Возвышение (СИ)

Третий день пошёл, как Эленвен пытается, уже порядком раздражаясь от ожидания, выполнить поставленную ей цель — просунуть подчиненного в новоявленную академию Солитьюда. Советник короля сказал ей ещё в прошлый раз, когда она прибыла в сию обитель, что не может с точностью дать ответ, когда Перегрин сможет выделить время для беседы, а его супруга, даже не стала выслушивать эльфийку, сославшись на свою некомпетентность в этом вопросе, а также невозможность принятие каких-либо решений без одобрения короля.
«Глупая кукла, хоть в этом у молодого короля хватило мозгов — выбрать себе жёнушку, что лезть не станет в правление, — размышляла Эленвен, пока ожидала прибытия столь важной персоны. — Хотя, учитывая его отлучки, и назначенного сверху советника, не удивлюсь, если и её подобрали специально».
— Видимо, я заставил вас ждать.
К ней подошёл молодой мужчина, в котором она сразу же опознала нынешнего короля.
— Ничего страшного. Меня уведомили о вашей усталости, как же я рада, что вы быстро поправились, — она натянуто улыбнулась, вставая с насиженного места.
— С этим мне повезло — всегда быстро прихожу в себя. Что же, не будем обо мне, ведь вы пришли по важному делу. Пройдемте в мой кабинет, — покинув коридор Синего дворца, тем самым скрывшись от посторонних глаз, они вошли в кабинет Перегрина, где разместились в креслах напротив друг друга.
На протяжении всего пути, эльфийка сверлила короля взглядом, словно пытаясь прожечь в нём дыру, что не могло случиться, а так хотелось самой Эленвен, не испытывающей радости от напрасной траты своего времени.
— Мой советник уже уведомил о вашей просьбе, вот только, я не совсем понимаю, зачем мне соглашаться? — поинтересовался молодой маг, поигрывая кубком с вином, взятым им перед началом беседы.
— Вы ошибаетесь в одном… — ей не понравился пренебрежительные тон Перегрина, так похожий на её собственный, когда Эленвен разговаривает с подчиненными. — Это требование Талмора, а не моя просьба.
— Требование Талмора… — удерживая короткую паузу, пока отпивал из бокала, маг обдумывал её слова. — С каких пор у Талмора могут быть требования, не касающиеся поклонению Талоса? Возможно, это ваше личное требование?
Эленвен не поддалась на провокацию, сдерживая свое раздражение — она ответила:
— Во время простоя нашего посольства, в вашей провинции снова разгорелся культ Талоса…
— И как это связано со мной? — её прервали, желая поскорее перейти к сути.
— Я надеюсь, что это происшествие с вами не связано, но не могу исключать подобных возможностей и, из этого следует, что нашему посольству нужно заверение в виде доступа к академии, где могут — в теории — обучаться почитатели Талоса. Мы не можем допустить, чтобы будущии маги поклонялись ложному богу.
— Вот как, тогда мы в затруднительном положении.
— Не вижу трудностей. Уже сегодня мой человек может направиться в академию. Уверяю вас, он не станет учинять неприятности, а только уведомлять меня о подозрительных людях, — Эленвен уже сгорала от нетерпения, вся эта беседа казалась клоунадой, лишь сильнее задерживающая эльфийку в стенах этого дворца. Задерживаться ей не нравилось, по крайней мере, в тех местах, которые она не считала своими.
И вскоре, её опасения оправдались, когда король решил дать окончательный ответ:
— Буду с вами честен. Ещё за час до нашей беседы, я обсудил ваше требование с советником, и мы пришли к такому выводу: ваша неудача не понравилась стоявшим сверху, и это не удивительно, ведь, именно неудачей можно назвать около сотни погибших талморцев в посольстве, когда бушевала нечисть. Если не ошибаюсь, то происшествие повлекло за собой резкое уменьшение доступных подчиненных? Верно же.
— К чему вы ведёте, — насупилась женщина. Неудача — именно так это можно было назвать. Именно неудачу ей нельзя было допускать, чтобы продвинуться по лестнице власти на своей родине. Именно неудачу ей следовало загладить как можно скорее, найдя для этого способы по расширению влияния.
— На самом деле, я ни к чему не веду, всё уже на поверхности. Талмор не получит доступа к Академии Боевых Магов. Вы можете дальше искать верующих в Талоса и, теряя всё больше подчиненных, расправляться с ними, но не в стенах академии. Уверяю вас, — Перегрин встал с кресла, убрал в сторону пустой бокал, тем самым закончив эту беседу. — Нет там никаких талосапоклоников, можете поверить на слово.
 
