Левиафан (СИ)
- Что это за секта? - прозвучал голос Тангира, а я лишь посмотрела на крест, который венчал купол часовни.
- Сейчас узнаем, - ответила и пошла в сторону ступеней.
Мы поднимались наверх, а люди потоком спускались вниз, продолжая разглядывать нас. Тангир с усмешкой встречал каждый взгляд, и только когда мы вошли в уже совершенно пустое помещение, именно он заметил стол со стопкой черных тетрадей.
- А вот и они, - ехидно прошептал и протянул мне тетрадь, - Хотите облегчить душу? Я отпущу все ваши грехи, агашши...
- А у вас есть на это право данное небесами? - прозвучал голос пастора Абрахамса, который стоял всё это время у сцены, и отправив своего помощника, повернулся к нам.
- Нет, святой отец, у меня права такого. Как нет его и у вас, потому что вы не отец, и тем более не святой, - ответил Тангир, даже не повернувшись в сторону пастора, а продолжая рассматривать тетради на столе.
- Зачем вы пришли? - мужчина стал смотреть в одну точку мне за спину, чем вызвал ещё больше вопросов, потому я не стала ждать и спросила то, что меня интересовало:
- Вы были наставником Изабель Делакруз?
- Да, это дитя ушло в лучший мир в моих стенах, мисс, - ответил мужчина.
- В лучший мир? Это где, святой отец? - Тангир продолжал водить пальцами по столешнице, медленно двигаясь вдоль стола, - Вы бы рассказали грешнику, как туда попасть. А то всё не терпится сдохнуть и увидеть, где это лучшее.
- Ты пропитан ненавистью, мальчик, - тепло и спокойно произнес мужчина, - Из тебя сочится это чувство, но ты не можешь контролировать такую силу. Судьба даровала тебе её, но не научила с ней обращаться.
От холодного колючего хохота Тангира, мужчина замер, однако я оборвала этот акт проявления нового безумия психа и достала значок.
- Меня зовут Моника Эйс. Я агент федерального бюро расследований штата Нью-Йорк. Вы же слышали о том, что произошло в нескольких часовнях в нашем штате. Эту новость трижды освещали в новостях, а вы один из пасторов протестантов. Именно той ветви, которая попала под удар преступника. Я пришла спросить вас...
- Есть очень старое придание, агент Эйс, - пастор настоятель перебил спокойным тоном, осмотрев сперва меня, а потом цепко и колюче зацепился взглядом за Тангира.
Мужчина продолжал молчать, и будто смотрел сквозь нас, но я то хорошо видела, что он далеко не слепой, и умело отыгрывает свою роль.
- Ближе к делу, святой отец. Вы начинаете утомлять, - пробасил Тангир, и развернув один из стульев, пихнул в мою сторону, - Куколка, лучше сядь. Уверен нас ждёт увлекательная трехчасовая проповедь о том, как важно верить.
- А ты утратил свою веру, мальчик? - старик тут же со смешком парировал.
- Скажем так, святой отец - я вообще перестал верить во что либо, что говорят такие же мешки с мясом и потрохами, как я. Вы ничем не отличаетесь от меня. Так почему решили, что ваши слова более вески, нежели мои?
- Тангир! - я осекла его, и вырвала из рук стул, сев и кивнув на соседний, - Пастор Абрахамс, я не пришла сюда слушать сказки, которые сочинили люди. Мне нужны конкретные ответы на конкретные вопросы о том, что произошло в стенах вашего пансионата почти восемь лет назад! Вы же понимаете, что подобное происшествие может быть напрямую связано с тем, что происходит сейчас?
- Демон явился за своим ангелом, - улыбнулся пастор, а я скривилась, однако с пониманием выдохнула и решила не перебивать старика, будучи уже полностью согласной с Тангиром.
- Мы все во внимание, святой отец! Начинайте вашу проповедь, - Тангир расстегнул пальто и нагло уселся на стул, раздвинув ноги и опираясь локтями о колени, - Валяйте, что там с ангелом и зачем он демону.
"В точности то же самое о чем мы говорили в лапшичной китайца. Однако я понять не могу, какой больной решил романтизировать убийства, работорговлю и проституцию таким совершенно низменным, противным и просто кощунственным методом!"
- Для спасения, мальчик. Ангел предназначен демону для того, чтобы спасти его. Именно так гласит легенда: "И обрушил Господь предателей на земли людские. Отдал им в руки саму скверну, прокляв и наделив силой искушать, но не получать забвения в воле Господней. Однако один из ангелов падших, утративших крылья, рыдал семь дней и семь ночей, пока к нему не подошёл человек. Молодая девушка, своими нежными руками собрала каждый окровавленный кусок оперения и возложила к ногам демона, с просьбой не вызывать мор и чуму в доме её. Не кликать беду, и спуститься обратно в Бездну, или взлететь на небеса. Демон не мог понять языка человеческого, его затопила агония, боль и ярость. Глаза затмила обида и гнев, которые породили страшную жестокость. Он убил своего ангела, а свидетелем тому стала луна..."
- ...И бросил токэбби*(демон) деву свою в пучину моря глубокого, и обратилась она в чоньё гвишин *(призрак девственницы), унося всю боль его в соленые воды морские.
Старик замер и медленно перевел взгляд на Тангира, который сжимал в руке конец серебристого наконечника кнута, играя с ним и неотрывно смотря только на острие.
- Как это связано с Изабель Делакруз и Майклом Ли? Вы ведь о нём говорите, когда упоминаете, что демон пришел спасти своего ангела.
- Да, мальчик. Вот только у этого демона ангелов было двое. И одну из сестер выбрали именно для него, - закончил пастор и поднялся.
- Не так быстро, - я остановила мужчину, осмотрев старика с ног и до головы, - А вы откуда об этом знаете, святой отец?
- Потому что Изабель пришла ко мне уже с клеймом, мисс Эйс. Рисунком, который я поклялся больше никогда не видеть в своей жизни, но он опять нашел меня. Снова, потому что обе девочки, были результатом любви того самого демона и его ангела.
Мы с Тагниром замерли, а следом я задала вопрос, который был совершенно логичным:
- То есть настоящая мать сестер Делакруз...
- Клейменый ангел, демон которого погиб. Он исчез или бросил её, агент Эйс. А она пришла ко мне в пансионат уже почти на грани жизни и смерти. Я пытался выходить её, но девушка сбежала и бросила детей прямо у входа в храм. Следом их удочерили местные жители.
"Это какое-то безумие... Сколько тогда лет это происходит? И как? Почему никто не остановил это зверство?"
- Вы обязаны рассказать мне всё что знаете, а я вижу, что знаете вы многое! - я поднялась и посмотрела в глаза старику, который только прошептал, с горечью улыбаясь:
- Уходите! Ради всего святого, девочка, бегите!
С этими словами пастора я поняла, что в помещении церкви кто-то есть.
- Они ждали нас! - гортанно оскалился Тангир, продолжая сидеть на стуле.