Возвышение (СИ)
Из книги было известно, что на количество мутагенов есть лимиты, а некоторые и вовсе не сочетаются. Выбор Перегрина был самым оптимальным.
После изучения мутагенов, ему требовалось измерить своё тело. Вес, рост, примерное процентное соотношения жира в теле, и т. д. Чем он решил заняться на следующий день. В данный момент, уставший маг направился в свою комнату, чтобы выспаться как следует, перед началом ожидающейся работы, связанной с алхимией.
***
— Так ты сражалась с этим Перегрином, — раздался вопрос от Ульфрика, — И как он?
Ярл в компании своих офицеров, находился в гостевой комнате, выделенной в Синем дворце. После рассказа Ингрид, в котором говорилось о её действиях после коронации, он решил расспросить подробнее.
— Сложно сказать, как воин не очень, хотя силы ему не занимать, но это в основном из-за магии. Всё же он маг, он сам сказал мне, что редко прибегает к ближнему бою, — ответила Ингрид.
— Хм, такие люди очень полезны в военное время, — задумался ярл.
— Военное? — не поняла девушка.
Вместо ярла, слово взял второй офицер:
— Торуг, конечно, прислушался к нашему предложению, только сделал это скорее всего для вида.
Это было ожидаемо, что новый Король тоже не станет сразу идти против Империи, поэтому Ингрид приняла новость спокойно. Ульфрик уже обсуждал со своими офицерами, что их цель может быть долгой, и если им не удастся заручиться поддержкой Верховного Короля Скайрима, то нужно будет набраться сил и поддержки других ярлов, что идёт полным ходом.
— Понятно, так, когда мы возвращаемся?
— Завтра, нет смысла оставаться дольше, — ответил Ульфрик.
«Так значит, мы можем снова встретиться в бою, только уже, не в тренировочном, — задумалась Ингрид, — Или же, он и вовсе не станет вникать в будущую войну?»
С такими мыслями она отправилась спать.
***
Помещение, в котором Перегрин ещё давно обосновал алхимическую "лабораторию", было немного преобразовано, у одной из стен теперь стояла деревянная кровать, с постеленной сверху шкурой для удобства. На этой кровати лежал Перегрин, снявший с себя одежду, что бы она не мешала введению мутагенов.
— Тебе обязательно быть в таком виде? — спросила жрица Азуры, пока подготавливала несколько инъекций.
Именно её, Перегрин попросил помочь. У него была возможность ввести всё самому, но процесс слишком болезненный, и ему пришлось выпить обезболивающее зелье, которое не лучшим образом сказывалось на способности соображать.
— Не смущайся, монашка, только вводи аккуратно.
— Я жрица! — он лишь издал смешок на её слова.
Аранея начала делать маленькие надрезы, на участках кожи, где заранее были нарисованы отметины. После чего вставляла в них тонкие трубки, по которым потекла жидкость из перевёрнутых колб.
На этом её работа была закончена, и по словам лежащего перед ней мага, она могла оставить его одного. Однако, жрица решила остаться, чтобы следить на всякий случай. К её радости, от неё больше ничего не понадобилось.
Первичный эффект начался почти сразу, кожа начала краснеть во многих местах, и начал выступать пот. Находясь в полубредовом состоянии, Перегрин поддерживал оказываемое воздействие с помощью магии. Первый мутаген был связан с саблезубом, один из менее болезненных. Основная сложность от него, заключалась в перестройке глаз, отдающие сильной болью, которая смягчалась с помощью зелья.
Основная перестройка, вызванная мутагеном, продолжалась на протяжении двух часов, за которые тело Перегрина начало приходить в нормальный вид, лишь отдавая запахом пота.
— Ох, — вздохнул он, пытаясь подняться, с чем ему мешали дрожащие конечности.
Через пару попыток, ему всё же удалось оказаться в сидячем положение, склонив голову на выставленные руки.
— Как себя чувствуешь? — раздался женский голос.
Приподняв голову, взору его предстала сидящая в кресле данмерка.
