Фиктивный брак (СИ)
— Виноват! Виноват! — вскинул ладони Хули Хуэй. — Не удержался! Больше этого не повторится, клянусь своим третьим хвостом!
Против воли я расхохоталась.
* * *Дядюшка Ху вернулся уже после рассвета, чего с ним обычно не случалось. Первым его приближение почуял Хули Хуэй, который проснулся и растолкал меня: мы оба заснули каждый в своём кресле. Владелец магазинчика был не один: с ним пришёл и Ши Чен. Они оба выслушали наш рассказ (говорил преимущественно Хули Хуэй). Старейший Ху поохал, покачал головой, с явным неодобрением покосился на порог, за которым стояло так и не отмытое ведро, но ничего не сказал. А Ши Чена больше интересовала припрятанная печать и пересказ разговора с полицейским инспектором.
— Говорите, после обеда? — спросил он, когда всё было сказано. — Отлично, тогда и пойдём.
Он бережно спрятал печать, поклонился дядюшке Ху, небрежно кивнул младшему оборотню и ушёл.
— Отпустите сестрицу Лянь спать, Старейший Ху, — предложил Хули Хуэй. — Я вместо неё поработаю.
Старейший Ху нахмурился, но потом кивнул. Я хотела возразить, но вместо этого так широко зевнула, что чуть не вывихнула челюсть. Едва дождавшись, когда лисы оттолкают старинный шкаф на место, я рухнула на кровать и заснула мёртвым сном.
* * *После обеда мы с Ши Ченом стояли у входа в полицию. Он попросил меня подождать у входа, заглянул внутрь, о чём-то спросил на пропускном пункте, потом вернулся ко мне.
— Всё хорошо, — усмехнулся он. — Янь Су ещё не приходила.
— А зачем она тебе? — спросила я.
— Увидишь, — засмеялся Ши Чен.
Мы немного постояли, провожая глазами редкие проезжающие автомобили и велосипеды, пока на горизонте не показался ярко-красный лимузин.
— Ага! — обрадовался Ши Чен. — Это она.
Лимузин подъехал ко входу в полицию, припарковался прямо под знаком остановка запрещена, из него выскочил шофёр и с поклоном открыл дверцу салона. Из лимузина показалась сперва одна ножка в изящной белой туфельке, потом вторая. Потом — так же медленно, как будто это происходило в кино, — высунулась рука в кружевной перчатке. Она ухватилась за протянутую руку шофёра, и вот на тротуаре стояла сама госпожа Янь Су — красивая изящная женщина в белом клетчатом пальто, наброшенном поверх серебристого ципао [11]. Она скользнула по нам равнодушным взглядом, достала из кармана портсигар, из которого щелчком выбила отсвечивающую золотом сигарету. Шофёр поднёс лунтао зажигалку, и та картинно закурила. Сделав всего пару затяжек, она бросила испачканную алой помадой сигарету себе под ноги. Шофёр распахнул перед ней дверь полиции и Янь Су вошла внутрь.
— Она намного приветливей, если узнать её получше, — прошептал Ши Чен. — К тому же это самая отзывчивая лунтао из всех, кого я знаю.
— Отзывчивая?! Лунтао?!
— Ш-ш-ш… не кричи. Я хотел сказать, что она ни разу не отказала никому в просьбе узнать, что за дух расшалился в доме или наслал болезнь. Часто приходит сама, даже в самые бедные дома, а если не может, то пошлёт лучших заклинателей. И никогда не берёт за это денег.
— А репортёры её газеты оказывались рядом совершенно случайно? — скептически спросила я.
Ши Чен расхохотался.
— Вроде того. Пойдём. Я этого зрелища в жизни не пропущу!
— Какого зре?.. — начала я, но муженёк потащил меня внутрь.
Как оказалось, он уже получил наши пропуска, поэтому мы догнали госпожу Янь и её шофёра, которые прошествовали по выстланному зелёным линолеумом коридору и остановились у обитой дерматином двери. Шофёр с поклоном открыл её перед госпожой и, к моему удивлению, придержал перед нами. Ши Чен приветливо ему кивнул и мы прошмыгнули в большой кабинет. Ближе всего к входу, по правую руку, стоял стол с большой печатной машинкой, над которой сосредоточено трудился Ху Ван. Когда мы вошли, он оторвался от своего занятия и кивнул Ши Чену и мне, а после снова принялся сосредоточенно высматривать иероглифы в поддоне. Я заинтересованно пригляделась. Мне приходилось работать на нашей старенькой механической машинке, и эта показалась мне гораздо удобнее.
