Эпизод 1.5: Птенец расправляет крылья (СИ)
- Да, я использовал ситховский кодекс - настроился на эмоциональную подпитку с его помощью, - безмятежно прервал ее сбивчивую речь Нил. - Если все правильно сделать, это совсем не больно, - он весело рассмеялся неожиданной и неприличной ассоциации.
- Нет, ты точно спятил, - убито пробормотала джедайка. - Или твое эго не вынесло трудностей? Опомнись, Нил. Да, мы нередко терпели поражения, но в итоге, справлялись же! Со всеми трудностями справлялись. Пара мелких ранений - не причина превращаться в воплощение всего, с чем мы боремся! Ситх знает что, - она пораженно засмеялась. - Все это время, я считала тебя умным, осторожным, взрослым… Я давала тебе столько свободы, сколько могла, а ты… ты злоупотребил моим доверием самым худшим образом. И ради чего? Ради чего, Нил?! - воскликнула она с отчаянием в голосе.
- Ради нас, конечно же, - юноша пожал плечами.
Он ожидал от Луминары непонимания, и, возможно, неприятия, но ее крики и оскорбительные слова понемногу затеплили в его груди огонек раздражения. Нил подавил это чувство - он все ещё верил, что сможет убедить мириаланку в своей правоте.
- Я просто хочу сохранить все то хорошее, что у нас есть, - начал он объяснения. - Кодекс ситхов прав - нас сковывают цепи ограничений, которые может преодолеть только сила. Теперь, она у меня есть, и мы сможем…
- Ах, так ты ради силы пал на темную сторону?! - вскричала женщина. Растерянность в ее голосе понемногу уступала дорогу злости. - Тебе силы захотелось набрать, быстро и легко? Нет, я точно была о тебе слишком хорошего мнения! Ну как ты мог, Нил? - с несчастным видом спросила она. - Это же глупейшая, грубейшая ошибка. Детская. Ты ведь умнее этого. Или поражения и правда настолько тебя подкосили, что ты тронулся умом?
- Кажется, я понял, - медленно заговорил юноша. - Ты даже выслушать меня спокойно не можешь, потому что боишься. Боишься быть слабее меня. Боишься быть второй. Помнишь, как в нашу первую ночь, ты показала мне, кто главный - стукнула меня телекинезом? Не бойся, я не стану устраивать что-то подобное. Наоборот, я хочу разделить с тобой все, что понял и узнал. Ты по-прежнему будешь моей наставницей, и мы все так же будем учиться друг у друга… - он благодушно заулыбался.
- Да что за бред ты несёшь?! - перебила его Луминара, в отчаянии хватаясь за голову. - Мне, изучать техники темной стороны?! Нил, в них нет ничего хорошего! Почему, почему мне нужно тебе это объяснять? Десять лет учебы в храме, твой собственный опыт… а ты берешь, и плюешь на все это, - она горестно застонала.
- Все, что я делаю, я делаю ради нас, и ради простых разумных! - рявкнул Нил, неподдельно рассерженный ее упорством. - Я просто хочу и дальше защищать их! С силой темной стороны, мы сможем делать это без помощи храма! Подумай хоть раз, да головой, а не уставом ордена, и сразу все поймёшь!
- Защищать разумных? - горько ответила мириаланка, не обратив внимания на его выпад. - Сейчас, разумных впору защищать от тебя! Ты хоть понимаешь, что сотворил с собой?
- Я стал сильнее, - процедил юноша. - Лучше. Похоже, именно это тебя и беспокоит. Похоже, все это время ты любила не меня, а слабую, покорную, ведомую версию меня. Вот и бесишься теперь - она ведь пропала.
- Если настоящий ты - ситх, сходящий с ума ради лишней капли силы, я и вправду любила кого-то другого, - горько ответила женщина. - Того, кто готов был жертвовать многим, если не всем, защищая мирных разумных. Того, кто вместе со мной боролся с опасными безумцами, тешащими свое эго превосходством над другими. Но не того, кто жаждет стать одним из таких безумцев. Прекрати, Нил, - в ее синих глазах стояли слезы. - Одумайся. Ещё не поздно все исправить.
- Исправить?! - зарычал юноша. - Хочешь сказать, ограничить?! Забрать то, что мое по праву?! Подавить, ослабить, загнать под каблук?! Ну уж нет!
