Кровь Василиска. Книга XI (СИ)

А я переживал, что они не поладят…
И видимо, зря.
Я невольно улыбнулся наблюдая за тем, как Принявшая разложение о чем-то втолковывает четырехрукой шаманке, явно занимая в этом разговоре главенствующую позицию.
Кстати, насчет этого. Было сразу видно, что дочь вождя Детей Угла не только старше и мудрее дочери Утопающего в крови, но и гораздо сильнее в магическом плане.
  
И судя по тому, как с ней себя вела Багровая роса, Иная это прекрасно понимала.
— Я сейчас, — вежливо кивнув своим друзьям, я подошел к шаманкам и стоило мне с ними поравняться, как на лицах жен сразу же появились довольные улыбки.
Причем, они явно были искренними. Было видно, что девушки и правда рады меня видеть.
— Люк! — произнесла Принявшая разложение. — Как раз хотела с тобой поговорить, — добавила дочь Избранника Угла.
Вон даже как. Интересно!
— О чем? — спросил я, смотря на Иную, которая, явно, пребывала в хорошем настроении.
— У нас с Росой есть для тебя подарок, — произнесла шаманка и посмотрела на свою багровую подружку.
Дочь Утопающего в крови кивнула моей первой жене и Принявшая разложение вытянула руку вперед.
— Это тебе от нас, — произнесла Иная и я увидел небольшой магический предмет, который лежал у нее на ладони.
И это был магический жезл.
— Ты умеешь использовать магию, — произнесла дочь вождя. — Но ты используешь ее грубо и много из нее, тратиться впустую, — добавила моя собеседница. — С ним, — шаманка кивнула на магических жезл в ее руках, использовать дар Великой Матери будет гораздо проще, — пояснила Иная и я сразу же использовал магическое зрение.
Ничего себе! — каким же было мое удивление, когда я увидел какой магической силой обладает этот предмет.
Особенно большая концентрация была в его навершии.
Я повнимательнее присмотрелся к магическому предмету и увидел два небольших камня, которые были вставлены в глаза черепа.
Именно от этих камней и исходила магическая сила.
— Бери, — шаманка кивнула на предмет в ее руке и я принял его.
Хм-м, интересно, — подумал я, смотря на небольшой черепок, который явно принадлежал какой-то змее или рептилии.
Это случайность, или так было задумано? — пробежала в моей голове мысль, пока я рассматривал подарок шаманок.
— Спасибо! — поблагодарил я Принявшую разложение. — Но я не знаю, как им пользоваться, — честно сказал я Иной.
— Мы научим, — ответила дочь Избранника Угла и переглянулась с Багровой росой. — Так ведь? — спросила она у дочери Утопающего в крови и та застенчиво кивнула.
Я невольно улыбнулся наблюдая за реакцией бардовой шаманке, которая оказалась совершенно не такой, как я себе ее представлял.
Имея очень грозные и я бы даже сказал брутальный и воинственный вид, Багровая роса оказалась совершенно другой «внутри».
Четырехрукая шаманка была не только интересной собеседницей, которая много знала про Земли, в которых жила, но еще и довольно милой и, как оказалось, ранимой девушкой, что совсем не вязалось с ее образом.
И это было довольно забавно.
— А что это за камни? — поинтересовался я, изучая подарок шаманок у себя в руках.
— Это дары наших отцов, — ответила Принявшая разложение. — Это, Спиритит — она указала на зеленый камень. Он очень редкий. Мой отец его выменял у вождя племени «Собиратели жатвы» на Свамплинга — боевого скакуна, которого он растил более десяти лет и на котором использовал Благословение Великой Матери, что еще больше подняло цену этого существа, — добавила шаманка. — Кстати, сами по себе Свамплинги тоже очень редкие существа. Так, что это, — она коснулась пальцем Спиритита в одной из глазниц черепа. — Настоящее сокровище, как впрочем и Багрянник, — Иная посмотрела на свою подругу, тем самым передавая ей слово.
— Да, — кивнула Багровая роса. — Кровь Иш’Атару — это камень, который могут получить только шаманы моего племени во время ритуала… — моя вторая жена замялась.
