Корпорация попаданцев (СИ)

— Масима, значит, — Рудольф Иваныч перевел взгляд на Катю, — А ты по-русски говорить умеешь? Мне нужен референт, чтобы разбирался в японской культуре.
— Умею, — ответила Катя, — Позволю себе сразу дать вам совет как референт нанимателю.
— Что за совет?
— Если вы не встаете с места, принимая у себя японца, и не предлагаете ему сесть, то наносите тяжелое оскорбление.
Папаша Боленский хмыкнул.
  
— Присаживайтесь, раз такое дело, — правда своей жопы от кресла не оторвал.
Мы с Катей уселись на стулья, стоящие перед длинным столом.
— Что еще скажете про японцев?
— Японцы будут вести себя с вами очень корректно и не подадут вида, что считают вас гайдзином, — пришел я Кате на выручку.
— Кем?
— Гайдзином, то есть чужаком, иностранцем.
— А вас они будут считать за своих? — спросил Рудольф заинтересованно.
— Конечно, — ответил я ничтоже сумняшеся, — Для них мы и есть свои.
— Ну хорошо. Конференция пройдёт завтра утром. Оплата пол кворка.
Я прикинул, что в рублях это больше восьмидесяти тысяч. Неплохо зарабатывают переводчики референты в городе Солнца.
— Где и во сколько нам быть? — спросил я.
— Сюда подъезжайте к половине девятого.
— Пропуск надо еще раз оформлять? — спросила Катя.
— Не надо. Я вам этот продлю.
  
