Клан Борзых: Приемыш. Том 2 (СИ)

— Толку гадать, скоро узнаем, — коротко ответила княгиня. — Лучше подумай, что бы ты сам хотел за них получить.
— Сведения о духах и встречу с императорской четой, — усмехнувшись, ответил я, после чего Ольга даже обернулась, чтобы оглядеть меня с ног до головы, будто впервые видела. — Сама же сказала — он единственный, кто может ответить на мои вопросы.
— Вот только встреча с императором не в их власти. Да, в общем-то, и ни в чьей. Только он сам решает, кого пригласить во дворец.
— Ну значит, и предложить им мне нечего, — пожав плечами, ответил я, а через несколько минут мы уже вошли в зал переговоров, в котором сидели Владимир и Магистр, вот только в его взгляде я не заметил и капли того благодушия, что было при личных встречах.
— Прошу прощения, великий князь, что заставили вас ждать, — чуть склонилась Ольга. — У женщин свои обычаи.
— Вы правы, ждать мне пришлось. Но это нисколько не умаляет мою радость от вашего прекрасного лика и от вашей готовности служить императору, — взглядом указал он на мою кобуру и на вышивку короны на лацкане княгини. — Комиссар, прошу присоединиться к нашей беседе, на равных.
— Благодарю, от такой чести не отказываются, — улыбнувшись сказал я и сел рядом с Ольгой. — Рад вас видеть.
— Как и я вас. Увы, повод для беседы у нас будет не слишком весёлый, — сказал Филинов, отклонившись в кресле. — И довольно конфиденциальный. А потому я просил бы всех, кроме княгини Борзой и комиссара Старого, покинуть помещение, а также убрать соглядатаев и шпионов.
— В нашем клане нет шпионов, — жёстко ответил Владимир. — Княгиня, как глава совета старейшин и ваш заместитель я прошу остаться.
— Никаких заместителей, — покачал головой Филинов. — А по поводу шпионов… они есть везде. Не стоит обольщаться.
— Вы слышали князя, дядя, — с плохо скрываемым превосходством проговорила Ольга, и Владимир, с большой неохотой удалился.
Стоило всем покинуть зал, как Филинов протянул нам коробочку, в которой обнаружились беспроводные наушники, а затем поставил на стол пирамидку. При касании её вершины раздалась мелодичная музыка, быстро заглушившая всё вокруг, но стоило вставить в ухо устройство, как для меня наступила полная тишина. Несколько раз вынимая и вставляя его обратно, я убедился, что это какой-то странный фильтрующий шумы артефакт, а не привычный микрофон и динамик.
— Так нас не смогут подслушать ни ваши, ни наши, ни третьи… — пробормотал бесцветный голос, в котором я с трудом узнал Филинова.
— Раз вы обеспечили столь беспрецедентные условия от прослушки, надо думать, и повод у вас есть соответствующий, — подобравшись, ответила Ольга.
— Всё верно. Никто не должен узнать о произошедшем. Пообещайте, — Филинов дождался кивков от нас обоих, и лишь потом продолжил. — Два дня назад закончилось бедствие. Благодаря Старому и его артефактам мы сумели добить формирующихся чемпионов, и даже захватить одного из них живьём. Но пообщаться не вышло, он лишь выкрикнул, что император придёт, и покончил жизнь самоубийством.
— Вы опасаетесь, что их глава войдёт в наш мир?
— Да, а учитывая ваши сведения о его невидимости и возможности полёта, вкупе с разрушительной мощью, мы не сумеем его остановить без вашей помощи, — кивнул Филинов. — В крайнем случае эту угрозу может купировать наш Император, но этого хотелось бы избежать.
— Это ведь не всё, верно? — заметил я. — Если бы вам просто нужен был наблюдатель на стене, в личном визите не было бы нужды.
— Вы очень проницательны. Если бы только угроза появления невидимки… у нас хватает артефактов и способов найти любого, главное — знать, что есть, что искать. Вчера за грань отправился большой отряд зачистки. Паладины, трое сыновей великих князей, включая моего Кирилла.
— Он ваш сын? — ошарашенно спросил я.
— Что, я выгляжу слишком молодо для этого? Или вы не можете поверить, что я отпускаю его на столь опасные миссии? Увы, своей упёртостью и фанатичностью он пошёл в мать. Настоящий исследователь-библиарий, — с грустной улыбкой проговорил Филинов. — Как вы, должно быть, догадываетесь — отряд пропал. Двести хорошо вооружённых бойцов, при поддержке нашей элитной техники и магических воинов.
  
