Агентство "Иллюзия". Возлюбленная для бастарда (СИ)
– Я требую, чтобы вы меня впустили! – звонкий от волнения голос Сью раздавался на весь дом. Она с таким видом сжимала в руках портфель, словно готова была пробивать себе путь силой. И этим самым портфелем. – Я хочу видеть мисс Дерсон. Немедленно!
– Мисс Дерсон нездоровится. И она не может принимать гостей, – миссис Колер была непоколебима, как Синейские скалы. И точно так же спокойна. – Я могу передать ей все, что вы хотели ей сказать. Или что вы заходили. Если соизволите представиться.
– Я. Должна. Ее. Увидеть! – срываясь на крик, вспылила Сью.
Многоликий, на моей памяти она впервые так несдержанна. Как бы дело не закончилось скандалом. И тут я поняла причину, по которой она едва не в истерике – я пропала. Пропала на несколько дней и даже не связывалась с ней через артефакт. Естественно, она с ума сходила от беспокойства. Мне, если честно, страшновато было даже смотреть на свой артефакт, так и оставшийся в моей комнате в этом поместье.
Стало так стыдно. А ведь я и не подумала ни разу, что где-то там с ума сходит Сью. Моя единственная родная душа в этом мире.
Проклятые боги…
– Миссис Колер, – решила я вмешаться, пока дело не дошло до драки, а не то что до скандала. Теперь я была замечена и буквально распята взглядами. Миссис Колер осуждала, Сью смотрела с таким безграничным облегчением, что у меня у самой на глаза навернулись слезы. – Пропустите гостью. Я приму ее в малой гостиной, – сказала и подавила нервный смешок.
До этой гостиной еще доковылять нужно как-то. Но не успела я об этом и подумать, как моя дорогая Сью оказалась рядом, предлагая опереться на ее плечо. Одетая, присыпанная снегом и бледная от злости и тревоги.
Экономка лишь окинула меня усталым взглядом, смирилась, видимо, с моей блажью.
– Что-нибудь прикажете подать? – вздохнула тетушка Сильва, смахнув снег с придверного коврика и прикрыв дверь.
– Чай и что-нибудь сладкое, – поразмыслив решила я. – Если вам несложно.
– Конечно, – как-то понимающе улыбнулась экономка. И до меня только сейчас дошло, что дело не в упрямстве. Она пыталась скрыть от гостьи мой настоящий вид.
Демоны преисподней, я совсем расклеилась и отупела с этими болезнями. Миссис Колер оказалась куда дальновидней и осторожней, чем я. И я виновато улыбнулась ей, когда снова встретилась взглядом с доброй женщиной.
– Скажи мне хоть что-то, чтобы я тебя не убила на месте, – цедя слова сквозь зубы, посоветовала Сью, помогая мне спуститься по лестнице на первый этаж.
Я чуть задержалась у двери своей комнаты. Но подумав, решила, что никуда она от меня не денется, и решительно поковыляла к гостиной.
– Без тебя желающих – очередь, – нехотя призналась я. – Вот, как видишь, у некоторых почти получилось даже.
Сью споткнулась, и мы едва не покатились по лестнице кубарем. Чудом, можно сказать, удержались. Но Сью уже перевела дыхание, быстро справившись с эмоциями.
– Сейчас ты все мне расскажешь. До малейших подробностей! И мы обязательно решим, что делать дальше.
И мне стало чуточку легче. Всего рассказать, конечно, не получится. Но хоть пожаловаться на свою жизнь есть кому. А это порой так много…
Сосредоточенная и серьезная Сьюзан выглядела откровенно непривычно. Слишком как-то взросло. Для меня она всегда была младшей сестренкой, романтичной мечтательницей, которую необходимо защитить от всего зла этого мира. И видеть ее собранной и решительной было непривычно и горько. Для кого-то хочется сохранить сказку, продолжить юность и беззаботность. Кто-то этого действительно заслуживает. Но увы, мы не боги.
– Даже боюсь строить догадки, Линда, – присаживаясь в кресло, Сью поставила свой портфель у ног и впилась в меня пронизывающим взглядом. Она словно пыталась разглядеть в моем образе хоть что-то, что дало бы ей хоть немного ответов о случившемся со мной. – Как так случилось, что ты без иллюзии? В таком плачевном состоянии? И я об этом совершенно ничего не знаю!