Глава 16
 
— Куда пойдём? — спросила Катя, когда мы вышли из здания канцелярии.
По тону ее вопроса я сразу понял, что возвращаться на лицевую сторону она не хочет.
— Поскольку никаких дел до завтрашнего утра у нас не запланировано, предлагаю прогуляться по городу Солнца.
Именно этого предложения Катя и ждала.
— Куда пойдём? — задала она тот же вопрос, но вкладывая в него уже совсем другое содержание.
— Город Солнца — это планета Земля в миниатюре. До Китая тут рукой подать. А до Америки полчаса ходьбы. Но вот я думаю, чего я не видел в Америке?
— Я в Америке ничего не видела, — призналась Катя, — И не особо стремлюсь.
— Тогда предлагаю не ходить по замкнутому кругу. Мне любопытно, где заканчивается город Солнца. И что начинается там, где заканчивается город Солнца. Должны же быть у него внешние границы.
— Если город Солнца — это планета в миниатюре, то по идее мы за несколько часов обогнем весь изнаночный мир и придем в Америку с другой стороны, — предположила Катя.
— Отличная идея. Мы с тобой как сухопутные Колумбы, попытаемся дать полный круг по изнаночному шару.
— Вот именно. Будем сухопутными Колумбами. Жаль, что у нас нет с собой бумаги. Мы бы тогда нарисовали карту.
— Бери выше. Нарисуем сразу глобус.
Поскольку времени у нас полно, ловить извозчика не стали. Основные дороги идут радиально к центру города. Так что не заблудишься. Мы миновали административные кварталы, за ними пошли жилые. Первые этажи трех-четырех этажных домов как правило заняты под торговлю, услуги и кормежку населения.
— Я так понимаю, многоэтажек здесь не встретить. Четыре этажа максимум, — озвучил я очевидное наблюдение, — Хотя это странно.
— Почему странно?
— Не вижу сложностей в том, чтобы перетащить через порталы нужное количество цемента и металлоконструкций. Правда, без электричества здесь сварка работать не будет. Но ведь можно обойтись без сварки.
— А краны, бульдозеры всякие, — напомнила Катя, — Они тоже без электричества работать не будут.
— Ну да. Без крана многоэтажку строить тяжко.
Город Солнца оказался велик. Мы целенаправленно шли больше часа, а конца у города не наблюдалось. Дорога из булыжной мостовой давно превратилась в простую грунтовую, но утоптанную и разровненную. Дома стали попадаться не выше двух этажей, и чем дальше, тем больше одноэтажных.
Вместо лошадей все чаще встречаются другие ездовые животные, про которых я и не подозревал, что они ездовые. Какие-то двуногие ящеры с задранными вверх хвостами, тягловые горбатые коровы, пятнистые жирафы.
Патрули инквизиции в красных петушиных мундирах передвигаются исключительно верхом на очень крупных баранах с витыми рогами. Остальные участники дорожного движения, завидев их издалека, старались заранее прижаться к обочине. Здесь, видимо, люди приучены к мысли, что баранам дорогу надо уступать.
Но плотность населения меньше от этого не становилась. Видимо, здесь уже не соблюдались границы сектора так тщательно, как в центре. Рубленые русские избы соседствовали с традиционными постройками других народов. В качестве стройматериалов использовалось все что угодно от глины до соломы.
Люди тоже стали попадаться разнонациональные. Порой вовсе встречались гуманоиды с синим, зеленым и даже ярко-апельсиновым оттенком кожи. Над торговыми лавками на вывесках теперь обязательно встречались обозначения валют. Видимо, таким образом хозяева торговых точек давали понять, какие деньги принимаются для расчетов. Знаки рубля и юаня в этой части города были самыми распространёнными.
Мы уже поняли, что никакой кругосветки за пару часов нам не совершить. Мир изнанки гораздо больше, чем казалось из центра. Но решили идти дальше и в какой-то миг неожиданно дошли до края городской черты.
Дорога была перекрыта шлагбаумом, у которого дежурил наряд бойцов. Невидимая черта отделяла плотную застройку от чистого поля. Там видны были окультуренные участки, что-то выращивали, даже торчали какие-то сараи, но жилых домов за той чертой, обозначенной шлагбаумом не было.
Тем не менее дорога уходила дальше и вилась между полями. По ней тоже шли и ехали, но только гораздо меньше и как правило вооруженными группами. Подключив видение, я понял, что здесь заканчивается защитный магический купол, закрывающий город Солнца от внешнего мира изнанки.
— Купите шашлычка, — окликнул нас мужик разбойничьего вида, готовивший мясо на мангале на пару со своей супругой, — Мясо хорошее. Живоглотик только сегодня попался в капкан.
— Живоглотик? — мы с сомнением поглядели на то, что было нанизано на шампуры.
На первый взгляд обычное красное мясо в меру сочное, в меру жирное. Запах от него исходил правильно-шашлычный. Катя громко сглотнула. Тут же рядом под открытым небом имелся сколоченный из досок стол с двумя лавками.
— Хороший живоглотик, не старый, — пояснил мужик.
— Это что за зверь такой?
— Самая распространенная тварь изнанки, — пояснил охранник, стоящий у шлагбаума, видимо ему было скучно, — Магии в нем почти нет. Побочки с него не бывает.
— А с кого бывает побочка? — насторожилась Катя, — И в чем она заключается эта побочка?
— Бывают твари с сильной аурой. Если такую поешь, получишь маго-химическое отравление. Но от живоглотика еще никто не пострадал.
— Рубли принимаете? — спросил я.
— Все принимаем, акромя навозу, — заверил мужик торговец, — Сколько вам?
— Две порции. И хлеба, пожалуй.
Мясо оказалось вкусным, а цена приятно порадовала. По четыреста рублей за хорошую порцию. Дешевле, чем в лицевом мире.
— Теперь я знаю, куда надо ходить поесть шашлыка, — сказал я, обмакивая очередной кусок в томатный соус, поданный вместе с мясом.
Катя промолчала, потому что была поглощена своим куском, но по ее довольному виду было понятно, что она со мной полностью согласна.
После мяса у соседней торговки мы взяли по стакану травяного чая. Торговка объяснила, что в качестве заварки использован иван-чай и некоторые ягоды для сладости.
Попивая чай, мы наблюдали, как охрана пропускает тех, кто заходит под купол или выходит из-под него. Купол хоть и невидим, но вполне себе материален. При помощи артефакта охранники приподнимали купольный полог над шлагбаумом. Вернее артефакт был закреплен на подъемном плече шлагбаума. Когда поднималось плечо, вместе с ним поднимался и артефакт.
  
— Маго-механика в действии, — прокомментировал я, объясняя Кате принцип работы пропускного пункта.
Разделавшись с чаем, мы с Катей решили отправляться в обратный путь, но внимание привлекла заминка, случившаяся при въезде очередного путника. Шлагбаум открылся, а закрыться не пожелал, словно его что-то держало. К охраннику, пытавшемуся закрыть шлагбаум, на помощь пришел его товарищ, но и вместе они не смогли опустить длинную полосатую жердь.