смялись в микроскопическую сферу, в бесконечно малую точку, сияющую невидимым светом. Эта точка метнулась вперед, за доли секунды преодолевая расстояние до разума Мезереля Слоука, и нырнула внутрь.
Все внимание Нила сосредоточилось на его технике, на волевом посыле, путешествующем извилистым мысленными коридорами. В этот раз, юный джедай не только и не столько прорывался через естественную защиту чужого разума. Ни тонкая паутина подточенной решимости, ни осколки уверенности в себе, ни мерцающее защитное поле преданности вышестоящим не стали бы для юноши сколько-нибудь трудной преградой. Главной трудностью этого внушения было не порушить расползающуюся руину разума Мезереля Слоука, на живую нитку скрепленного Луминарой из обрывков и обломков. Нил не желал калечить техниками Силы даже военного преступника.