Инженер и Княгиня (СИ)
После встречи с начальством я опять предался работе. Всё же, несмотря ни на что, обязанности инженера-технолога никто с меня не снимал. Но и до конца рабочего дня меня уже никто не трогал. Хотя, дозвонились Петя и Самсон. До них, оказывается, уже дошли новости из Кириши. Они хотели встретиться со мной в ресторане, конечно, «Кавказский», но их предложение мне пришлось отклонить. Я сообщил им, что меня вернули в ВИА, и сегодня начальная встреча с ансамблем и, возможно, репетиция. Тут мои приятели оба захотели прибыть уже в Дом культуры имени Гиза.
Так как мне как бы было дано указание помириться с женой, то я после полудня позвонил на квартиру и попросил Ингу приехать в Дом культуры на собрание ансамбля и репетицию. И она радостно согласилась. Хотя, не знаю, может, из-за меня или соскучилась по вниманию поклонников? Но, раз обещал важным людям, наладить отношения с ней придётся. Да, что за дурная жизнь у меня?
Инга действительно приехала, и даже вместе с детьми. Меня, уже как руководителя ВИА, представил остальным участникам Иван Тимофеевич. За исключением малой части, большинство нашему с Ингой появлению откровенно обрадовалось. Сам концерт мы сразу же наметили на субботу через неполные две недели. Раз праздники не намечались, номера взяли те же, что и с последнего концерта с моим участием, хотя, были и исключения. Зато мы добавили новые песни, что я исполнял и в Москве, и Кириши. И «Берёзы», и «Живи родник» всем понравились. Милые, красивые песни, и советские. Никак не придраться. А «Боевым награждаются орденом» уже военная… И я самый настоящий орденоносец…
Жаль, конечно, что теперь в ансамбле некому было, кроме меня, играть и на купленном для ВИА электрооргане «Юность-70», так и на моём синтезаторе «Minimoog». Клавишник Юра Фролов из группы «Лотос», как оказалось, и студент электротехнического института связи имени Бонч-Бруевича, хоть не особо и хотел, но всё же решил покинуть ВИА в знак солидарности с Женей, как бы своим другом. Хотя, его данные остались. Ранее Вячеслав слегка сталкивался с ВИА «Лира», но потом его участников, вроде, забрали в армию, и связи прервались. Сейчас я мало хотел восстанавливать прежние связи, тем более, без необходимости, так как моё поведение сильно отличались от прежнего. В городе хватало самых разных ВИА. Не говоря об «Аквариуме», «Землянах» или «Аргонавтах», я слышал ещё о «Зелёных муравьях», «Гуслярах» и многих других, но сам влезать в музыкальную тусовку не собирался. Если честно, они все в основном перепевали западную музыку, что мне было совсем не интересно, так и не следовало привлекать к себе ненужное внимание советской власти. Если сами обратятся ко мне, то могу отдать им песню-другую, но участвовать в их музыкальных сходняках не собирался. Я верный «совок», а не либераст-космополит и не гнилая интеллигенция, типа карьериста Жени, с камнем за пазухой. Мне за Союз обидно!
Приехали и Пётр с Самсоном, так ещё и с жёнами, хотя, уже слегка пополневшими. Явно беременные. Ранее и не приглядывался, а сейчас сразу же бросилось в глаза. Что же, я рад за приятелей. Они с удовольствием посмотрели на нашу репетицию. Пока мы лишь повторили малую часть прежних номеров. В небольших перерывах я смог и слегка переговорить со своими приятелями. Что поделаешь, пасут сыщики меня, и даже так. Таиться я не стал и рассказал им и о награждении, и немного делах в Кириши. Хотя, не всё. О встрече в Москве с другом им знать ни к чему, так и встрече с Альбиной тоже. Чего напрасно нервировать Петра? Хотя, нечего было ему лезть к подруге Вячеслава! И всё равно ведь переспал! И то, что я узнал от Виталика, тоже тайна следствия, да и не хочется вспоминать. Но любопытство приятелей я явно удовлетворил. Правда, они и сами поделились со мной местными новостями, которые и меня касались. Хорошо, что проклятый Альберт с компанией сидели, и пусть следствие не торопилось, но им, хоть смертная казнь и не грозила, реально светили большие сроки. И больше всех главарю. И красавчик Паша, как оказалось, сильно влип. Дело об его избиении грозило остаться не раскрытым, но незаконные валютные операции, и крупные, ему уже шили. Но мои приятели мой пыл сразу охладили. Сказали, что в дело, помимо родителей и прочих родственников, вступили разные высокие заступники и, скорее, его «отмажут», пусть и не скоро. Хотя, тоже неплохо. Теперь Паше никогда не отмыться и орлом не взлететь. Так и останется мелким жуликом, хотя, может, станет и крупным, но мне можно будет плевать на него с высокой колокольни. Так и потом всё равно на него управу найду!
