Рецепты Апиция. Миссия 3 (СИ)
- Вот же жулик! - с восхищением прошептал он. Мог бы и воскликнуть, да как и все побоялся обратить на себя внимание Астарты.
Один из не до конца мёртвых солдат сдёрнул с руки Сайлы браслет!
- Все в бой! Не бойтесь! - приказал Домициан, и собственным примером продемонстрировал решимость, воодушевляя легионеров.
Иногда командир должен выйти вперёд и на белом коне возглавить отчаянную атаку, чтобы дрогнувшие сердца солдат устыдились своей слабости. Именно такой случай сейчас.
Острые каменные шипы вылезли из земли и без труда проткнули тело Сайлы.
В сосуде уже не было содержимого, можно было и не наносить удар.
Он не один совершил такую ошибку: в следующий момент, последовав его примеру, сотни разных волшебных и обычных атак измочалили тело легионной целительницы так, что невозможно стало понять, что это когда-то было человеком.
Множество не-мёртвых тоже попали под шквал атак и были измельчены.
- Что вы творите! - заорал Домициан. - Цель - статуя всадницы! Где она?
Он, как и все остальные, стал крутить головой, ища, куда пропала Астарта. Не сбежала же в божественный мир? Пока мессиане поют свои гимны, у неё не будет такой возможности.
Анна не успела совсем чуть-чуть.
Всё-таки стрелу выпустили не простые смертные, и даже не карробаллиста по модифицированному самим Домицианом проекту. У божественной стрелы и скорость божественна, и пробивная мощь.
Чешуя монстра не удержала камень, стрела прошила и накладки на спине, и на груди, да ещё и частично вошла в пластину, прикрывающую сердце будущего императора.
- Там! - указал Домициан ладонью в ту сторону, откуда прилетела стрела. - Эй, вы! Пойте свою песню громче! И целителя сюда!
Только нет их, остались снаружи. Не такой уж большой храм изнутри, чтобы в него набился целый легион. Капсарии грустно смотрели на останки Сайлы, а при окрике слегка боязливо оценили Состояние Анны. Все знают о его особых отношениях с этими двумя женщинами, но поделать ничего не могут. Без особых способностей у них нет шансов - пробито и сердце, и лёгкое - все признаки скорой смерти налицо. Одарённая, да ещё силового типа даже при такой ране сразу не умрёт, но и не выживет, если помощь не подоспеет в ближайшую минуту или около того.
Ей мог бы помочь Апиций, поддержав своим даром жизнь, но в данный момент, судя по ауре, он и сам пребывает между жизнью и смертью.
Сквозь сетчатое тело «слизевика» видно, что снаружи пытаются вскрыть проход, атакуют эту преграду, но результаты не очень хорошие, он снова отрастает, закрывает все большие прорехи. Целители не успеют.
- Апиций! - побулькала кровью Анна. - DCLXVI. Ищи! Всадники... не дайте прийти всадникам...
Это были последние слова бывшей рабыни из Антиохии, талантливой одарённой и спутницы, спасшей жизнь будущему императору.
Очередная жертва Астарты никак не повлияла на ход сражения. Армия способна действовать самостоятельно в рамках приказа.
Напор более чем сотни одарённых - это довольно серьёзно, особенно при поддержке антимагов: её стрелы летят не так точно, подвижность каменного изваяния не так хороша, а стрела, пролетевшая через почти завершённый купол, утрачивает прочность и разбивается о щиты или доспехи.
Тем не менее легион продолжил терять людей раненными, а иногда и убитыми - каменный осколок, попавший в глаз, даже не будучи волшебным, весьма убоен.
Успех, впрочем связан не с тем, что одарённые легиона откуда-то почерпнули силы. Это Астарта стала слабеть, не могла сопротивляться благодаря опять же идее Апиция. Домициан знал, что это не он придумал, но остальным этого знать необязательно.
Специальными кисточками несколько легионеров-мессиан обрызгивали загнанную в угол богиню освящённой водой. Над ней пропели свои молитвы самые «праведные» из почитателей Мессии и она приобрела особые свойства. Именно ею поливают стрелы баллист, предназначенных для выстрелов по одарённым.
