Муданжские зарисовки (СИ)

— Тряпка сама холодная, — сказал он. — Человеческая. Бери. Года два будет холодная, если не мочить.
Во всяком случае, обычно человеческие штуки работали именно так.
Тут из травы вынырнул второй оскал, а за ним и шакал, но, увидев своего приятеля в человеческой форме, притормозил. Они обменялись кратким перерыкиванием и поскуливанием. Новый шакал принюхался в сторону Хоса и затряс ушами.
— Ты с людьми, — перевёл первый. — Зачем здесь?
— Строить что-то хотят, — пояснил Хос. — Ищут место, чтобы никого не обидеть.
Шакалы зафыркали и по очереди глянули поверх головы Хоса туда, где люди, надо надеяться, убирались в унгуц.
— Завтра приходи, — сказал первый. — Позовём старшего, с ним говори.
Хос неслышно выдохнул.
— Старший человек будет говорить, — сообщил он, чтобы это не оказалось неожиданностью.
— Не кот? — сощурился шакал.
— Старший кот далеко, — объяснил Хос. — Я за него. Чтобы… — он замялся, подбирая слова, понятные шакалам. — Чтобы люди не обидели нас. Наших. Ваших.
Для убедительности он кивнул на щенков.
— Наших, — повторил шакал и снова принюхался. — Наш кот.
— Наш шакал, — сообразил сказать Хос.
Они оба кивнули. Первый неловко свернул одеяло, повалив щенков, обернулся, и они с приятелем понесли свёрток прочь за концы. Хос ещё посидел, переводя дух, а потом как был, в человеческой форме поплёлся обратно к людям. Вот так и становятся шакалами.
  
Черёмуха
 
Сегодня был выходной, и это означало неминуемый визит Шёлковой.
Конечно, Арай не каждый выходной подвергалась её набегу, но у Исара наклёвывался солидный заказ, и надо было разведать ситуацию. Арай была рада помочь мужу, но предвкушения ей это не добавляло.
К счастью, Шёлковая собиралась прийти только на обед, и до тех пор оставалась ещё куча времени. Арай решительно втряхнула себя в одежду и выволокла на улицу, чтобы не просидеть вообще весь день в четырёх стенах и унылом ожидании. Позавтракать можно было и на рынке.
Арай прошлась по рядам и набрала фруктов и сыров. Раньше она бы съела всё как есть, но теперь, отягчённая двумя годами целительского учения, протёрла фрукты спиртовой салфеткой. Арай не любила есть сидя — по крайней мере, вне дома. Когда сидишь, обязательно кто-нибудь прикопается, а ты и уйти не можешь. Поэтому за завтраком она прогулялась по рядам, приценилась к украшениям для дома, которые ей самой было некогда плести, прикупила пару блокнотов, чтобы делать анатомические наброски, а то нынешний уже почти кончился.
Доедая последний фрукт, она подошла к лотку на самом краю рынка. Там стояли какие-то склянки, но внимание Арай привлекли не они, а девушка за прилавком.
Собственно, сам факт, что за прилавком стояла девушка.
Нет, женщины на рынке иногда торговали — подменяли заболевших мужей, или сами вдовые, или кому не нашлось мужа. Но перед Арай стояла молодая симпатичная девица. Мужики из соседних палаток присвистывали и посмеивались, отчего девица краснела и таращилась в землю, не видя покупателей.
— Здорова будь, — осторожно сказала Арай, заглядывая девице в лицо и пытаясь разгадать загадку. — У тебя… всё хорошо?
Мало ли, может, отец умер недавно или… Или как у самой Арай.
— Всё отлично, — напряжённым голосом сказала девица, выныривая из мехового воротника. — Не желаете ли купить духи?
Только сейчас Арай обратила внимание, что за склянки на лотке. Парфюмерные пробники. Она бездумно открыла парочку и понюхала. Ничего так, запах не резкий, цветочный, почему бы и нет. Но девица её всё-таки смущала.
— Послушай, — тихо сказала Арай, прикрывая рот рукой с флаконом, как будто нюхает. — Если у тебя проблемы в семье, я могу помочь. У меня тоже так было.
Девица сжала зубы и выглядела на грани истерики.
— У меня всё хорошо. Правда.
Арай, должно быть, смотрела скептично, потому что девица продолжила:
— Я просто продаю духи. Я их сама делаю. Мне нравится делать духи. Почему я не могу получать за это деньги⁈
Арай закрыла пробник и взяла другой, задумавшись.
 
