Попаданка и ее айдолы (СИ)

Ну, в смысле, ест мужик явно нормально, пополам в талии не переламывается, а рукава черной футболки с зубастым черепом не скрывают нормальные мужские бицепсы.
Из-под лохматой челки видна легкая небритость. Насколько подсказывает память Риты, здесь такое вообще нонсенс среди приличных людей.
И кто же оно, если мои мышки вытаращились на него большими испуганными глазами из-под масочек и даже не моргают? А водитель вообще застыл, словно суслик, у которого внезапно из-под жопки украли норку.
— И включите уже кондей, — прорычал патлатый и смачно зевнул. — Какого хрена опять места нет? Оторву башку…
— Садитесь, мистер.
Вообще-то это место я готовила для себя любимой. И должна сказать, что, заботясь в рамках служебных обязанностей об окружающих, я и о себе никогда не забывала. Поэтому бугаина, кинув всего один взгляд на сдвинутые в сторону вешалки с костюмами, ухмыльнулся всей небритостью и моментально рухнул, куда предложили.
— Хм… Угу… — Мужчина снова привстал, бросил на меня мутный взгляд сквозь челку. — М-м-м… — И, без труда дотянувшись, стащил с меня черную кепку и тут же надел ее на себя. Так, чтобы козырек полностью закрыл глаза. — Разбудите, когда приедем.
Он откинулся на пакет с чьими-то костюмами как на подушку. И затих.
И все затихли.
Только бодро жужжал кондиционер, который словно по волшебству вдруг включился. И водитель что-то невнятно кряхтел со своего кресла.
— Спит, — одними губами прошептал мне Лео и нервно передернул плечами.
— Кто это? — тихонько спросила я, пока закрывалась дверь и фургон медленно выезжал с парковки.
— Потом. Не шуми, — отмахнулся от меня парень. Ну или просто не хотел говорить о человеке в его присутствии. Кто его знает, может, этот невоспитанный индивидуум просто притворяется. — Садись тут. Только тихо. — Лео подвинулся вбок, предлагая мне втиснуться с ним рядышком.
— Потом так потом. Только… — Нет, мне не показалось. Машина снова встала, только уже не в тени подземного паркинга, а на выезде с него, на солнышке. — Только…
— Тсс! Это же господин Рю!
— Э…
— Его нельзя будить, если он заснул!
— Нам же хуже будет!
— Пусть отдохнет у нас. Может, нам потом зачтется…
Ага, это наперебой, но шепотом проснулись мышки. А я вытянула шею и с того места, куда меня утрамбовал Лео, озадаченно уставилась на лохматого мужика.
Че там, че там, в памяти Риты? Отчего эта память вдруг начала трепыхаться пойманной птичкой?
Оказывается, моя реципиентка искренне считала этого человека… демоном! Нет, серьезно. Девочка боялась этого мужика до дрожи в коленках.
Потому что режиссер, продюсер и порой акционер Рю Ром отличался отвратительным по местным меркам характером. Он орал, ругался, бил кулаком по столу и, о боги, говорил нелицеприятную правду в лицо. Страшный человек.
А еще он никак не подходил под местные стандарты красоты, которые все больше скатывались в понятие «чем безобиднее, тем красивее». Широкий, высокий, по местным меркам накачанный, с квадратным подбородком, раскосыми темными жестокими глазами, густыми бровями и вечно нечесаным гнездом на голове. Картинку дополняла также манера одеваться как бандюган и тату, которые он никогда не скрывал.
Я моргнула раз. Еще раз. Всмотрелась в видимую мне часть лица этого страшного серого волка, подавила в себе желание потрогать шерсть, эм, то есть волосы, и пожала плечами. Была у моей подруги собака, русский черный терьер, она же «собака Сталина». Вот ее когда полгода не стригли — она тоже так выглядела. А если не стричь такую животинку с годик, то и вовсе можно с перепугу принять ее за медведя. Благо размерчик подходящий.
И только хозяева знают, что за этой устрашающей внешностью прячется шестьдесят килограммов вполне себе спокойного, усидчивого и дружелюбного характера. И море нежности к друзьям.
Хотя тут с характером не сходится, судя по имеющимся у меня воспоминаниям. Но лично с Рю Ромом девочка не работала, а потому многого не знала.
