Корпорация попаданцев (СИ)

— Серьезно?
— Ну, я точно не помню.
— В любом случае версия с наследством не выдерживает критики, — согласился я, — Дорина попаданка плюс маг, хоть и не очень сильный. Ведет дела с самим Боленским. Ты права, Катя, из-за денег Прилипа рисковать не станет.
— Но должна быть какая-то связь? В конце концов они оба румыны.
— А если ее в самом деле интересует наследство, — предположила баба Зина, — Только нематериальное. Допустим, Прилип унаследовал что-то такое… ну скажем удачу или успех. Он же очень удачливый.
  
— Разве удачу можно передать по наследству? — удивился я.
— Много чего можно, — заявила баба Зина, — Кстати, у тех самых румын как раз был национальный артефакт. Медное кольцо удачи или медное кольцо успеха. Там перевод неоднозначный, но в целом вы поняли, понятия близкие.
— Любопытно. Где теперь это медное кольцо успеха?
— Не знаю, — отмахнулась баба Зина, — Румыны меня в судьбу народных реликвий не посвящают.
— Слушайте, — оживилась Катя, — А что если Прилипу по наследству в самом деле перешел какой-то артефакт, завязанный на успех? Про его удачливость в среде артистов ходят легенды. Он вроде и капризный, и не особо дальновидный, но бабло чует, как пес.
— Хорошая версия, — одобрил я, — Надо попробовать еще раз поговорить с Прилипом. Возможно он владеет чем-то магическим, сам не отдавая себе в этом отчета.
— Точно. Надо поговорить еще раз, — полностью одобрила мою идею Катя, — Порасспрашиваем про его предков. Вдруг что-то всплывет.
Распрощавшись с бабой Зиной пошли отсыпаться в свои комнаты. Перед тем, как улечься спать, позвал Шишка, который ждать себя не заставил.
— Что нового, Максим?
— Ходили в пентхаус Прилипа. Искали хоть какой-то артефакт. Но ничего не нашли. Как думаешь, Фарфоров может быть обладателем артефакта?
— Возможно, — ответил Шишок, — У него не только пентхаус есть. Еще дома в собственности за городом.
— А ты сможешь поискать?
— Извини, Максим. Я же уже говорил. Не могу отправляться по своему желанию. Только когда кто-то позовет.
— Да. Точно. Извини, забыл.
— Но ты зови меня. Чем смогу помогу.
— Ага. Ладно. Позову.
Я улегся под одеяло и уснул. На другой день Катя проснулась поздно, поэтому завтраком довольствовалась холостяцким в моем исполнении: кофе и бутерброды.
В офис мы решили даже не заезжать. Нет смысла терять время. Сразу поехали в клинику, где лежит Прилип. В наглую проезжать на закрытую территорию, как это делает Сергей, не умеем. Так что пришлось парковаться как положено, на специально отведенной посетительской парковке.
— У-у, Макс. Это что за столпотворение? — выйдя из машины Катя указала кивком на толпу, собравшуюся перед воротами, состоящую в основном из возбужденных женщин.
— Ты подобрала очень правильное слово, Кать. Столпотворение — это творение столпа, в нашем случае кумира. Похоже поклонницы Прилипа узнали, где лежит на сохранении кумир эстрады.
— Лежать на сохранении — это другое, — Катя рассмеялась.
— А чего другое? Вот он лежит там в целости и сохранности. А попробуй выпусти его к этим женщинам. Разберут на сувениры.
— Ты лучше скажи, как мы проходить будем. Охрана никого не пускает.
— У тебя же есть номер Прилипа. Набирай ему. Пусть дает отмашку.
Катя позвонила Фарфорову на сотовый. Как ни странно тот взял трубку.
— У нас появилась версия, что ваша кузина Дорина нацелилась на какое-то ваше наследство, — сообщила она, — Мы бы хотели обсудить это при встрече.
Прилип согласился и сообщил на пост охраны, чтобы нам выписали пропуска. Мы почти благополучно прошли на территорию клиники. Почти, потому что поклонницы, поняв, что нас с Катей допускают к Прилипову телу, попытались порвать нас на клочки.
— Как можно вообще жить, когда тебя постоянно преследует толпа сумасшедших фанаток, — взволнованно сказала Катя, когда мы оказались на территории клиники.