— Чувствую… Паршиво, — ответил с хрипотой в голосе, — Дай воды.
Выпив стакан воды, ему стало немного получше, но до нормального состояния было далеко.
«Теперь нужно поддерживать эффект в течение нескольких дней, — это неприятнее, чем написано в книге, — И это только первый мутаген, надеюсь польза перекроет затраты».
Следующие четыре дня, Перегрин отдыхал, находясь в поместье. В это время он контролировал процесс изменений. Один из эффектов мутагена был заметен уже на третий день, когда ему удалось рассмотреть убранство в тёмной комнате. Это повлияло на его зрачок, слегка вытянув его, как у кошек. Радужка же немного пожелтела.
Подобные "дефекты" не волновали Перегрина:
«Хвост не вырос и ладно».
— Когда будешь вводить другие два? — спросила Аранея, когда они с Перегрином вышли прогуляться по Солитьюду.
— Позже, не стоит с этим спешить… Или тебе снова хочеться увидеть меня голым, — подмигнул он, на что жрица лишь фыркнула, уходя в другую сторону.
Во время прогулки по улицам Солитьюда, по которым сновали множество знакомых лиц, Перегрин раздумывал о будущем:
«Времени ещё много, можно пока пожить безвылазно в Солитьюде, продвигать ферму, и начать создание оранжереи. Когда Ингун приедет в следующий раз, сможет взять управление на себя, а я сосредоточусь на магии, — ступая по площади Мрачного замка, он наблюдал за тренирующимися солдатами, — И стоит иногда уделять время на тренировки в броне, у меня в этом слишком мало опыта».
Помимо целей самого Перегрина, его заботили и некоторые события. К одним из которых относилась гражданская война в Скайриме, которая может наступить через несколько лет, и его место в ней.
«Попытаться пресечь её? Скорее всего не получиться, а набирать личных врагов просто так… Не лучшая затея. Можно попытаться получить личную выгоду, помниться мне, всех ярлов, противостоящих Империи, сместили с их титулов. Можно попробовать, после окончания войны присвоить себе Винтерхолд, а там, если всё пойдет также, Мирабелла имеет все шансы стать Архимагом, стоит только помочь ей с Анкано, — Перегрин пытался продумать дальнейшие планы, облокотившись на каменную стену, — Мы бы нашли с ней общий язык, и смогли улучшить Винтерхолд. Да уж, планов настроить можно много, не известно, что получится в итоге».
Глава 27
В Солитьюде, как и во всех городах Скайрима, находящихся под управлением ярлов, есть свой придворный маг. Зовут её — Сибилла Стентор, и она занимает эту должность уже семнадцать лет.
Если хорошенько разобраться в жизни придворных магов, часто можно встретить интересные особенности в их личностях. Некоторые так увлечены исследованиями, что не обращают внимание ни на что другое, пока им не напомнят о каком-либо важном деле. Некоторые же, любят узнавать знания прошлого.
Вот и Сибилла не потеряла некой уникальности, в чём заключается эта уникальность? Она вампир, удачно скрывающийся на виду.
Чаще всего, она утоляет свой голод с помощью пленников, в камеры которых проникает с заходом солнца, хотя бывает и такое, что покидает город в поиск других жертв, в отличие от неопытных вампиров, она не доводит такие похождения до убийства, благодаря применению заклинание сна. Связанно это с её желанием, заключающимся в сохранение текущей ситуации, при которой не ведутся никакие поиски вампиров. Особенно, это актуально последние пять лет, после уничтожения Клана Волкихар. С того момента количество вампиров в Скайриме заметно уменьшилось. Нападения на деревни так вообще прекратились.
В эту ночь, Сибилла также покинула стены Солитьюда, петляя в тени деревьев, но, в этот раз, она сделала это не для кормёжки, а для назначенной встречи, на которую направлялась.
Встреча назначена недалеко от фермы Катлы, включающий в себя, помимо самой фермы, также немногочисленные конюшни. Эта ферма находится вблизи Солитьюда, она часто встречалась тем, кто отправлялся в сторону порта.