— И как, покупают?
Девица ничего не ответила, но по тому, как у неё поджались губы и заблестели глаза, Арай догадалась, что не очень-то. Ну какой мужик будет покупать духи своей жене у какой-то зашуганной девки с лотка? За такими вещами ходят в шикарный магазин, и там чтобы коробочка красивая была, освещение особое, хозяйка-красавица в шелках… Эта бы неплохо смотрелась, кстати, но только не в шубе посреди базара. Вот если её привести на какую-нибудь женскую встречу…
И тут Арай вспомнила про Шёлковую.
— У меня есть предложение, — сказала она. — Ко мне сегодня в гости придёт одна прилипала. Составь мне компанию за обедом, чтобы не так паскудно было, а я и сама у тебя что-нибудь куплю, и ей продам.
Девица поняла сильно не сразу. Но через полчаса Арай всё-таки попросила проходящего мимо молодчика донести сложенный прилавок до её дома.
Парфюмерша, вынутая из шубы, оказалась не тощей и достойно одетой. Шуба так-то тоже была неплоха, но не очень удачно подобрана, наверняка отец покупал или в наследство досталась.
— Я Ветка, — сообщила ей Арай, наливая им обеим чай в стеклянные чашечки, которые сама сегодня купила.
— Черёмуха, — представилась девица, уже начав расставлять свои флаконы на маленьком столике у дивана.
— Ого, — усмехнулась Арай. — А аромат черёмухи у тебя есть?
— Три на выбор, — гордо ответила та.
Арай понюхала.
— Вот этот — почти один в один как носит Хотон-хон, — заявила она.
Черёмуха, кажется, оскорбилась.
— Я делаю свои ароматы, а не копирую чужие.
— Ты сделай себе имя на этом, — предложила Арай, помахивая флаконом. — А потом будет проще продавать остальные. Тебе бы, конечно, магазин свой, но, я так понимаю, раз ты стоишь за прилавком, то строить некому?
Черёмуха пригнула голову.
— Отец брату построил. А мне не хочет. Мол, ишь удумала торговать. А брат мой товар не берёт, у него лавка специй, там такой запах… В общем, без шансов.
— Понятно, — вздохнула Арай, но от сердца у неё немного отлегло. — Давай мне вот этот и вот эти два. Почём они?
— По семь тилей каждый.
Арай чуть в обморок не упала. Хорошо ещё, спросила до прихода Шёлковой!
— Ты очумела, что ли, по семь тилей духи продавать? Да кто это купит? — изумилась она.
— Да куда дешевле-то⁈ — возмутилась Черёмуха.
Арай закатила глаза.
— Не дешевле. Дороже! Если б мне муж купил духи за семь тилей на рынке, я бы ему их в лицо выплеснула! Бери по два мингя, не меньше! А за черёмуховый по пять. — Потом задумалась и добавила: — Но мне можешь продать со скидкой за совет.
К обеду, когда заявилась Шёлковая, у Арай уже всё было схвачено. Помимо ароматов для себя, она взяла несколько пробников, чтобы раздать дамам на ближайших встречах, парочку для секретарей в Доме Целителей и один в подарок Исару. Пусть он и не очень привлекательный мужчина, зато очень богатый, а запах богатства продаёт не хуже.
— Ах, у вас и кроме меня сегодня гости? — ядовитенько спросила Шёлковая, завидев Черёмуху. Конечно, она рассчитывала единолично запустить хоботок в энергетические резервы Арай.
— Да я вот подумала, вам может быть интересно познакомиться, — небрежно отмахнулась Арай. — Это моя подруга, Черёмуха, она делает аромат, который носит Хотон-хон. Мы с мужем подумываем инвестировать в её бизнес…
Когда гости разошлись после обеда, муж Шёлковой уже собирался построить для Черёмухи магазин и выкупить у Исара инвестиции, хотя сам об этом ещё не подозревал.
  
Удивительное рядом
 
Что не так с этим выездом, я поняла только на второй день, когда выбралась в районе полудня из шатра, чтобы пообедать, и на совершенно ясном небе не увидела солнца. В голове пролетели какие-то дикие соображения про Ирлика, вселенские катаклизмы и пахучую траву, которую тут развешивают в домах с какими-то эзотерически-гигиеническими целями, но потом до меня дошло: на Муданге тоже есть Полярный круг, а за ним бывает полярная ночь. Которую я в данный момент и наблюдала.