Ведь по местным меркам уровень у этого господина… ну, примерно как у небожителя. Он едва ли не самый крутой чувак в индустрии, а иначе кто стал бы терпеть его манеры и нарочито некондиционную внешность.
  
Здесь же культ красоты — наше все, даже белые воротнички из офиса делают себе пластические операции. Ибо красивый человек в Объединенной Азии — успешный человек. Такие, как Рю Ром, скорее исключение. Хотя лично я нынешняя никогда бы не назвала его страшным.
Пока я все это вспоминала, мы приехали. Я даже не сразу сообразила, куда именно. Но наш водитель-хомячок в бейсболке оказался очень умным чуваком. Он самостоятельно решил, что стоит для начала развезти своих мышек по их норкам, а потом уже спросить серого волка, куда именно ему нужно.
— Не бросать же его одного, — это я сказала Лео, кивнув на водителя, когда нас привезли к зданию «Син-Син». — На, держи…
Мне удалось высвободить папку с документами из рук господина Рю и даже не разбудить последнего. Как я справилась с этим под полными ужаса взглядами мышат — отдельная песня. Но документики принесли «мистеру Ли», и вроде их надо было передать в агентство. Так что пришлось добывать.
— А ты… — Лео мужественно покосился на слегка всхрапнувшего мистера Рю и еще мужественнее зажмурился.
— Приеду позже. Мистер… — Я вспомнила, что значится на бейджике нашего храброго хомячка, и бодро продолжила: — Мистер Ким меня подвезет, после того как мы с ним уладим проблему. Правда, мистер Ким?
— Хм… мне как бы за бензин так-то… — донеслось с водительского сиденья.
Серый волк снова всхрапнул и причмокнул губами.
— Да-да, мисс, подвезу, куда скажете! — Бейсболка на хомячке встала немного дыбом, когда он втянул голову в плечи.
Лео приоткрыл один глаз, посмотрел на меня, вздохнул и кивнул. И поплелся к дверям агентства. А я осталась в фургоне между хомячком и волком.
 Глава 6 
— Так, осталось выяснить, куда этому мистеру надо, — вздохнула я. — Но это мы сейчас организуем. Нужен набор для побудки темных властелинов и великих тиранов.
— Что? — не понял водитель. Бейсболка на его голове вопросительно встопорщилась.
— Свежий кофе и самая ароматная из возможных булочка. Хотя лучше какой-нибудь круассан. А пока вот так. — Я накинула на спящее тело плед, заботливо его подоткнула, хмыкнула на получившуюся картину и снова пошла тратить не свои деньги. Точнее, не пошла — поехала.
— Вы знаете поблизости хорошую пекарню? Нам туда.
Водитель знал. Он же не айдол, ему скелетом светить не обязательно. И, судя по хомячьим щечкам, он это прекрасно чувствует. Так что заведение выбрал и вправду стоящее:
без шикарной вывески, в ряду таких же малюсеньких лавочек и забегаловочек возле небольшого уличного рынка.
Я одобрительно кивнула, спросила у мистера Кима, хочет ли он сам еще кофе, и выпрыгнула из фургона. Мой богатый опыт говорил мне, что тут я найду все необходимое. Потому что самая вкусная еда обычно здесь и водится: в крошечных закутках для своих, для тех, кто рядом живет или торгует, ходит за вкусняшками каждый день и понимает в колбасных обрезках получше мишленовских гурманов.
— Есть что-нибудь прямо из печи? Чтоб остыть не успело. И кофе. Со сливками и сахаром. — Почему-то мне казалось, что пугающий всех мужик просто обязан быть сладкоежкой. Может, я и ошибаюсь. Но раз он такой вечно сонный, да настолько, что собственную машину и ту отличить не может, ему все равно нужен сахар для стимуляции мозговой деятельности.
Когда я вернулась к фургончику, мистер Ким поджидал меня снаружи. И немного вымученно улыбнулся, завидев мою маску и очки в толпе завсегдатаев. Кажется, оставаться наедине с серым волком ему было страшновато.
Зато получил свои кофе с булочкой и как-то сразу расслабился. На его попытки выяснить, сколько он мне должен, я сделала ему строгий взгляд через темные очки. Удивительно, но он его распознал и правильно понял.