Инженер и Княгиня (СИ)
— Да, Слава, мы тоже в курсе насчёт венгерского телевидения. Кстати, по слухам, её и в той же Франции несколько раз по радио передавали. А песня сама по себе хорошая. И после неё к нам точно меньше будут придираться. Так что, Слава, всё нормально.
А что, спел, и прямо под гитару. В зале многие гости, конечно, удивились, но хватало и тех, кому песня понравилась. И хорошо ведь спел. Просто придраться было ни к чему. А потом я сел за пианино и сыграл «Magic Fly» или «Сон наяву». Небольшой концерт я завершил «Такой женщиной». Как раз ресторанная песня!
— Такая женщина встречается не часто,
Не каждому дано её любить.
А потерять такую так опасно,
Ведь никогда её не позабыть.
И, конечно, в конце песни уже многие в зале подхватили припев:
— Красивая, случайная, чужая,
И где с тобой нас развела судьба?
Незваная, нежданная такая,
Красивая, чужая, не моя.
Я бы ещё выступил, но, честно говоря, и настроение было не очень, так и своим приятелям внимание надо было уделить. И, хоть не особо хотелось, и в общежитие возвращаться требовалось. К Инге тянуло, но сами наши отношения отбивали у меня всякое желание находиться в её обществе. Да, кризис, и я не знал, что делать далее…
Я оставил музыкантам ещё ноты и слова «Мужики на дороге не валяются». Как бы песенный ответ на ущемление прав мужчин! Сказал, что подарок их солистке Клаве. Ей тоже лишняя песня к репертуару не помешает, а мне слава…
Мы не сразу ушли из ресторана. Ещё немного посидели, выпили и закусили, и слегка и поболтали. Как раз хватило, чтобы мне узнать о последних ленинградских новостях. Паша, хоть и неохотно, и лишь мельком, но рассказал о деле Альберта и компании. Так они же и его довольно близкие приятели. Меня эти дела тоже касались. Могли, к примеру, привлечь как свидетеля. Хотя, вряд ли будут поднимать шум из-за моего избиения? Так и насчёт травли девушек, скорее, всё замнут. Не та тема для всеобщего обсуждения, так и личности не те. Но пока все пойманные валютчики и фарцовщики, как оказалось, всё ещё находились на предварительном заключении. Следствие обещало длиться долго. А потом суд, но когда, понятно, неизвестно. Но им уже явно не выбраться. И сроки большие будут. Ничего, когда выйдут, я сам с ними разберусь. Мне там, если честно, только Кирилл и нужен. Надеюсь подготовиться. И времена могут измениться.
А так, оказалось, что в Ленинграде вообще творилась большая облава. Как будто взяли ещё банду какого-то Алика Кочерги и изъяли там сотни тысяч! долларов. Я, честно говоря, сведениями про такие ленинградские дела, и именно из советских времён, не располагал. Как-то мимо Николая всё прошло. Вот про новые времена много чего мог рассказать! Но нагружать такими сведениями Петю с женой, конечно, не следовало. Не тот уровень! Оказалось, попались ещё два юных фарцовщика, так отец у них оказался даже полковником КГБ! Пётр с Полиной чуть не плевались! Понятно, что семья «оборотней». Взяли, вроде, и какого-то крутого хозяйственника Дризина. И у него тоже было изъято много валюты, так он со своими дружками, оказывается, и воровал много чего в особо крупных размерах и гнал ворованное во все углы нашей страны. Больше, конечно, на Кавказ и Среднюю Азию. Ну, понятно, что там советской власти никогда не было, и в этих «чёрных дырах» всё бесследно исчезнет. Потом одно только «хлопковое дело» так сильно прогремит! Но, оказывается, взялись и за множественных диссидентов, в том числе пострадали и прежние приятели Вячеслава, хотя, и Пети тоже, из музыкального кружка Семён Качанов и Тарас Михейчик. Ладно, что ничего особо им не предъявляли, но в милиции пятнадцать суток пришлось посидеть, так и в КГБ побывать. Понятно, что и мне придётся рвать с ними связи. Наверняка о нашей давней встрече, ещё в середине октября, всё выложили? Хорошо, что я тогда от них как бы отказался. А что песни передал, то ничего такого. Их уже, оказывается, в ресторанах только так исполняли. Особенно «Чёрные глаза». Хотя, и «Город золотой», пусть и редко. Как сообщил Петя, нашлись и их авторы. Композитор Вавилов даже отметился в «Кавказском» и, вроде, поблагодарил и музыкантов, и даже меня за выпуск его произведения в свет. Ну, что же, людям помог. Хотя, песня, на взгляд некоторых советских чиновников, являлась не совсем советской, поэтому её до поры до времени и не пускали в эфир. Наверняка и сейчас не пустят, но меня это уже не затронет.
