Сказания о Небожителях: Сфера (СИ)

Его называли лучшим, добрым, умным, красивым… Но этого было мало. Он купался в чужом восхищении, но всегда хотел большего.
Они должны поклоняться. Они обязаны прославлять.
Никто не должен… Смотреть на него свысока.
Потому Инь Эйгуо и злили Старейшины, единственные, кто способны «обрезать ему крылья». Неспособный заполучить весь Храм Небожителей в своё пользование, он предпочел бы уничтожить это место, разрушить до последнего камня и выжать энергию досуха.
— Для того, чтобы забрать Источник, тебе придётся разрушить столпы Бессмертных, — медленно проговорил Лан Шанью, — тем самым окончательно испепелить их сущности, прервав всякую связь с миром живых.
— Ах, столпы… Подобные традиции всегда казались мне атавизмом, — безжалостно улыбнулся Инь Эйгуо, — я введу новые правила жизни.
И он действительно мог это сделать, впитав Источник.
— Не разорвет ли тебя пополам от его силы, Эйгуо? — устало покачала головой Линлин.
— Поверь, я способен на многое, — Инь Эйгуо сделал решительный шаг вперёд, — уже второй раз ты предаешь меня, Кан Мейлин. Однако, сейчас мне не жаль. Когда-то я считал тебя своей подругой, но то было в далёком прошлом.
— Кажется, наша дружба стерлась, когда ты убил меня.
Мейлин не боялась его. В ней было до обидного мало эмоций. Усталость, печаль, тревога… И странное спокойствие, заглушающее всё прочее.
— Я не пущу тебя к Источнику, брат Инь. Не позволю уничтожить Си Вэй-Тина и других Бессмертных.
— Мы с вами… Увы, никогда не сможем договориться.
За извиняющейся улыбкой Эйгуо последовал первый стремительный выпад. Стоило сказать, что он не жалел сил. Его меч превратился в ледяной вихрь, наносящий многочисленные раны… Который сразу же столкнулся с кровавыми молниями Лан Шанью.
Кан Мейлин отпрыгнула назад, уносимая ветром и развернула защиту Ануи, накрывая ею проход к Источнику. Словно золотая прочная призма отделяла теперь сражающихся от вожделенной цели.
Этого должно хватить для того, чтобы никто не прорвался раньше срока. Однако, на этом ученица Шаньси не остановилась, доставая свитки с оружием и собственные крылья-талисманы.
С далекого времени Созыва Храмов она воссоздала улучшенную версию данного артефакта. Всё также напитанный стихией ветра, он становился щитом, с которого соскальзывали потоки чужой энергии.
Конечно, это могло уберечь не от всех атак, а потому Кан Мейлин торопилась развернуть новый свиток, уже с оружием.
Покуда Лан Шанью занят «главным героем», ей придётся столкнуться с его спутницами. И Линлин не тешила себя пустыми надеждами на их счёт.
— Мейлин, пожалуйста… — Мяо Ронг выглядела взволнованной, следя за битвой двух культиваторов. — Не мешай нам.
— А иначе пощады не жди, — более мрачно добавила Цао Дандан.
Промолчала только Ни Чинтао. Девушка казалась настолько взволнованной, что в сердце Кан Мейлин невольно кольнуло сочувствием.
Она вспомнила о прежних словах заклинательницы, которая готова была провести Ритуал Иссушения ради возлюбленного. Также, как и сама Линлин в прошлом.
— Чинтао… — тихо позвала Мейлин.
Но та не ответила. Лишь вздрогнула, до крови прикусив нижнюю губу.
Цао Дандан насмешливо фыркнула:
— Ну, я постараюсь сделать это быстро.
А потом выпустила из рук дымовую завесу. Кан Мейлин прикрылась крыльями, защищаясь от следующей атаки алхимички. Отравленные стрелы из боевого лука свистели в воздухе. Благо, Кан Мейлин неплохо маневрировала среди разрушенных камней Храма.
К её счастью, Цао Дандан постоянно отвлекалась на бой мужчин, явно волнуясь за сохранность Инь Эйгуо.
Дело в том, что Лан Шанью с лихвой использовал заклятие незримости и, ко всему прочему, создавал техники на грани тьмы и света. Хотя Инь Эйгуо искусно владел мечом и умело отражал заклятия, он не мог остановить всё.
Поэтому Цао Дандан пыталась распылить в воздухе яд, отравив заклинателя. Но Лан Шанью уже видел её стиль боя на Созыве и укрылся очищающей призмой от яда.