— Вот это мы сейчас выясним.
Прилип встретил нас в своей палате во вполне благодушном настроении. Он был обложен цветами от поклонниц как картофельный куст навозом. Среди всего этого цветочного благоухания кумир цвел и пах аки роза.
— Здравствуйте, Прилип.
— Здравствуйте, здравствуйте, — отозвался король поп-музыки слащавым голосом.
— Позволите присесть?
— Садитесь, чего уж теперь… вон те веники на пол прямо скидывайте. Ну, что вы там накопали про мое наследство?
Я не решился бросать гору букетов на пол и аккуратно переложил их на тумбочку.
— Мы полагаем, что ваша кузина хочет получить что-то нематериальное или не совсем материальное, — не очень понятно сообщила Катя, — Возможно что-то из Румынии.
— Из Румынии у меня только старая бабкина мельница. Сказала бы сразу, я ей так отдал.
— Что за мельница?
— Прадед у меня был мельник, — пояснил Прилип, — У него была своя мельница. Потом мельница перешла к бабке. А потом ко мне. Слушайте, я эту мельницу в глаза не видел. Ее вообще сперва хотело выкупить правительство, потом чего-то передумало.
— Зачем правительству мельница? — удивилась Катя.
— Мельница ему ни к чему. Правительству нужен был холм, чтобы там какие-то радары поставить. Но потом решили вместо старых советских ставить новые американские. И что-то передумали.
— Радары? Там военная база где-то рядом?
— Ну да. Авиа-база Когэлничану, — пояснил Прилип, — А я знаете, не очень хотел продавать. Вернее совсем не хотел.
— А чего так? Мало денег предлагали?
— Дело не в деньгах, — пояснил Прилип, — Бабка мне твердила, чтоб мельницу не продавал. Она вообще странная была. Ее в окрестных селах считали ведьмой.
— Вот даже как.
— Она могла кого угодно на удачу заговорить… ну мне так рассказывали… хочет, скажем, кто-то продать лошадь. Так он сначала идет к бабке. Серебряную монету дает, не медь какую-то. И просит об удаче. Бабку ему нашепчет. И обязательно найдется покупатель, который за коня щедро заплатит.
— Какая удивительная история.
— Не верите что ли? — Прилип зазвучал капризной обиженкой.
— Нет что вы, как раз верим.
— А скажите, от бабушки вам перешли какие-то вещи, предметы?
— Ничего не перешло. Я из Румынии только часы привёз настенные. Но это не бабкины. Они у мамы в доме висели. Мама их сама купила. Бабке их бой не нравился, а мне нравился. Вот я их и привез. Напоминают о доме…
— Понятно. А мельница по-прежнему в вашей собственности?
— Наверно в моей, — Прилип пожал плечами, — Я ж говорю, не видел даже. Если б вы про Румынию не заговорили, я бы и не вспомнил.
— Спасибо, Прилип. Помогли нам кое-что прояснить.
— Да пожалуйста…
Обратно с территории клиники фанатки выпустили нас без проблем. Видимо уже забыли, что мы ходили к их кумиру.
— Странно, Макс, — сказала Катя, выруливая на трассу.
— Что странно?
— Этот Прилип даже не поинтересовался, кто мы такие? Почему вообще занимаемся этим расследованием? Он же должен как-то связать свою болезнь с мистикой. А все, что он про нас знает, что мы организовываем мероприятия.
— Мне кажется, это продолжает работать внушение Сергея. Его вообще никто ни о чем не спрашивает. Люди просто делают то, что ему нужно.
— Так-то крутая способность. Он мог бы миллиарды зарабатывать.
— Это вряд ли. Инквизиция быстро прищучит… кстати, о Сергее. Я думаю, надо ему звонить. Сказать, что мы узнали про бабкину мельницу. Скорее всего кузина за ней охотится.
— Мы же это уже обсуждали. Мельница, в случае смерти Прилипа, отойдет его детям.
— А вот не факт. Он про эту мельницу вспомнил только из-за нас. И его детям тоже она не нужна. Они не поедут в Румынию оформлять наследство на это старье.
  
— Может, ты и прав, — подумав, согласилась Катя, — Тогда звони Сергею.
  
Глава 15
 
— Не отвечает, — сообщил я, — Абонент вне зоны действия.
— Скорее всего он в Сансити, — предположила Катя.