По левую руку от входа стоял молодой круглолицый парень, к животу которого было что-то привязано. Приглядевшись, я с ужасом поняла, что не привязано. Из плеч у него торчали металлические детали тостера и выглядывали хлебные корки, а прямо в живот была вделана кофеварка.
— Это Бао Куйлэй, — шепнул Ши Чен, заметив мой взгляд, — полицейский киборг.
— Что?! — прошипела я. Ху Ван нервно вздрогнул, но, кроме него, на меня никто не обратил внимания.
Глубже в кабинете, по левую руку, стоял стол, за которым сидела уже знакомая мне госпожа Хен, в серой блузке с большими нагрудными карманами, а дальше всего за своим столом сидела госпожа Сюй, на которой сегодня была надета не форма, а белый пиджак с широкими плечами. Волосы госпожа Сюй заплела в две косички и казалась моложе, чем при первом знакомстве.
— Здравствуйте, госпожа Янь, — поприветствовала инспектор Сюй пришедшую в полицию лунтао. — Мы рады, что у вас нашлось время…
Инспектор Хен вскочила на ноги.
— Вы дадите нам объяснения, госпожа Янь, — выпалила она. — Да, объяснения! Вчера в вашем борделе…
Не слушая её, госпожа Янь запустила руку в объёмный карман своего пальто и извлекла оттуда нечто, больше всего похожее на перекрученный кусок толстой верёвки.
— Ой, а что это я принесла?.. — ласково пропела лунтао, не отрывая взгляда от госпожи Хен.
— Госпожа Янь, ваши действия недопустимы, — подала голос госпожа Сюй. Губы у неё прыгали от сдерживаемого смеха, но было видно, что ситуация госпожу Сюй раздражает. Госпожа Хен вышла из-за стола и шагнула к госпоже Янь.
— А кто у нас получит новую грызылку? — так же ласково спросила лунтао, завлекательно поднимая игрушку над головой. — Кто у нас хорошая девочка?
— Госпожа Янь… — тоскливо вздохнула инспектор Сюй.
Лунтао опустила руку пониже и потрясла грызылку перед самым носом инспектора Хен. Та рванулась к игрушке. В следующий миг я увидела хохлатую собачку в серой попонке, которая вцепилась в грызылку и с упоённым рычанием принялась вырывать её у лунтао. Госпожа Янь со смехом тянула игрушку на себя. Собачка рычала и мотала головой.
— Ваши действия… — повторила госпожа Сюй.
— Сами виноваты, что с собачкой не играете, — огрызнулась госпожа Янь. Инспектор Сюй махнула рукой и подошла к нам.
— И вот так — каждый раз, — сказала она Ши Чену. Тот сочувственно усмехнулся, но подтолкнул меня вперёд.
— Возьмёте к себе? — спросил он потеплевшим голосом. — Хотя бы на стажировку. Если она будет ночевать в общежитии, я буду спокоен.
— Возьму, возьму, куда я денусь? — вздохнула госпожа Сюй. — Пошли, сестрица Лянь. Оформим тебя в отделе кадров, пока инспектор четвёртого уровня занята. Что ты умеешь? Кроме битв с зомби, я хочу сказать?
Я покраснела. Ши Чен расхохотался и мы вместе вышли в коридор.
— Продавать сладости и печатать на машинке, — неприветливо ответила я. — Вести записи. А вот стрелять из пистолета не пробовала.
— Этому мы научим, — отмахнулась сестрица Сюй. — А вот печатать на машинке у нас некому. Ху Ван до сих пор путается, а Бао Куйлэй приходит в ярость при виде механизмов. Ревнует, бедолага.
Мы вышли в коридор и я услышала за спиной звонкий сигнал тостера, а потом невнятное Спасибо, произнесённое Ху Ваном.
— Завтра начнёшь работать — попроси у Бао кофе, — посоветовала сестрица Сюй. — Он это обожает.
Глава 6
Полиция (продолжение)
Оформление прошло как по маслу, хотя я всегда считала, что в полицию просто так с улицы не берут. Но хмурая кадровичка только покосилась на меня, на моего мужа, на инспектора Сюй и уткнулась в бумаги. Ши Чен протянул ей мою фотографию, сделанную, похоже, в магазинчике дядюшки Ху, сунул под нос какие-то бумаги, в которые не дал мне заглянуть, и кадровичка — бац! бац! бац! — поставила все нужные печати. Мне выдали корочки пропуска и даже талон на общежитие.