Жаркая, нерассуждающая злость бурлила в нем, путая мысли и туманя взгляд. Бурлила все сильнее, пока не выплеснулась наружу. Его телекинетический удар, много более мощный, чем раньше, выглядел дымчато-багровой сферой; она прошила воздух вспышкой воплощённой ненависти, целя в грудь Луминары. Та ответила своей техникой, но не смогла защититься полностью - джедайку сорвало с места, и протащило по полу добрых пару метров.
Нил не оставил ее в покое - бросившись следом, он врезался в мириаланку всем телом, и ударил ее о переборку. Его локоть надавил на шею Луминары, заставляя ту хрипеть и бессильно хватать воздух губами.
- Я не хочу забирать, - с трудом выдавила она. - Я хочу вернуть… тебя…
Эти слова пробудили в юноше ещё более сильную вспышку ярости. Зло оскалившись, он занёс кулак для удара наотмашь.
Когда его рука не сдвинулась с места, Нил несказанно удивился, и даже заподозрил некую технику Силы. Никакой техники, разумеется, не было. Было лишь его собственное нежелание, что изумило юношу ещё больше. Это удивление слегка отрезвило его - настолько, что красный туман ушел из его глаз. Нил разглядел, наконец, печаль, тоску, и сожаление в глазах Луминары. В глазах его любимой женщины, которой он собирался причинить боль. Которой он уже причинил боль, не задумываясь над тем, что творит.
Все опьянение силой, все бурные и разнообразные чувства, теснившиеся внутри него, и наполнявшие Нила энергией, схлынули отливной волной, оставив за собой неприкрытый, обнаженный стыд. Стыд не менее жаркий, чем недавняя ярость. Юноша потерянно опустил руки, и неловко попятился от Луминары. Его ноги зацепились друг за друга, и Нил рухнул навзничь, почти не заметив ни боли от удара, ни самого падения. Схватившись за лицо, он свернулся в позу эмбриона, и протяжно застонал.
- Я… я… как же так?.. Это ведь не… Я не хотел… не этого хотел… - бессвязно забормотал он.
- Нил, - раздался над ним мягкий и тихий женский голос. - Нил… встань, пожалуйста.
Он не ответил, и даже толком не понял слов Луминары - осознание жгло его все сильнее, заслоняя весь остальной мир. Мириаланка не оставила его - ухватив юношу за плечи, она медленно, с натугой подняла его в сидячую позу. Вздрогнув от неожиданного прикосновения прохладных ладоней к лицу, Нил открыл глаза, и встретил взгляд джедайки, полный понимания и жалости. Он тут же отвёл глаза, не выдержав новой вспышки стыда.
- Не смотри на меня, - выдавил он, глядя в пол. - Не трогай. Я слишком грязен. Я испачкал себя изнутри, сам, добровольно. Я… я поднял на тебя руку, - громко всхлипнув, он потерянно умолк.
- Просто запри меня здесь, - убито продолжил он, - отвези на Корусант, и сдай храмовой страже. Безумных выродков, вроде меня, лучше изолировать от общества.
- Не надо, Нил, - успокаивающе ответила Луминара. - Не казнись. С тобой произошло то же самое, что и с большинством джедаев последних лет, вздумавших полезть в ситховские тексты. Поэтому орден их запрещает, вместо того, чтобы разъяснять их опасность. Соблазн легкодоступной силы велик, а наглядных примеров того, как теряют себя павшие на темную сторону, у современных джедаев нет. Вообще-то, мне не положено знать о таком, - она чуть улыбнулась. - Ведь я всего лишь рыцарь. Но моя наставница решила последовать кодексу, а именно, его части о знании и неведении, в обход устава, и объяснила мне все.
- Да плевать на это, - вымученно ответил юноша. - Плевать на темную сторону, падших, и все такое прочее. Я всерьез собирался тебя избить. Никто меня под руку не толкал. И я даже успел немного, прежде чем опомнился, - он подавленно схватился за лицо. Луминара накрыла его ладони своими, и отвела их в сторону. Юноша бросил на нее короткий взгляд, полный мучительной вины, и снова уставился себе под ноги.
- Ради тебя, я готова на много большее, чем вытерпеть минутку неприятных ощущений, - твердо произнесла мириаланка. - Посмотри на меня.
Нил неохотно поднял взгляд на лицо женщины. Джедайка неотрывно глядела на него, излучая решительность и заботу. Юноша до боли прикусил губу - его очень некстати посетило воспоминание, как он смотрел в эти синие глаза с искренней злобой, желая причинить боль.