Не гламур. Страсти по Маргарите
Наконец недовыбритый он и ненакрашенная я поехали на его машине в наш журнальный офис. Сидеть пришлось неподвижно: юбка то и дело грозила затрещать по швам. Самое главное, подписанный контракт на рекламу в «Лапушках» был у нас в кармане. Я рассчитывала, что Жане не подведет и факс уже в офисе.
Я влетела в редакцию, когда девчонки что-то активно и довольно громко обсуждали. К моему удивлению, на летучке была даже постоянно опаздывающая Ника. Из обрывков последних фраз я поняла, что речь идет о прямой связи деньги – журнал.
– На фига нам такой рекламный агент! – возмущалась Стрельцова. – О! Наша Мэрилин! Явилась! – увидев меня, съязвила Ника.
– Мила, ну куда ты пропала? У нас завал. Выход номера под угрозой срыва. Смотри – куча неоплаченных счетов, – Рита выглядела расстроенной. – Почему ты вчера не брала мобильник?
Я полистала меню в мобильнике. Действительно, одиннадцать неотвеченных звонков. Странно. Подруги смотрели выжидающе.
Ужасно не люблю оправдываться и никогда этого не делаю. Поэтому я молча подошла к факсу. К счастью, он был на автомате, и за громкими разговорами девчонки не слышали его стрекота. Жане не подвел. Я оторвала кусок бумажной ленты и жестом фокусника положила его на стол, за которым сидела Лаппа.
– Это что?
– Посмотри, – сказала я с деланным равнодушием, ожидая, однако, какой сейчас произведу фурор.
Рита пробежала глазами текст и присвистнула. Девчонки подбежали к столу, и видно было, что они тоже пребывают в легком замешательстве.
– Но как? – спросила Роза.
– Вот так! Кто тут возмущался по поводу непрофессионализма рекламного агента? – я сурово посмотрела на Нику.
– Ладно, девочки, не ссорьтесь. Лучше скажи, как должна выглядеть эта самая реклама? – Рита как всегда была конкретной.
Я рассказала о своем предложении Лакруа.
– Ну, и где мы теперь найдем этих звезд? – ахнула Оля. – Прям так сразу звезды и побежали в наш журнал своими лицами торговать. Да о его существовании даже никто не знает! К тому же звездам за рекламу тоже нужно платить. Ты подумала об этом?
Об этом, к слову, я думала в последнюю очередь. Ответа в голову не приходило.
– А если найти двойников звезд? – предложила Маша.
– Это уже будет фальсификация. Нарушение условия контракта, – это я знала точно.
– А где мы возьмем губернатора? Ты с ума сошла? – возмутилась Катя. – Да ее живую, без всякой шляпки, и то нужно с особого разрешения фотографировать. А у нас даже аккредитации в Смольный на обычную пресс-конференцию нет…
Все задумались. Вероятно, вспоминали своих «звездных» знакомых. Но никому ничего не припоминалось. Я внимательно наблюдала за лицами девчонок, ожидая, что сейчас на меня снова обрушится буря негодования.
Есть идея, – неуверенно начала Маша. – Рисковая, правда. Но, может, что-то получится…
– Ну, говори же…
– Можно использовать монтаж… Сфоткать кого-нибудь из нас, взять фото губернатора каких-нибудь «лохматых» годов, отретушировать и смонтировать… Это же сейчас легко сделать…
– Это, конечно, выход, – раздумывала Лаппа. – Но вы думаете, какие могут быть последствия, когда журнал попадет на стол губернатору?
– Может, и не попадет. Тираж-то у нас еще маленький.
– Сама не купит, так подсунут, – зло сказала Рита, вспомнив, видно, то утро в своем кабинете следователя с номером «Дамского поклонника» на столе.
– А другие предложения есть? – спросила Маша. Других предложений ни у кого не было.
– Давайте к Валентину обратимся из «Явки с повинной», – настаивала Маша. – Он наверняка знает, как это можно сделать.
– Э, была – не была… – вздохнула Рита. – В конце концов мы же из нее не уродину, а элегантную даму делать собираемся. Почти француженку. Да и деньги так нужны! Жаль от такого контракта отказываться…
Нерешенными оставались две проблемы. Нужно было найти жертву, которая вместо губернатора будет позировать перед фотокамерой, и – что самое сложное – отыскать хоть какое-нибудь старое фото главы Петербурга.
