Властители магии (СИ)

— Добро утро, Дэвид. С чего ты взял, что я умею петь? — мне казалось за эти дни никто не находился рядом со мной, когда я тихонько напевала.
— Я слышал, мадмуазель… — он виновато опустил глаза. — У вас чудесный голос, как у сирены. Хотя вы всего четвёртый день на этом корабле, мы слышали как вы тихонько напеваете здесь… Мы не понимаем слов, но нам очень нравится. Спойте, мадмуазель Каролина, прошу вас.
Я улыбнулась, не в силах отказать в подобной невинной просьбе:
— Ну, если ты так хочешь…
Я облокотилась спиной на деревянные поручни и слова сами рекой всплыли в памяти:
Меня лишь позови,
Приду на зов,
Прилечу к тебе в ночи,
Освобождаясь от оков.
Вода и пламя сольются вместе,
Целуй, мой нежный,
Огонь на сердце,
Целуй, мой нежный, вода по венам…
Вот и благодарная публика нашлась. Пускай, теперь я никогда не буду петь на сцене, записываться в студии, зато теперь я пою вживую, когда мне этого хочется! На пиратском корабле посреди огромного океана! И мне нравится, ловить на себе восторженные взгляды.
Вспомнив мои феерические постановки танцев на концертах, я машинально начала пританцовывать, меня незаметно окружили моряки, оторвавшиеся на время от своих занятий, и я оказалась в кольце слушателей. Мне было невероятно легко и приятное тепло охватило душу.
Едва я закончила петь, на меня хлынул град аплодисментов, а затем сквозь это рукоплескание прорвался голос Джека. Моряки расступились, пропуская вперед капитана.
— Вы полны сюрпризов, моя дорогая!..
На его губах мелькнула улыбка и капитан взял меня за руку. Притянул к себе и обнял за талию. Я несколько оторопела, забыв о нашем договоре, но не успела ничего возразить, потому как услышала слова Джека:
— Хочу сообщить вам, мои друзья, что мы останемся на острове на пару дней.
— Зачем, капитан?
— Потому что эта мадмуазель в скором времени станет моей женой… — с этими словами он запечатлел на моей щеке поцелуй.
Команда поддержала эту новость дружным "Ура!", как будто все ждали такой исход, и уже через минуту мы остались вдвоём на носу. Джек развернул меня к себе лицом в кольце своих рук и спросил:
— Мадмуазель, что произошло вчера вечером, когда мы ушли?
— Ничего…. — недоумённо пробормотала я.
— Но тогда отчего вы плакали? Вам действительно так не приятна мысль о том, что вы станете моей женой? У вас же был выбор.
— Был выбор? А, по-моему, вы ясно дали понять: или убирайся, или будь моей женой!.. — с невольной досадой в голосе воскликнула я.
— Я вас не держу, мадмуазель Каролина. Если у вас есть куда отправляться, хотя вы говорили мне, что у вас больше ничего и никого нет, так вы только скажите и я доставлю вас хоть к самому дьяволу!
— Почему… ну почему у меня всё ни как у обычных людей?.. — простонала я и из глаз хлынули слёзы. — Почему я даже не могу сама управлять своей судьбой… она не подчиняется больше мне…
Инстинктивно я уткнулась лбом в широкую грудь Джека, а он мягко прижал меня к себе, как обиженного ребёнка.
— Доверьтесь мне и я помогу вам справиться с нею… — шепнул Джек и нежно провёл рукой по моим волосам. — Почему вы так страшитесь этого брака? Он же совершенно ни в чём вас не ограничивает и ни к чему не принуждает…
— Я не смогу быть вашей женой и полюбить кого-то другого… — всхлипнув, пробормотала я. — У меня никогда не будет семьи…
— Вы меня удивляете, мадмуазель! А я тогда на что? — он отстранил меня за плечи, глядя в глаза. — Или я так отвратителен вам? Или, может, вы сомневаетесь, что я гожусь для семейной жизни?
Эти вопросы показались мне какой-то насмешкой в его устах, словно он говорил: "По-моему, это ты слишком мала и не опытна для этой жизни…".
— Джек, я совсем так не считаю… — выговорила, наконец, я. — Но…
— Вы просто боитесь. — мягко заключил капитан.