Последнюю фразу она сказала чуть громче, но тут же прикрыла глаза, перевела дыхание, явно мысленно сосчитав до десяти, чтобы успокоиться. А ведь она волновалась все это время. Не находила себе места. Даже исхудала от нервов, а черты лица стали как-то… острее, что ли. И в глазах усталость, которой ранее я ни разу не наблюдала.
– Дела особой секретности, – криво и горько усмехнулась я, понимая, что удовлетворить ее любопытство все равно не смогу. – Увы, не в моей компетенции посвящать тебя в подробности. Могу сказать только, что меня пытались похитить, убить, а в итоге я на несколько дней лишилась магии и не могу смастерить даже кривую дохлую иллюзию.
Брови подруги поползли вверх. Она набрала полную грудь воздуха, чтобы выдать что-то несомненно длинное и нравоучительное, но все, на что ее хватило – резко выдохнуть и глубокомысленно произнести:
– М-да… – после чего задумалась, явно примеряясь, с какой стороны начинать расспросы. И спросила неожиданно совершенно не то, что я могла от нее ожидать: – Зачем ты посещала приют?
Теперь уже была моя очередь терять нить разговора и способность его поддерживать.
– Ну, вообще-то, я тебе говорила, что планирую связаться с миссис Фьюри и разузнать побольше о Дерсон, – напомнила я Сью, укоризненно покачав головой.
– Связаться должна была я, а не ты. И уж тем более не соваться туда, – несколько раздраженно произнесла Сью.
И отвела взгляд. Моя Сьюзан – явно что-то скрывала. И осознание этого больно резануло по сердцу. Неужели в этом мире не осталось ни единого живого существа, которому можно доверять?
– Не понимаю, к чему ты клонишь? – видя, что Сью решается сказать что-то важное, но в то же время не понимает, с чего начать, настороженно спросила я.
Сьюзан еще помолчала, задумчиво прикусив нижнюю губу. Но все же заговорила.
– Я сама ничего не понимаю, Линда, – честно призналась она. – Но мать-настоятельница слишком уж неожиданно заинтересовалась нами, – я нахмурилась, и Сью начала торопливо объяснять свои догадки, активно жестикулируя и даже подавшись вперед. – Ты прекрасно знаешь, что девочкам в нашем приюте не очень много внимания уделяли. Выкормили, выпустили с горстью медяков в кармане – и забыли. Что, в принципе, неудивительно. Так обычно везде. Я узнавала… – призналась Сью, и я напряглась, понимая, что все это время она что-то вынюхивала и пыталась разузнать. Но мне ничего не говорила, опасаясь ошибиться и потревожить меня зря. Нет, она не предавала меня. Скорее наоборот. – Так вот. Ты не осознавала, может. Но… мать-настоятельница, кроме тебя, по сути, никого и не выделяла. Полагаю, что она имела на тебя определенные виды. Но не это важно. Ты замечала, как воспитывались мальчики в мужском крыле?
– Считаешь, что время для старых обид? – хмыкнула я, устраиваясь поудобней и понимая, что разговор будет долгим и малоприятным.
– Дело не в обидах, – довольно резко и нервно отчеканила Сью, и я решила молчать. То, что пыталась сказать подруга, было важно. Как минимум для нее самой.
Дверь распахнулась, и в гостиную вошла миссис Колер с подносом, на котором разместились фарфоровые чашечки на блюдечках, заварник и чайник с кипятком. А еще несколько тарелок с печеньем, шоколадными конфетами и пирогами. Мы помолчали в ожидании, пока тетушка Сильва расставит все это на столике, поинтересуется, нужно ли еще что-нибудь, и, получив отрицательный ответ, удалится.
Сью выждала еще несколько секунд после того, как дверь закрылась, опасаясь быть услышанной. Что, в общем-то, оправданно. Помнится, не так давно я и сама не стесняясь подслушивала под этой самой дверью.
– Линда, ты никогда не обращала внимания, как именно воспитывали мальчиков в приюте? – понизив голос, начала с вопроса Сью.
Я пожала плечами. В принципе, я никогда и не интересовалась, как их там воспитывали. Жили они отдельно. Мы не пересекались практически никогда. Да и не сильно хотелось, мрачные они были какие-то. Но Сью к чему-то завела этот разговор, и мне уже было откровенно любопытно, к чему именно она вела.