— Ваши действия могут навлечь неприятности, не стоит ухудшать отношение с Альдмерскимй Доминионом, — напоследок сказала она, уже покидая это место. Ей было неприятно слышать отказ, но это было не так страшно, ещё были другие варианты.
  
Глава 47
 
Около месяца прошло с того момента, как на просторах Скайрима начали появляться драконы, неравнодушные к убийству местных жителей, что влекло за собой яростное сопротивление со стороны последних. Норды умели сражаться, может не против драконов, но всё же умели, и показывали себя бесстрашно в сражение с ними… Не все, конечно.
На самом деле, новые драконы появлялись не так часто, а вот те особи, которым удавалось произвести нападение, и выжить после него, желали повторить свой успех, от чего частота этих атак казалась высокой.
Один из таких “удачливых” попался Ингрид, ступающей на поиски Рога Юргена Призывателя Ветра, не оказавшегося в нужном месте, ранее описанным Седобородыми, зато там, внутри древних руин, на пьедестале была записка от “друга”.
Таким образом, Ингрид пришлось отправляться в Ривервуд, в указанное место, которое было написано в записке, а именно местная таверна.
Рог должен был находиться недалеко от Морфала, там то она и встретила дракона, набравшегося смелости или же глупости, может быть, сыграло непоколебимое высокомерие дракона, чтобы напасть на город, она не знала ответа на этот вопрос.
Сама встреча произошла к вечеру: стоило Ингрид ступить на улицы Морфала, как в небе раздался рёв, а следом показался силуэт дракона, устремившийся к городу. Именно в этот раз, она первый раз увидела применение мобильных баллист против драконов, позже узнав чья это задумка.
По мимо баллисты, в городе ещё находились несколько магов, трое из которых были в данный момент на службе у короля Скайрима. Ими оказались: мужчина по имени Маркурио и два его ученика. Они успешно потушили два дома, подожженных от огненного дыхания дракона, когда тот первый раз пролетел над городом.
Второе пикирование вышло неудачным — смертельно неудачным. Одна из баллист, спрятанная между домов, попала точно в цель, серьезно ранив крыло у основания с туловищем. Дракон завертелся в воздухе, и смачно приложился об землю, сразу став лакомой мишенью для лучников, магов и самой Ингрид.
В отличие от своего первого дракона, с этим у Ингрид возникли проблемы посерьезнее — всё никак не получалось нанести последний удар. Дракон издавал Крик за Криком, то защищая себя от напора людей, то наоборот отправляя некоторых в Совнгард.
Так продолжалось до того момента, пока дракон не потратил большую часть сил, и уже не был способен сопротивляться, тогда-то его и добили, оставив под конец боя множество ранений на его туше. В тот день она поглотила вторую душу дракона, став ещё более популярней перед народом, не видевшим ранее Довакина в живую.
Бой выдался выматывающим, всё из-за буйствующего дракона, не желавшего сдаваться до последнего вздоха, и не подпускающего к себе Ингрид. Ей приходилось часто уклоняться, отбегать от очередного огненного дыхания, а после, как только появиться возможность, пытаться нанести очередной удар и так по кругу.
Требовался отдых и еда, о чём ей настойчиво уведомлял организм. Выбор пал на местную таверну, в которой её угостили бесплатно, и сразу же представили ночлег, в виде неплохой комнатушки с одноместной кроватью.
Там, находясь в тот момент за стойкой в таверне, попивая мёд между перекусом сочного мяса, у неё состоялась неожиданная встреча, когда в таверну вошёл Перегрин.