Спасатели (СИ)
«Буря», исполняет Ванесса Мэй.
Здесь у нас этой скрипачки не было, зато была бывшая Пак Юн Ми, которая, по согласованию с «Блэкпинк», присвоила себе и само произведение, возведя себя в ранг композитора, ссама же его сыграла на нашей электроскрипке. Теперь нам зрители платили намного больше, чем до выступления в шоу. Поэтому хватило на детали, из которых я, уже имея опыт, создал довольно хороший аналоговый микшерский пульт. Ещё мы обзавелись радио наушниками и докупили несколько радио микрофонов… Вся группа была радиофицирована, за микшером при разучивании какого-нибудь произведения, обычно становилась Гермиона. Правда, мы не могли изолировать продюсера с пультом в отдельной кабинке, как это требовалось по земным стандартам, но и так у нас репетиции проходили довольно качественно.
Всё выглядело так.
Мы появлялись на нашей «секретной» лужайке, таща инструменты. Потом начиналась их расстановка. Как всегда, без споров и ругани не обходилось:
— Джеза! Ты куда потащила колонку⁈
— Поставлю её чуть дальше, а то в прошлый раз у меня закладывало уши…
— Не надо было стоять так близко!
— А кто поставил колонку рядом с ксилофоном?
— Не я!
— Не я…
— Ага, чусан пуриды! Выходит, это я сама, себе назло, прямо под уши поставила этот проклятый ящик!
— Фак, Джеза! Хватит ныть! Ставь его, куда хочешь! — Шипит Ожелия.
— Давно бы так! Ну, где наш продюссер? Щибаль! Она пять пиво хлещет из фляги!
— Лисса, ты что, за ночь научилась играть на контрабасе?
— Не-а!
— Тогда чего мучаешь инструмент! Тебе же сказали, сегодня ты просто раздаёшь ноты подругам!
— Ладно…
— Так. Все настроились? Нет⁈ А что вы возитесь полчаса? — Гермиона стоит за микшерским пультом, водрузив себе на голову наушники.
Через пятнадцать минут всё успокаивается, и репетиция начинается…
Проходит минут двадцать, я стою, зажимаю уши от какофонии — каждая девчонка пытается что-то доказать подругам, исполняя нечто несуразное на том инструменте, к которому она приставлена на этой репетиции..
— Так, кончили настройку! Лисса, вот ноты. Раздай каждой дуре её часть. Что смотришь на меня, как баран на новые ворота⁈
— Но тут не написано, какой листок кому я должна дать…
— Тьфу ты чёрт! С вами и себя забудешь! Сейчас разберусь. — Гермиона смотрит на свою писанину, и бормоча непонятные слова, пишет на каждом листе нотной записи, соответствующее имя.
— На, раздавай! — Она отдаёт несколько листов с нотной записью Лиссе. — Так, все приготовились?
— Да…
— Тогда, одеваем наушники, и играем вступление…
— Стоп! Ожелия. Ты, почему играешь на тон ниже?
— Так я не слышу остальных…
— Ты, Арни, не стой, как три тополя на Плющихе! Топай сюда! Ты зачем не подключила гитару Ожелии к микшеру?
— Я всё…
— А это что? Я за тебя должна ещё и подключением заниматься? Мне что, другого дела нет⁈
Бегу к Гермионе. Вот, чёрт! Действительно, моя вина. Быстро исправляю.
— Теперь всех слышишь?
— Да!. — Продолжаем…
— Дженни, ты что, заснула?
— Нет…
— А почему ты свой фрагмент пропустила?
— Но у тебя тут так записано!
— Беги сюда! Покажи…
— Действительно, тут должно быть вот это! И чего я накалякала?
— Меньше пива надо пить!
— А-ну, разговорчики в строю! Дженни, брысь, на место, начали снова!
— У-у-у!
Гермиона что-то химичит с ползунками резисторов микшера:
Так, Линда… я тебя временно отключила от всех, послушай, что ты играешь!
— Но, Герми, я правильно…
— Ага, если это правильно, то я китайский император!
— Какой?
— Неважно, твоя задача сыграть на грани слышимости. А не грохотать мне в уши! Ты просто фон, основная мелодия на Джезе! Поняла?
