Унесённые не тем ветром (СИ)

- Это не я жалкая, - зло шипит Скарлетт. – Это ты жалкая! Живешь с бандитом, а до этого торговала собой ради денег!
- Браво, миссис Уилкс, - раздается вкрадчивый голос Ретта с порога.
Все присутствующие в гостиной резко обернулись в его сторону и заметили там, еще и потрясенного мистера Уилкса. Джентльмены стояли рядом, резко отличаясь друг от друга. Сильный, харизматичный Ретт Батлер и слабовольный, потерянный Эшли Уилкс, сгоравший от стыда за поведение своей жены.
- Вот только есть один нюанс во всей вашей истории, - продолжает Ретт, сурово глядя на Скарлетт. – Денег на лесопилку Мелани дал я, когда моя невеста сообщила, что хотела бы чем-нибудь заняться. Так как она весьма успешно ведет своё дело, я не считаю нужным афишировать своё участие.
- Причем тогда тут Френк Кеннеди? – поджав губы, не постеснялась спросить Скарлетт.
- Меня не было в Атланте, - иронично ответил Ретт, явно удивленный её допросом. – И она обратилась к тому, кого хорошо знала. Еще вопросы, миссис Уилкс?
Скарлетт поджала губы, понимая, что и так перегнула палку.
- Тетя Питти, раз уж все в сборе, я хотел бы рассказать новость, - продолжил Ретт, подойдя наконец-то ко мне и обняв.
Я была так рада почувствовать его поддержку. Эта сцена просто выкачивала из меня силы. Что за новости у Ретта я не знала и вопросительно посмотрела на мужа.
- Я купил нам дом, Мелли, - тихо сказал супруг и добавил, оглядывая Скарлетт. – Тогда я, конечно, еще не знал о разладе между нашими семьями, дорогая. В общем, я купил бывшую плантацию «Двенадцать дубов», где мы с тобой впервые встретились в день начала войны. Я назвал её «Виктория» потому что это наша победа.
Последнюю фразу Ретт произнес глядя мне в глаза. Я тоже помню тот день и как впервые увидела его. Я слышала всхлип Индии и радостный визг тети Питти, но не реакцию Скарлетт. Да мне было все равно, я целовала мужа. Значит, для него тот день тоже много значит, раз он потратил столько денег на выкуп плантации и строительство дома.
- Спасибо, Ретт, - тихо благодарю я мужа за поддержку.
- Ты не должна благодарить за такое, - фыркает Ретт и тихо добавляет. – Вернее должна, но не при всех.
Я усмехаюсь, и муж целует меня в кончик носа.
- Кстати, я так же приобрел треть «Тары», - громко говорит Ретт, осматривая всех присутствующих. – Её продавала Церковь.
- Вы приобрели часть «Тары»?! – в шоке произносит Скарлетт, не зная, что добавить.
- Да, но дом меня не интересует, возьму землей, что прилегает к «Виктории», - мстительно улыбаясь, говорит Ретт и спрашивает у меня. – Готовы ехать домой, миссис Батлер?
- Безусловно, - улыбаюсь я.
Мы выходим из гостиной в сопровождении тети Питти и Индии. Кузина шепчет, как она рада, что плантация её отца перешла ко мне.
- Я боюсь, как бы Скарлетт не разорвало от злости, - шепчу я, сидя в открытом экипаже рядом с мужем.
- Пусть, это её проблемы, - фыркает Ретт. – Она еще не знает, что мистер Кеннеди готовится продать мне часть «Тары», принадлежащей его жене.
- Зачем нам «Тара»? – недоуменно спрашиваю я.
- Незачем, но она прилегает к нашей плантации, а я хочу стать самым крупным землевладельцем в Джорджии, а может и на всем Юге.
- Я не смогу заниматься лесопилкой, - вдруг прошептала я, понимая, что буду отсутствовать в Атланте.
- Мы найдем тебе отличного управляющего, - фыркнул Ретт.
Спустя пару дней после памятного разговора в доме тети Питти, мистер Кеннеди продал Ретту вторую треть «Тары». Собственно, Ретт просто заявил Френку, что желает приобрести наследство его жены, и мистер Кеннеди не смог отказать моему мужу. Индия сказала, что когда Уилксы узнали об этом, Скарлетт кричала как сумасшедшая. Я не хотела поступать с ней так, но в планы Ретта благотворительность явно не входила. Муж сказал, что плодородная земля ему важнее, чем крики какой-то истерички, которая к тому же оскорбляла его супругу. В целом, от «Тары» у Уилксов остался дом, небольшой участок под огород и четверть от прежних земельных владений. Ретт взял землей компенсацию за одну треть дома, вторую свою часть дома муж планировал отдать под жилье для работников.
