Живой. Трилогия (СИ)
Выпустив их из клетки, они сразу побежали в другую комнату и оттуда послышался истошный крик боли.
Я зашел посмотреть.
На стене висел Дрейк, привязанный за руки и ноги. А его тело было утыкано дротиками. Они, сука, играли в «дартс» с живым человеком в качестве мишени. К счастью, этот сукин сын невероятно живуч. Он даже узнал нас.
– Хотите поиграть? – сказал он, пытаясь улыбаться, но мешал дротик в щеке.
Рядом лицом вниз лежал ещё один парень, покрытый следами от дротиков. Ольга с Олесей склонились над ним и плакали навзрыд. Не нужно быть гением, чтобы понять кто это. Наверняка его семья слышала крики боли от пыток, но при этом ничего не могли сделать.
Умер он скорей всего от потери крови, так как смертельных ран не было. Большинство дротиков даже не попали в него, валяясь на полу и торча в стене. Но той дюжины, что была в нём хватило…
В углу комнаты, в луже мочи сидел и дрожал один из бандитов.
Увидев его, я направился к нему быстрым шагом, по пути обнажая когти.
– Не надо! Не надо, пожа…
Хватает ртом воздух, булькает. А из его шеи хлещет кровь, смешиваясь с мочой.
Олеся даже не скривилась от этого вида, зато перестала плакать.
– В подвале ещё есть пленники, – прошептала Ольга отчужденным голосом.
Я более внимательно рассмотрел комнату. Заметил потёртость досок и ровный квадрат с небольшим зазором. Убрав с него хлам, нападавший со стола, заметил ручку и замок. За таким люком меня когда‑то запирал Стас – друг Игоря.
В подвале было трое пленников, правда, один из них уже пару дней как мёртв. Его закидали вещами, чтоб хоть как‑то скрыть вонь, но стоило открыть люк, как трупный запах окатил комнату.
Ребята были зашуганные и едва могли вести осмысленную беседу. Истощённые тела полностью покрыты синяками от побоев.
– Вы теперь свободы, – сказал я щурящимся на свет худощавым парням.
Те сначала не верили мне и считали это очередным издевательством их мучителей. Но, видимо, шум недавней драки вселил в их разум надежду.
– Вы… Вы их убили? – трусливо спросил один из них, держась за гематому на локте.
– Да. Ничего не бойтесь, – ответил я.
– Герда! – воскликнул второй и начал выбираться из подвала.
Я сначала подумал, что это одна из женщин, которую держали в клетке. Но парень совсем не обратил на освобождённых женщин внимания, а только осматривал трупы его пленителей. Найдя труб Григория, он будто сошёл с ума от ярости и, схватив его катану, стал непрерывно наносить удары по мёртвому телу. После нескольких ударов у парня пошли слёзы, но он продолжал, обрызгивая комнату кровью.
– Развлекайся, самурай, – сказал я, но как бы мне ни хотелось, юмор внести в эту ситуацию не получалось.
Я вышел на улицу, но шума боя не было. Обойдя здание, обнаружил всех бандитов мёртвыми, кроме одной девушки. Это была та самая, как сказал Михалыч «баба с магическим пузырём». И правда, вокруг девушки мерцает огромный мыльный пузырь.
Никто её не атаковал, но и она не проявляла признаков агрессии.
– Что здесь происходит? – спросил я Игоря, держащего девушку на прицеле.
– Эмм, у нас тут патовая ситуация – мы не можем пробить её бабл, – сказал он.
– Кого? – сразу не понял я.
– Пузырь. Щит, ага, – пояснил Игорь.
– А она почему вас не атакует?
– А хрен её знает. Может боится, что щит спадёт. Хотя, и с самого начала она не сделала попыток нам навредить, и даже своих не прикрывала.
– Эй, ты на их стороне или нет? – спросил я девушку. Но она меня словно не слышала.
– Она тебя не слышит, ага, – подтвердил мою догадку Игорь. – Мы пытались с ней поговорить, но она либо глухая, что не удивительно, учитывая способности её лидера, либо…
– Либо бабл блокирует звук, – закончил я его мысль.
Со двора вышел Михалыч, со своими мужиками, видимо решив, что бой окончен.
– Михалыч, что с этой прикажешь делать? – спросил я.
Но тот лишь показал мне жестом, чтобы я подождал, а сам отправился в магазин.