— И вам нужен кто-то, с моими артефактами, кто мог бы проникнуть за грань.
— Да, я не стану спорить. Вы нам нужны, а потому я готов даже отказаться от торга за знания и от приказа передать их в императорскую библиотеку, — ответил Филинов, заставив кулачки Ольги сжаться.
— Две сотни людей пропало, вряд ли такое можно утаить, — собравшись проговорила княгиня. — К чему такая секретность?
— К тому, что они были посланы не на окраины, а в центр развалин мегаполиса, — с секундным колебанием ответил магистр. — Первые разведчики обнаружили несколько до сих пор работающих зданий. Возможно, одно из них — градирня ядерной электростанции. Если нам удастся извлечь стержни, это послужит колоссальным рывком вперёд. Обеспечит электричеством все городские районы.
— Так что является главной задачей? Спасти отпрысков благородных родов, или добыть стержни?
— Одно не сделать без другого. Мы не можем посылать на смерть большой отряд, это нецелесообразно. Один же человек не сумеет довезти до нас обогащённые изотопы.
— Значит, и рыбку съесть и… — горько усмехнулся я. — Сомневаюсь, что выйдет.
— Мы должны попробовать. Обязаны, — отрезал Филинов, а затем, наклонившись, поставил на стол чемодан. — Это в качестве платы за риск.
Я невольно усмехнулся. Ну что он мог мне предложить? Несколько кусков золота? Пожизненный запас имперских патронов? Но стоило открывшейся крышке повернуться ко мне, как внутри одна часть замерла, настороженно, а другая заверещала от радости.
«Оно нам надо! Очень надо!» — пританцовывая вокруг чемодана, кричала радостная Сара. — «Тут же почти килограмм!»
  
Глава 20
 
— И что это за жижа? — недовольно поинтересовалась Ольга.
— Могу я проверить целостность? — не обращая внимания на вопрос девушки, спросил я и показал ладонь.
— Только если согласитесь на моё предложение, — и глазом не поведя, ответил Филинов. — Мы оба осознаём ценность этой, как княгиня выразилась, жижи.
— Только если она осталась в работоспособном состоянии. Иначе это и в самом деле просто жижа. Интересная с точки зрения исследователя, но не более. К тому же я прекрасно понимаю, что для вас она вообще бесполезна, у вас нет ни средства контроля, ни средств подзарядки. Просто пустить по ней ток — тоже бесполезно.
— Для нас её ценность не обсуждается. Если в результате экспериментов мы сумеем воссоздать хоть одну каплю этого вещества, то это будет технологический прорыв на десятилетия, — возразил магистр. — Сын вовремя сумел передать, как ты собираешь это вещество. Вслед за ним семь тысяч внешних братьев на протяжении пятнадцати ночей добывали эти материалы.
— Дальше, вы должны были идти дальше. Не капли, а отдельные молекулы. И раз уж техно-зомби не могли сделать копию, вряд ли сумеете вы. Для вас оно бесполезно.
— Мы — люди, одни из самых совершенных и приспосабливающихся существ из всех встреченных за историю Бедствий. Даже если мы не разберёмся сейчас, сумеем выработать правильный алгоритм сохранности и будем разбираться столько циклов, сколько понадобится. Наши братья уже поняли, что для работоспособности нужно поддерживать определённый уровень напряжения в бассейне, не разобрались только в конкретных цифрах. Им нужно чуть больше времени на эксперименты.
— А потом десятилетия на разработку электронных микроскопов и средства взаимодействия с нанитами.
— Средств взаимодействия у нас предостаточно. Многие паразиты достаточно функциональны после захвата. Естественно, мы держим их в защищённом пространстве, с обломанными конечностями, и не ослабляем контроля.
«Ножки они им обламывают… Если им попадётся хоть один высокоразвитый нейрочип, все эти предосторожности будут бесполезны, после первого же эксперимента», — с плохо скрываемым злорадством заметила Сара.