И в этих словах была чистая правда. Я ведь действительно боялась выходить за него замуж. Это было внезапным поворотом в моей судьбе и пугало меня. Я отправилась в прошлое, чтобы найти сестру, а вместо этого потеряла навсегда сестёр и возможность вернуться домой, и нашла мужа. Причём, замужество — лишь единственный выход в создавшемся положении.
 
Слёзы ручьём лились из глаз и я не могла остановить эти глупые рыдания. Мне стало стыдно:
— Ну почему же я всё время плачу?.. — в отчаянии всхлипнула я, и тело пронзила нервная дрожь.
— Вы женщина, мадмуазель. Слёзы могут смягчить даже самого жестокого мужчину и у вас просто нет другого способа защиты от нас…
Тепло, исходящее от его тела, проникало в меня словно солнечные лучи, нежный голос с небольшой хрипотцой действовал успокаивающе, но я почему-то никак не могла перестать рыдать.
— Каролина, умоляю вас, не плачьте… Я не могу видеть женских слёз, особенно, когда не знаю как их успокоить. По крайней мере, заставить просохнуть ваши слёзки я не имею возможности. Без вашего разрешения.
— Почему? Что со мной не так? — не поняла я, вглядываясь в его лицо.
Тёмные глаза смотрели на меня не отрываясь как два тёмных омута, зовущих в свои глубины.
— Любую другую женщину я мог бы успокоить поцелуем, но вы — другое дело.
— Почему?
Лукавая улыбка мелькнула на его губах, он провёл двумя пальцами по моей щеке — от виска к подбородку, и слегка приподнял лицо. Большие пальцы скользнули по моим губам, вычерчивая их контур. Я замерла: то ли от страха, то ли от ожидания того, что должно произойти дальше. Ночной поцелуй ещё достаточно свеж в памяти.
— А вам этого хочется? — Он наклонился ко мне и белоснежная улыбка озарила его лицо. Горячее дыхание опалило мои губы. — Ваши губы такие сладкие. Ночью я едва смог сдержать себя….
Меня как током пронзило и я, отстранившись, отвернулась от него.
— Что вы себе позволяете? То, что я стану вашей женой ещё не даёт вам никаких прав на меня!..
Джек лишь рассмеялся в ответ. Когда я обернулась, то увидела лишь его удаляющуюся фигуру. Потом в глаза кинулось, что вокруг нас слишком уж пусто и я поспешила к верхней палубе. "Надеюсь, у Ричарда хватит такта ни о чём меня не расспрашивать, когда он увидит мою зарёванную физиономию! Вот хочу и плачу, и вовсе меня не надо успокаивать никаким поцелуем! Теперь надо забыть об этом раз и навсегда! Буду замужней монашкой!.. — гневно подумала я, но тут же усмехнулась последнему словосочетанию. — Нет, до монашки мне ещё далеко! А вот Джек ещё узнает кого взял себе в жёны! Ещё никому не удавалось заткнуть за пояс Кармен!".
Шёл восьмой день моего путешествия. Мы приближались к какому-то острову. Всё-таки, Джек тогда говорил, что мы будем примерно через семь дней в гавани. Получилось чуть дольше. Глупо оттягивать неизбежное, но я была рада неожиданной отстрочке. Чуда не произойдет, но я всё равно хотела, чтобы роковой день оттянулся как можно дальше.
Я вышла на палубу и устремила взгляд на остров, находившийся совсем близко, стараясь увидеть хоть какие-то следы города, но не увидела ничего, кроме зелёной "шапки" неизвестного мне острова и песчаного пляжа. Постепенно остров словно охватил нас своими могучими лапами и корабль вряд ли смог бы кто-нибудь заметить здесь.
У причала находился ещё корабль корабль. Немного больших размеров чем "Чёрный призрак", с белыми парусами, на которых была вышита чёрная буква "К" в золотой короне, и, на мой взгляд, слишком уж роскошным даже с виду. "Они собрались его ограбить? — подумала я, привстав на носочки и пристально разглядывая палубу того корабля, казавшуюся совсем безлюдной. — Интересно, почему там так мало матросов и почему они не удирают от нас?..".
Джека нигде не было видно, зато я увидела Ричарда, быстрыми шагами пересекающего палубу и поспешила к нему. Он сразу заметил меня и остановился рядом.
— Вы не видели Джека? — поинтересовалась я.
— Он сейчас появится, моя дорогая, а в чём дело?
— Скажите, Ричард, я чего-то не понимаю, или мы приплыли куда-то не туда?