Тогда Апиций как-то тяжело вздыхал, не хотел передавать это приём, но в конце концов пробурчал что-то вроде того, что «сами догадаетесь ведь скоро».
- План «Клетка»! - заорал Домициан, возвысившись над телом Анны. Живая или мёртвая, она всегда у его ног.
"Клетка" - это одна из тактик, которую отрабатывал легион. Предназначена для пленения сильного одарённого. Идея состоит в том, что мессиане добиваются относительной неподвижности цели, потом резко замолкают, Домициан максимально быстро создаёт клетку из камня, а потом так же быстро молитва, то есть поле антимагии, восстанавливается.
Оказывается, и с божеством можно проделать то же самое. Не с самим им, конечно, а с его каменным идолом, уже изрядно расколотым: не хватает части ступни, есть скол на боку, несколько длинных рубленных «шрамов» на спине. В каменной ягодице торчит обломок от дротика, омытого в «святой воде».
Очень эффективным оказался этот приём, придуманный Маркусом.
У Домициана проскочила крамольная мысль: «Может и его полить? Авось проснётся. Или напоить. Влить в него кувшин пока спит. А потеряет силы, так ещё лучше, ведь миссия-то выполнена. Почти».
"Почти" потому, что осталось поставить завершающую точку. Он начал готовиться к открытию двери в главный храм Венеры. Хотя, тут, пожалуй, не только для неё угощение. Очень уж злобным существом оказалась эта Астарта!
Опасался это делать, ведь рядом... и не рядом. Вообще больше нет Сайлы, которая могла бы наполнить его силой, вернуть годы. Впрочем, не так уж и много он теряет, хоть и заметно.
Пробовали другие целители одеть этот браслет. Он высасывает жизнь любого, кто к нему прикоснётся, кроме Сайлы.
«Индивидуальная привязка», - сказал тогда Апиций.
Домициан невольно бросил взгляд на упомянутую занозу в прекрасном императорском заду и едва не вскрикнул: один из трупов всё ещё "жив" (то есть подвижен), и ползёт в сторону Маркуса. А в его руке тот самый браслет!
Первым порывом всё-таки было остановить его, но потом словно какой-то искуситель зашептал: «Оставь, пусть сдохнет! Браслет выпьет остатки жизни этого чудовища!»
И Тит Флавий Домициан успокоил себя тем, что у него и свои дела есть, нужно отправлять подарок богам. А Апиций сам разберётся. Разве не он управляет этими порождениями бездны? Если не сам заставил "слугу" принести ему браслет, значит, это боги решили покарать нечестивца таким образом. И в том, и в другом варианте нет повода вмешиваться.
(exp.: Об «Откровения» Иоана. Оно, скорее всего, написано в годы правления Домициана или во времена Нерона. Тем не менее, гностики там уже упоминаются в 2:6 и 2:15 в уничижительном ключе.
О нумерологии: Imperator Caesar Domitianus Augustus Germanicus, по-гречески: Αυτοκρατωρ Καισαρ Δομετιανος Σεβαστος Γερμανικος. На монетах чеканилось сокращённо: A. KAI. ΔOMET. ΣEB. ΓE., числовое значение этих букв равно 666.
Но всё-таки более вероятно, что первые христиане связывали это число с Нероном, при разных формах транслитерации можно насчитать 666 или 616 - оба варианта встречаются в ранних рукописях.
Естественно, нам интереснее вариант с Домицианом, так ведь?)
***
Возвращаем слово Маркусу
Опять чуть не сдох! Если уж совсем точно выражаться, то чуть не не-сдох. Были все шансы стать чем-то вроде лича из вашей фантастики будущего. Нет, не высушенным скелетом, прячущим свою филактерию в неожиданных местах. Личом в ином смысле, застрявшим между жизнью и смертью, что-то вроде упырей из славянского фольклора.
Это не смерть как таковая, а переход в иную форму жиз... то есть существования. Даже думать не хочу, что бы со мной стало, да и не на что опереться мне в своих предположениях кроме того, что только что случилось.
А случилось вот что... Нет. Пожалуй, нельзя такое рассказывать. Есть вероятность, что вы сможете это повторить в вашем будущем, ведь откуда-то взялись же ваши гримуары? А я на них опирался.