Почему-то никто из нас быть губернатором Николаенко Варварой Ивановной не хотел. Решили пойти старым испытанным способом – тянуть жребий. Накромсали одинаковых бумажек, на одной из которых Рита вывела аббревиатуру НВИ. Все перемешали и стали тянуть. «Губернаторский срок» выпал Нике.
– Мы же в разных весовых категориях! – заартачилась наша красавица.
– И в возрастных – тоже, – отмахнулась Лаппа. – К тому же мы не знаем, какая фигура была у НВИ в юности.
Нике пришлось смириться, поскольку жребий есть жребий и против судьбы не попрешь.
В тот же день я съездила в салон Лакруа и взяла под расписку роскошную шляпу.
На следующее утро мы приступили к съемкам. Маша предложила снимать «губернатора Нику» в романтическом стиле, поэтому в качестве соответствующего места выбрали парк на Крестовском. Ника оказалась неплохой моделью. Видимо, сказывались и опыт нашего неудачного кастинга в «Явке с повинной», и ее артистическая деятельность в клубе. Еще одна фотосессия прошла у нас в офисе. Маша снимала Нику, расслабленно сидевшую в офисном кресле и задумчиво смотревшую в окно. Снимки получились отличные.
Поисками фотографий молодой губернаторши мы занялись все вместе. Несмотря на достижения мировой цивилизации, в Интернете ничего подходящего мы не нашли. К тому же все фото там были с маленьким «разрешением», а Машка кричала, что для увеличения они не подходят. Решили покопаться в архивах городских библиотек. Не помогла даже Олина мама – библиотекарь из Публички. В архивах требовали какие-то специальные запросы и письма, да еще и месяц назад написанные. Хотели купить фото в известном фотоагентстве, но там все снимки были либо с заседания правительства (где НВИ зло распекала своих нерадивых чиновников), либо с пресс-конференций, где общий вид (и лицо – тоже) закрывали микрофоны; все это не было похоже на «романтическую женщину с Крестовского».
Решение нашла Катя. Не зря все-таки бывшая учительница!
– Слушайте! В биографии Николаенко указано, что в середине семидесятых она была секретарем Красногвардейского райкома ВЛКСМ. Там же раньше всегда фотографии требовались…
– Ты думаешь, нас допустят к партийным архивам? Если, конечно, они вообще сохранились… – перебила Катю Оля.
– Ау меня тетка работает в администрации Красногвардейского района… Я ей позвоню, может, она выяснит, как это сделать. Она меня обожает, обязательно поможет!
– Попробуй, конечно, – кивнула Рита. – Но вряд ли что-то получится.
Но у Кати все получилось. Вернее, у ее тети. Фотография по прошествии лет хотя и потускнела, но нам подходила. Оставалось только сделать грамотный монтаж. Маша помчалась в «Явку с повинной» к фотографу Валентину, который, как известно, оказался совершенно не причастен к истории с публикацией наших фото в порножурнале. На нашу просьбу Валентин только присвистнул: «Опять хотите в историю вляпаться?», но в помощи не отказал.
Мы выбрали самый удачный из получившихся снимков губернатора и разместили его на постере журнала. Рекламный текст было поручено написать Розе. Вроде того, что красота – это страшная сила, это – власть, а какая же властная женщина откажет себе… ла-ла-ла… тю-тю-тю… В общем, розовый сироп, но очень убедительно.
Мы ликовали. У нас были деньги и на первый номер журнала, и на второй, и мы ему прогнозировали безумную популярность…
Но ликовать пришлось недолго.
* * *Я набрала номер Лаппы. В трубке послышалось волевое «да!» Риты.
– Ты скоро будешь?
– Я уже здесь, – дверь открылась, и Лаппа зашла в офис. – Привет! Что случилось?
– Нам звонили из приемной губернатора. Сама Варвара Николаенко хочет нас видеть…
– Допрыгались!..
– Вот и я так думаю…
– А я же предупреждала!..
– Может, обойдется, как ты думаешь?
– Посмотрим…
– У нас час времени. Уже надо ехать, наверное…
Рита закуривала сигарету.
– Девчонкам позвонить? – осторожно спросила я.