 
- Это жестоко, Ретт, - сказала я мужу, когда мы пили чай в саду. Мне не очень здоровилось, и муж решил, что свежий воздух будет на пользу.
- Никто не может оскорбить нас и не заплатить за это, Мелли, - произнес Ретт, не отрывая глаз от утренней газеты.
Плантация «Виктория» была просто огромна, а новый дом был втрое больше прежнего. Новость о том, что в особняк скоро будет нужна прислуга, тут же разлетелась по округе, так же как и тот факт, что «Виктория» будет выращивать хлопок, сахарный тростник и разводить лошадей. Люди приходили узнать о вакансиях. Пока Ретт решал вопросы со своим управляющим, мы с Мемми и Аруной бродили по пустым залам, планируя какую мебель необходимо приобрести.
- А что будет с нами, миссис Батлер? – осторожно спросила Аруна, когда Мемми отошла оценить вид из окна или само окно.
- Вы бы хотели переехать сюда? – мягко спрашиваю я с улыбкой.
Девушка мне очень нравилась и с Мемми она ладила. Старая нянюшка очень тепло отзывалась о ней.
- А можно? – неуверенно спросила Аруна.
- Конечно, как мы с Мамушкой тут будем без вас?
- Спасибо, миссис Батлер, - смущенно улыбнулась моя помощница. – Только не все смогут. У моего брата супруга работает у вашей тетушки.
- Ну, так и городской дом пустовать не должен, - говорю я, понимая, что кого-то оставить все же придется. – И тетушка останется присмотреть за нашим особняком.
Когда большая часть мебели уже была расставлена в большом доме, доктор Мид подтвердил, что я жду ребенка. Мы с Реттом были просто окрылены этой новостью.
- Я хочу дочку, - твердо заявил мне муж, целуя мой округлившийся живот.
- Хорошо, только есть одно условие, Ретт, - строго говорю я. – Никаких лошадей!
- Миссис Батлер, я планирую, стать самым крупным заводчикам этих животных в Джорджии, а вы предлагаете не учить ездить на них мою дочь? Она будет самой лучшей наездницей на всем Юге!
- Ретт…
- Не спорь со мной, Мелли, я все решил, - прекращает споры муж, вернувшись к поцелуям моего живота.
Не переживать я не могла, но все споры Ретт просто игнорировал. Наш переезд немного затянулся, но когда пришел мой срок, мы полностью перебрались в «Викторию». Последние месяцы мне казались адом, настолько стало тяжело. Ретт все время был поблизости, исполняя мои капризы. В тайне я сетовала на отсутствие современного оборудования и аппарата УЗИ, а еще различных витаминов для беременных. Чтобы как-то компенсировать их отсутствие, я старалась больше гулять в саду, есть разнообразную пищу и заниматься йогой. Корсет я послала к черту, как только он перестал привычно шнуроваться. Беременность я переносила лучше, чем ожидала, но роды были тяжелыми. Я была вымотана, но счастлива, что разрешилась от бремени.
Когда я впервые увидела дочь, что-то затрепетало внутри меня. Пусть этот мир был вымышленным, но мой ребенок был настоящим. Я её выносила и родила в муках. Без неё я никуда не собираюсь исчезать. И, конечно, без Ретта.
Нашу дочь звали Катарина Евгения Батлер. И никаких прозвищ!
- Ах, Кэти просто прелесть, - ворковали над малышкой тетя Питти и Индия, приехавшие погостить к нам.
Индия так же сообщила, что мистер Тревор Дрейк сделал ей предложение, и она с удовольствием приняла его, попав под осуждение городских дам-патронесс.
- Я решила быть смелее, как ты, - шепчет мне довольная невеста. – Мистер Дрейк многое пережил, как и я. И в тот день, когда вы со Скарлетт ругались, я решила, что если он сделает мне предложение, я соглашусь.
- Почему? – удивленно спросила я, с трудом вспоминая тот день.
- Потому что увидела разницу между Эшли и Реттом, - смущенно призналась Индия. – Я люблю своего брата, Мелли, не подумай ничего плохого, но он тоже виноват, что Скарлетт стала такой. Если бы он обладал характером, как у твоего мужа или хотя бы частью похожего темперамента, ей бы не пришлось тянуть жилы за всех. Я не хочу подобной жизни.