После его ухода подошёл парень с катаной. Он уже весь был залит кровью Григория. Выпустил пар, значит. Едва самурай увидел девушку в бабле, как бросился к ней, отбросив меч в сторону.
– Герда! – снова воскликнул он.
Девушка сразу убрала пузырь и крепко обняла парня.
– Кай, – послышался её голос.
– Блин, они серьёзно? Кай и Герда? Я сейчас расплачусь прям, – сказал я Игорю.
Но тот реально плакал, глядя на эту картину.
К этому времени со здания вышел Михалыч с уже одетыми в какие‑то лохмотья женщинами и вторым парнем из подвала.
– А я так и думал, что её заставляют помогать этим уродам. Потому, что она единственная кто не матерился на нас у завода. Я, правда, ещё думал может характер просто такой, спокойный.
К Игорю подошла Жора и обняла его. Михалыча слегка передёрнуло от такой картины. Ольга обнимала Олесю, у которой в глазах была пустота.
***
– Ну что, все ваши нашлись? – спросил я Михалыча, пока мы загружали продукты и оружие в машины.
– Не‑а. Серёга сказал, что один оказался каким‑то иммунным и его продали какой‑то корпорации. Типа это была основная задача банды. Над остальными они тупо издевались. Ну а женщин… Сам понимаешь… Скоты, даже ребёнка раздели и в клетку посадили.
– Да, гнили повылазило с этим апокалипсисом… – согласился я.
– Не то слово… Из наших, только двое мужиков выжило. Зато аж семь девушек.
– Рад, что хоть кого‑то спасли, – сказал я.
– Да, спасибо вам. Оставайтесь с нами. Еды на всех хватит, – предложил он.
– Без обид, но мы изначально планировали остаться на заводе. За этим и зачистили, – признался я.
– Да это и понятно. Но одно другому не мешает. Вы и нам помогли. Тогда по‑другому скажу. Не против, если мы останемся тоже на заводе? – спросил он.
– Что за глупости? Конечно, оставайтесь, это же ваш завод, – удивился я.
– Ну не наш, мы там только работаем… Работали, – с ностальгией сказал он.
***
Грузились мы около часа. Пока перебрали всё, пока вынесли из магазина. Но забрать смогли только самое необходимое. Решили позже вернуться за остальным. В идеале, на грузовом автомобиле. К сожалению, Камаз, после столкновения с магазином уже не заводился. Даже переднюю дверь в здание освободить не вышло.
Еды у бандитов было предостаточно. В основном это была закрывашка, сделанная местными жителями на зиму. Но мало кому удалось эту зиму пережить. Когда всё перевезём, обязательно обшарим все дома сами. Да и на будущее, это неплохой способ добычи продуктов. Когда в этой деревне закончим, можно будет в других поискать.
А вот связь этой банды с корпоратами меня немного пугала. Если те наведаются сюда за очередной партией и увидят разрушенный лагерь, будут искать виновников. Пленники говорят, что те приезжают раз в неделю. И последний раз был вчера. Значит, у нас есть около пяти дней, чтоб перевезти всё к нам и скрыть следы. Можно будет сжечь тут всё, на всякий случай… И покататься по окрестностям, чтобы следы шин вели не только в сторону завода.
Да, в любом случае нужно готовиться к стычке с ними. Прятаться всю жизнь не получится. Дрейк ожидаемо быстро пришёл в себя и даже помогал нам грузить ящики. Правда всё больше отвлекался на болтовню с девушками. И как он ещё умудряется думать членом, когда второй раз за неделю в плену побывал?
***
– Как ты вообще здесь оказался? – спросил я Дрейка на обратном пути.
– Хех, глупо, конечно, получилось… Нашёл я, значит, эту деревню, вижу – красавицы в озере купаются. Да все голые. Ну, я недолго думая к ним ныряю, подплываю, выныриваю из воды и вижу на меня автомат нацелен и копьё. А оружие я на другом берегу оставил, – сказал он, и на лице отразилось сожаление. – Тогда я и пошёл в рукопашку. Меня и кололи, и стреляли. Но я, в конце концов, задушил одного, а второй убежал. И на шум видимо подмога прибыла. Не, я‑то копьё отобрал и готов был их всех положить, но один там как запищит ультразвуком… Меня и парализовало. А потом скрутили и на стену повесили. Всё нарадоваться не могли, что я не подыхаю…