По сравнению с ним, Кан Мейлин оставалось лишь уворачиваться от потока стрел, отпрыгивая от стен и изредка контратаковать метательными ножами из свитка. Если честно, она и не планировала серьёзно задеть Цао Дандан.
 
Скорее отвлечь её, не дав сосредоточиться на одной цели.
Мяо Ронг стояла в сторонке, постоянно колдуя целительные техники для Инь Эйгуо. А вот Ни Чинтао… Кан Мейлин до сих пор не была уверена насчет неё.
Острая стрела врезается в крыло и исходит разъедающей кислотой. Кан Мейлин обрезает часть драгоценного артефакта и морщится, понимая, что потеряла часть защиты. На секунду она видит чью-то тень подле разрушенного входа в Храм, но никак не успевает к ней приглядеться, спасаясь от нового града стрел.
Мышцы Мейлин горели от натуги. Хотя её силы существенно увеличились, девушка являлась артефактором, а не тренированным бойцом.
Она знала, что не сможет продержаться столь же долго, как Лан Шанью.
В тот момент Инь Эйгуо пропустил удар кровавой плетью и взвыл, потому что кончик рассек его плоть от плеча и до торса.
— Ты чёртов обманщик, Шанью! Выбрал пик Тайшань, значит… Конечно, ведь лишь тренированный заклинатель может противостоять натиску талантливого бойца.
Он был прав. На этот раз Лан Шанью предусмотрел многое и основательно подготовился к финальной битве.
Инь Эйгуо поморщился, зажимая ладонью свежую рану. Алая кровь оставила след на полу, когда он яростно развернулся:
— Опять прячешься в тенях? Как это на тебя похоже…
А потом взгляд его метнулся к Кан Мейлин. Та, увы, испытывала трудности. Цао Дандан ослепила её на десяток секунд своим порошком, а потому девушка беспомощно замерла, дезориентированная в пространстве. И она не могла заметить меча культиватора, направленного прямо на неё.
Инь Эйгуо легко сорвался с места, намереваясь выманить Лан Шанью из незримости и, попутно, уничтожить досадное препятствие на пути. В этот момент крышу Храма проломило тяжелое тело львинокрыла.
Благородный Ханькси накинулся на культиватора, сбивая его с ног.
— Ты…! — удивлённо воскликнул Инь Эйгуо, на секунду потеряв дар речи.
Вскрикнувшая Дандан тотчас выстрелила в духовного зверя, но тот отбил её стрелу лапой и, столкнувшись с пылающим взглядом Лан Шанью, взмыл обратно в небо.
Заклинатель стоял на обломках камней, с иронией взирая на Инь Эйгуо, который вдруг расхохотался:
— Похоже, ты действительно вознамерился отобрать у меня всё!
Быстрее ветра он сорвался с места, и они с Шанью вновь столкнулись в непримиримой схватке, где оружие, боевые искусства и ци сливались в единый смертоносный вихрь.
Едва избежавшая смерти, Кан Мейлин продолжала неумело обороняться от атак Цао Дандан.
Однако, стоило опасаться кое-кого другого. Руки Мяо Ронг дрогнули, но она медленно достала метательные иглы, напитанные ядом. В тот момент целительница думала лишь о том, как помочь Эйгуо. И эти иглы сорвались с её пальцев в сторону Кан Мейлин.
Когда та заметила атаку, уже не успевала увернуться. Но…
— Нет! — Ни Чинтао вдруг снесла иглы в сторону довольно неумелым заклинанием и задрожала, изумлённо взирая на Мяо Ронг.
— Ты… Как ты могла, Чинтао?! — вскрикнула потерявшая самообладание целительница.
— Это неправильно! Неправильно просто так нападать н-на тех, к-кого мы звали братьями и сёстрами… Я… Я не хочу!
Истеричный голос Ни Чинтао потонул в грохоте великих стен Храма. Цао Дандан развернулась и зло стерла со лба пятна крови.
— Мы на войне, идиотка! Так и знала, что ты подведёшь нас в решающий момент…
Словно обезумев от ярости, Цао Дандан выстрелила в заклинательницу. Та смогла защититься от первой стрелы, но сила удара отбросила хрупкую Ни Чинтао к каменной стене.
Принцесса Цао не собиралась церемониться. Вновь натянула тетиву, выбрав стрелу, пропитанную кислотой, и выстрелила прямо в лицо бывшей напарнице…
Время замедлилось, отсчитывая последние мгновения незадачливой заклинательницы. Но…