— Вроде, попробую…
И так тянется несколько часов. Это только такие неучи, как я, думают, что если дать группе музыкантов ноты, они сразу исполнит мелодию, как надо! На такое способны только виртуозы экстра-класса, а не такой сборный коллектив, как наша группа…
У нас только один виртуоз — Гермиона, но это когда она исполняет пьесу одна. Вот тогда она может играть прямо из головы. Но другим нашим подругам требуются ноты, хотя, Ожелия тоже что-то сочиняет, но вспомнить сразу и сыграть какое-нибудь произведение она не в силах. Мне кажется, что если бы неизвестная богиня не прислала сюда, нам на помощь, Гермиону, то с заработком музыкой, у нас ничего бы не вышло…
Но вот. все устали, и магиня командует отбой. Потом следует перерыв, мы едим. Потом отдыхаем, и через час-два всё начинается сначала…
Я уже и не пытаюсь искать работу через биржу. Всё равно, столько, сколько группа зарабатывает пением. Танцами и музыкой, я один привнести в наш бюджет не смогу. Да и интересно с этими девчонками. Узнаю много нового. Например, я не знал, что флейты бывают разные. На вид они то одинаковы, только различие в длине. Оказалось, что у них и звучание разное! Да и сделаны они из разных материалов — от тростника и дерева, до металла. Теперь и в электронных инструментах разбираюсь, могу их не только ремонтировать, но и делать. Сейчас кореянки с Гермионой задумали увеличить количество тарелок и малых барабанов на нашей ударной установке, и заодно сделать их электронными. Вроде, наш ударник и так нормально играет. Пока, слава Богу, денег не хватает, а то эти музыкальные вампиры уже стали бы требовать от меня быстрее воплотить их мечты в жизнь…
Сегодня пошёл дождь, поэтому мы в парк не пошли. Сидим в номере, занимаемся своими делами. Гермиона опять вспоминает и записывает какое-то произведение, Ожелия, Джеза, Лисса и Дженни играют в карты (я им сделал по просьбе, так сказать, коллектива). Линда стоит у окна, и смотрит на потоки воды, льющиеся с хмурого неба…
Внезапно магиня бросает своё занятие и шипит:
— Это ещё кто такие?
Все замираем, уставившись на появившийся перед магиней экран. На нём видно, как два человека выходят из спустившегося прямо у дверей отеля флаера, и подойдя к двери, стучатся. Хозяйка открывает, впускает этих типов. На них форма наблюдателей Магического Департамента.
Мы ничего не успеваем сделать, как дверь нашей комнаты открывается:
— Вот, они! — Говорит хозяйка отеля, указывая на нас.
— Хорошо, теперь покиньте помещение. У нас будет разговор с этими девушками! — Командует один из магов. Когда женщина исчезает, закрыв дверь, второй маг устанавливает на стол какую-то пирамидку.
— Это для того, чтобы нас никто не подслушал! — Говорит он. — Садитесь, девочки, поговорим.
Мы настороженно опускаемся на стулья и кровати.
— Нас за вами прислал директор Магического департамента, Сейчас мы все выйдем из отеля, сядем во флаер, и полетим к нашему начальству на беседу.
Мы переглядываемся. Лучше пойти, нас ведь не арестовывают, просто приглашают поговорить…
Флаер нас доставил к высокому зданию прямоугольной формы, больше напоминающему крепость, примерно за полчаса. Мы гуськом следуем за нашими сопровождающими. Поднялись на второй этаж, там сели на лифт. Приехали. А ведут по этажу, пол которого застелен ковровой дорожкой. Приближаемся к дверям, около которой стоит охрана. Нас впускают в небольшую комнату, а потом открывается внутренняя дверь, и группа попадает в большое квадратное помещение, большую часть которого занимает Т-образный стол. За ним сидит престарелый мужчина в красивом мундире. Он встаёт, и показав на стоящие вдоль стен диванчики, говорит:
— Можете садиться. А вы идите! — Бросает он своим людям.
Наши сопровождающие покидают кабинет.
— Я — директор Магического департамента эрцгерцог Глонус Эргес…
Неожиданно вскакивает Линда, и делает какой-то странный поклон. А потом распрямляется, и вопросительно смотрит на нас.
— Не удивляйтесь, Линда, ваши подруги не местные…
— Но ведь даже в самых отдалённых частях Глоба знают Дворцовый этикет, и Перечень поклонов в зависимости от родовитости…