Нас в очередной раз нагрузили продуктовыми наборами. На этот раз Петя с Полиной ломаться не стали. В общем, я посчитал встречу удачной. Нужные сведения получил, и связь поддержал. Кто мне их расскажет? Пётр, конечно, не самый лучший приятель, но у меня пока других и нет. Будем жить с тем, что имею…
* * *Домой я вернулся сильно поздно. Был слегка выпимши, но не очень. Хотя, и продуктовый набор из ресторана притащил. И пару сумок с вещами из Венгрии.
— А ты, Слава, сразу же по ресторанам загулял. А сам всё меня пытаешься упрекать, что не с теми встречаюсь.
Хоть и не так сильно, но Инга выглядела сердитой. И это мне не понравилось. Сама уж сколько времени мне нервы треплет. А теперь, раз как бы помирились, уже пытается меня строить?
— Инга, я не загулял. У меня была просто дружеская встреча с Петей Глуховым и его женой. Он, кстати, и в твоей тусовке числился. Они как бы решили написать обо мне статью, но, сама понимаешь, что просто шпионят. Конечно, рассказал им всё, кроме дел на ремонтном заводе. Да, в ресторане я немного и выступил, спел пару новых песен. Кстати, ко мне пристал один французский журналист Пьер Карден. Он сказал, что французы в восхищении от тебя, и «Je T’Aime» стала одной из самых популярных песен. Больше ничего. Так что, я чист перед тобой. Меня, знаешь, не замыкает, и с женщинами, кроме тебя, я давно дел не имел.
Всё-таки под конец решил допустить и колкость.
— Слава, ты всё не перестаешь упрекать меня. Да, глупо у меня получилось с Пашей, но я всё же измены не совершала. Да, прости, вдруг всплыли прежние чувства, но у кого их нет? У тебя самого были подруги, и ты даже спал с ними! А меня взял невинной, и ты мой единственный мужчина! Мне не хочется растить детей без мужа, и после тебя мне другие мужчины не нужны. Ты сам всё твердишь о своей любви, но я начинаю сомневаться в ней. Вдруг становишься грубым, начинаешь меня оскорблять! Так с женой себя не ведут!
Правда, мне эти измышления жены сразу же не понравились. Терпеть её саму я был ещё готов, но не разные там сентенции.
— Инга, не во мне дело! Да, мы с тобой начали свою семейную жизнь как бы по расчёту. Но, знаешь, и тогда разные глупости не допустимы! А я слышал ещё и о парочке твоих близких приятелей. И это не считая прочих ухажёров. По слухам, тебя раз десять замуж звали. К примеру, твой бывший, как раз до Паши, Рома Медник? И, как я слышал, уже пару раз другие парни, зимой, после Нового года, как ты ушла от Паши? И раза три после меня? Думаешь, я дурак и ничего не узнавал? Хотя, и одного борова было достаточно, чтобы навсегда порвать с тобой! Но ты же сама ко мне прибежала! И как мы договаривались? Что без чувств к другим и сторонних увлечений! Лично я вот пока ничего такого не допускал!
Инга явно начало злиться! Её лицо сильно покраснело.
— Слава, ну, были, и замуж звали! Некоторым я отказывала, а на других не обращала внимания. И на тех, кто сделал предложение после тебя, тоже! Так всё равно же тебя выбрала!
— Инга, я уже узнавал, как ты выбирала. Всё время бесилась и шашни с разными парнями крутила. — Я слегка усмехнулся, а Инга сильнее налилась злобой. — Просто чудо, что меня же выбрала и ни с кем не изменила. Обычно парни, когда дружат с девушками, за ними ухаживают, а те могут их принять или нет. У меня ни дружбы с тобой, ни ухаживания не было, ни спокойной жизни не видел. Не то, что уважение ко мне проявляла, ты сразу же гнала меня, как собаку! Чтобы не мешал беситься с другими!