— Все нормально, говори, — сказал я четырехрукой Иной и она тяжело вздохнула. — Во время ритуала «Кровавой жатвы», — произнесла она и в ее взгляде появилось чувство вины. — Кровь Иш’Атару — это сосредоточение магической энергии шаманов нашего племени и жертв, которые были принесены в угоду моему Богу, — добавила Багровая роса. — Этот камень мой отец хранил больше сотни лет, — шаманка посмотрела на навершие магического жезла в основании которого был черепок с красным камнем в одной из глазниц. — Надеюсь, он послужит тебе верную службу, — закончила вторая жена.
Получается, оба камня были чем-то вроде приданного Принявшей разложение и Багровой росе, — подумал я, смотря на свой подарок.
А ведь судя по описанию шаманок, это явно очень ценные камни и они решили подарить их мне…
— Спасибо, — поблагодарил я девушек от всего сердца. — Это очень ценный подарок и я буду беречь его! — честно произнес я и обе шаманки улыбнулись.
— С ним, ты станешь еще сильнее, — сказала мне Принявшая разложение.
— Она права, — кивнула Багровая роса. — А как использовать Дар Великой Матери с помощью магического жезла, мы тебя научим, — сказав это, четырехрукая шаманка достала из-за пояса магический предмет, который я уже видел ранее.
В отличии от моего, навершие ее магического оружия было выполнено из большого красного камня, который медленно пульсировал холодным алым светом.
Я невольно засмотрелся на этот камень, так как казалось, будто бы каждая его пульсация была сопряжена с тактом биения сердца владелицы этого магического предмета.
Хотя, возможно, так и было…
А еще я понял, что это не Кровь Иш’Атару, ибо камень в навершии магического жезла Багровой росы имел совершенно другую текстуру и был гораздо крупнее того, что сейчас покоился в одной из глазниц черепа на моем артефакте.
А еще, этот странный и завораживающий камень даже по форме напоминал сердце из-за чего казалось, что шаманка держит в руке не магический жезл, основная часть которого была скрыта в ее большом кулаке, а настоящий живой орган.
Кстати, воспользовалась она им всего второй раз, в отличии от той же Принявшей разложение, которая часто использовала магический жезл, когда колдовала.
Хотя, не удивительно, учитывая, что при мне Багровая роса, и вовсе, колдовала всего один раз — во время использования ритуала в котором участвовали я и призрак.
Я использовал магическое зрение и посмотрел на ее систему энергетических каналов, дабы убедиться в своих догадках, которые подтвердились.
На ритуал четырехрукая шаманка, действительно, потратила большую часть своей маны, которая, почему-то, очень долго восстанавливалась в ее теле.
Скорее всего, это было из-за специфики ее паутины энергетических каналов, которые были прочными и массивными, благодаря чему она могла высвобождать из тела огромное количество маны, что идеально подходило ее стилю ведения боя.
По сути, ее магия ярости, как называли магическую энергию Багровый росы в других племенах, была очень схожа с моей.
Я тоже мог усиливать и ускорять отдельные части своего тела, просто делал это более тонко и филигранно, а шаманка использовала свою ману грубо и напрямую, поэтому и эффект наших усилений сильно разнился.
В любом случае, я был уверен, что сложные заклинания давались дочери Утопающего в крови сложнее, чем Принявшей разложение, которая тоже достала уже достала свое магическое оружие.
И ее артефакт, который судя по всему, был чем-то вроде проводника для ее магической энергии, отличался от магического жезла Багровой росы.
В отличии от четырехрукой шаманки у дочери Избранника Угла артефакт был выполнены в виде живой лозы, которая, как я уже успел заметить, и правда была «живая».
  
Судя по всему к ее магическому артефакту приложил руку Избранник Угла, который был сильным друидом, и в его силах было создавать подобные вещи, которые являлись и магическим предметом и одновременно живым существом.
Во всяком случае, я был бы не удивлен, если бы вождь Детей Угла так мог.