Охотница (ЛП)

Я вздохнула и проворчала что-то себе под нос по поводу выбора времени, но Зан просто одарил меня редкой улыбкой и подмигнул.
— Я заглажу свою вину, — прошептал он, когда мы проходили через дверь в гостиницу, и мои бедра задрожали в предвкушении.
22 раздник бушевал всю ночь, и к тому времени, когда рассвет начал намекать на окрашенный красным горизонт, мои ноги гудели от танцев, а голова кружилась от алого ягодного вина.
Я, наконец, смогла сослаться на усталость и оторваться от леди Стальгорна, которые, казалось, были полны решимости выразить свою признательность, устроив лучшую вечеринку, на которой я когда-либо была. Все это было немного неудобно, поскольку именно Бармзиг сняла их проклятие, а не я. Но никто из них не захотел прислушаться к голосу разума, когда я попыталась объяснить это, и вместо этого просто налили мне еще вина.
Слегка пошатываясь, я зашла в бар гостиницы выпить стакан воды,
прежде чем подняться к себе в номер.
Чувствуя себя неуютно в своей новой личности, я предпочла спрятать корону Офелии под расшатавшейся половицей, а не носить ее. Надеть это было слишком похоже на принятие всей ответственности, которая навалилась на мои плечи, а я еще не была готова к этому.
Пробираясь по коридору, я провела пальцами по стенам и в ответ услышала успокаивающее гудение короны. Она все еще была там, куда я ее положила, благодаря… э-э… судьбе это был бы неподходящий выбор, учитывая, что это был бы Сэл, который и заварил всю эту кашу в первую очередь.
Толкнув дверь, я, покачиваясь, вошла, шелестя своим красным, наколдованным богом платьем.
Дверь за моей спиной с грохотом захлопнулась, и чья-то рука протянулась из темноты, чтобы схватить меня за запястье. После сильного рывка мое равновесие сдвинулось со своей оси, и я обнаружила, что прижата к двери очень сильным, очень твердым телом, прижатым ко мне, и горячим дыханием, овевающим мои губы. — Зан, — вздохнула я, растворяясь в его знакомом прикосновении.
Теперь, когда я поняла его метку, я поняла, как он почувствовал, что я тону. Мы были связаны друг с другом, маленький кусочек моей души поселился в его груди, там, где была эта серебряная зигзагообразная отметина.
— Моя королева, — прошептал он в ответ с благоговением. — Я ждал тебя целую вечность.
Я слегка хихикнула над его драматическим преувеличением.
Сладкий привкус алой ягоды в его дыхании был достаточным доказательством того, что я была не единственной, кого леди Стальгорна потчевали вином.
— Прошло всего несколько часов, — ответила я с усмешкой.
— Мне показалось, что прошла целая вечность, — поправил он свое заявление. — Все, на чем я был способен сосредоточиться всю ночь, это изгиб твоей талии, изгиб спины, этот тихий стон, который ты издаешь, когда мы целуемся… — Словно демонстрируя, что он имел в виду, он накрыл мои губы своими и дразнил легкими, сладкими поцелуями, пока я не захныкала и у меня не задрожали колени.
— Зан, — вздохнула я, когда его руки подняли ткань моего платья и обнаружили под ней мои обнаженные бедра. — Не дразни меня.
Его губы изогнулись в улыбке на моей шее, когда он поцеловал меня туда, слегка посасывая точку пульса и заставляя меня дрожать.
— Дразнить тебя — это именно то, что я планирую делать, — пообещал он мне. Его дыхание овевало влагу на моей коже, оставляя после себя восхитительные мурашки. — Помнишь, когда я привязал тебя к своей кровати? — он прошептал, когда его рука нашла мой горячий, влажный центр, а пальцы погладили мою плоть. Я заметила ранее, что в моем магически созданном платье не было нижнего белья,
не то чтобы я носила его с тех пор, как потеряла трусики на волшебном цветочном лугу, но я тихо надеялась, что эта связь с Заном могла произойти раньше, и не потрудилась надеть что-нибудь обратно.
— Угу, — выдохнула я в ответ, затем ахнула, когда его указательный палец скользнул между моих складочек. — А что насчет этого?
Его палец скользнул дальше, вжимаясь в меня, прежде чем отстраниться, чтобы подразнить мой клитор так, что мои бедра задрожали, а ногти впились в его талию.
 
— Мне очень понравилось, что ты в моей власти.
Я рассмеялась горловым, наполненным сексом смехом.
— Пока ты не решил нарушить свою клятву и умереть на мне, когда я все еще была связана. — Я обхватила его лицо ладонями и подняла его глаза на уровень своих. — Никогда, никогда больше не пугай меня так, Зан, — потребовала я умоляющим, отчаянным шепотом.
Его пальцы продолжали двигаться по мне, потирая круги вокруг моего клитора, пока я почти не стала видеть звезды, прежде чем он погрузил два пальца глубоко в меня, заставив меня тихо застонать. Тем не менее, я твердо выдержала его взгляд, а он просто смотрел на меня в ответ, как будто я была всем его чертовым миром.
Мы оставались в таком положении, его рука вытягивала из меня удовольствие, попеременно дразня мой клитор, затем заполняя мое пульсирующее влагалище, пока я не взорвалась в изысканном, страстном оргазме, который заставил меня задыхаться. По моему лбу струился пот, но наши взгляды по-прежнему не отрывались друг от друга.
Когда спазмы моей киски прекратились, а дрожь в бедрах утихла,
Зан нежно поцеловал меня. Его хватка на моем обнаженном бедре под задранными красными юбками усилилась.
— Никогда больше. — Он прошептал мне свое обещание. — Я люблю тебя, Луна. Я никогда больше не рискну потерять тебя, теперь,
когда ты выбрала меня.
Эти слова были как ведро ледяной воды, и я мгновенно протрезвела. Исчезла та сверкающая, наполненная любовью дымка, в которой мы только что существовали вместе. Абсолютное понимание того, что Зан неправильно истолковал то, что только что произошло между нами, пошатнуло меня, и я резко втянула воздух.
— Зан, — прохрипела я, медленно качая головой. — Я не….. Я не… Ошеломленная, счастливая улыбка исчезла с его лица, и он нахмурился, отступая от меня. Мои юбки снова упали вниз в ужасном эхе того, что, как я могла видеть, делали эмоции Зана — отключались. Однако в его голосе звучали боль и предательство.
— Как ты можешь так поступать с нами? — спросил он меня, нахмурив лоб. — Как ты можешь ожидать, что мы будем делить тебя с кем-то и все будут просто счастливы от этого?
— Я… — у меня не было слов.
Он сделал глубокий вдох, затем раздраженно выдохнул, как будто пытался справиться со своими эмоциями и потерпел неудачу.
— Что, если я попрошу то же самое у тебя, Луна? Что, если я попрошу тебя разделить меня с другими женщинами? Тебя бы это устроило?
Чувство вины и печаль сдавили мне горло.
— Нет, — прошептала я с полной искренностью, несмотря на то, какой лицемеркой это сделало меня. — Нет, я не смогла бы этого сделать.
— И что? — подсказал он, но я только покачала головой. Что, черт возьми, я могла сказать, чтобы все это улучшить? Возможно ли это вообще прямо сейчас?
— Луна, — сказала Зан тихо и с оттенком гнева. — Ты серьезно пытаешься сказать мне, что ты не просто выбрала меня? После всего, что я сказал о том, что не хочу ссориться со своими братьями, о том,
что тебе нужно было принять решение… — Он замолчал и в сумрачной комнате медленно провел рукой по волосам.
— Но это было… — Я не могла подобрать слов, отчаянно желая все исправить. — Ли и Тай не заставляют меня выбирать.
Я тут же пожалела о своих словах.
— Ну что ж, — сказал Зан самым холодным голосом, который я когда-либо слышала. — Я желаю вам троим счастья.
— Зан, это не… — я пересекла комнату, чтобы попытаться схватить его за руки, но он уклонился от моей попытки. Вместо этого он протиснулся мимо меня и рывком распахнул дверь.
— Куда ты идешь? — Спросила я, выходя вслед за ним в коридор.
В свете фонаря нельзя было не заметить явного предательства на его лице, когда он бросил взгляд через плечо.
— Прочь, — рявкнул он. — Я же говорил тебе, что не могу этого сделать, я не могу делить тебя со своими братьями. Видя тебя с ними, я превращаюсь в человека, которым не хочу быть. — Он продолжал удаляться от меня, и я последовала за ним, как будто мы были привязаны ремнем безопасности.