В общем, поговорили, обсудили свои дела. Мне можно было жить спокойно. Но одна неприятность всё-таки имелась. Приятели не удержались и попытались выяснить и причину моей последней ссоры с Ингой. Но тут я таиться не стал. Петя с Самсоном слегка нахмурились, но пообещали мне уточнить всё насчёт этого Марата. Особой опасности, вроде не было? У меня мировоззрение с другого времени, и потому и честью, и достоинством и жены, и себя заморачиваться я не буду. Каждый должен получить то, что ему полагается, в том числе и за измену, и даже неудачные попытки. Хотя, откуда я знаю, что не рогоносец? Может, «рога» у меня уже цветут и пахнут другими мужчинами? Я ведь пока сужу о верности Инги только с её слов. Я не маг-гинеколог и проверить её не смогу.
Репетиция прошла спокойно. Хотя, Иван Тимофеевич позвал Ингу и о чём-то с ней ненадолго переговорил. Я видел, что она всё кивала ему, явно и радостно соглашаюсь со всем, что он говорил. Ну, захочет, расскажет, нет, её дело. Главное, я, как просили, сделал шаги к примирению. Хотя, самому сильно хотелось!
Домой мы поехали, конечно, вместе. Малыши уже подросли и набрали вес. Я с удовольствием захапал себе и сына, и дочку. А Инга, довольная, сидела рядом. Что ни есть дружная семейка. Но нам дома явно предстоял и важный разговор.
Инга сразу же накормила детей и уложила их спать. Чуть позже мы сели ужинать. И тут жена, похоже, решила, что наступил момент для выяснения отношений меж нами. А вот мне ничего обсуждать не хотелось. Я и ранее много чего важного и хорошего ей предлагал и требовал, но толку оказалось мало. И при виде Паши её замыкало, и с Альбертом она тайно встречалась, и Паша с Маратом нагло к ней приставали, но она всё это просто скрыла от меня.
— Знаешь, Слава, этот Иван Тимофеевич сказал, что нам дают четырёхкомнатную квартиру. А ещё он попросил нас помириться и больше не ссориться. И рассказал много интересного. Оказывается, тебя наградили двумя боевыми орденами, и при награждении ты разговаривал с самим Брежневым! А ещё твоему отцу присвоили звание Героя! И это через столько лет после войны? Понятно, что это из-за тебя. — Вот это мне не понравилось! Может, и из-за меня, но отец Вячеслава реально воевал геройски! — Так что, извини, Слава, и жаль, что у нас ранее имелись некоторые разногласия. — Я удивился, что Инга сумела подобрать такое нейтральное выражение. Да после таких «разногласий» вешаться с горя можно! И Николай знал таких дураков! — Только, пожалуйста, не напоминай мне о них снова. Ей богу, поверь, ничего такого больше не будет! А ты у меня, Слава, и миленький, и настоящий герой, но почему-то всегда таился.
Надо же, даже миленький! Ещё ни разу так не называла! Хотя, неудачная попытка. Её игривость меня не тронула. Да, и она милая, но проклятая встреча с этим Маратом всё ещё перед глазами. Но начать сразу же ругаться мне не хотелось. Чего напрасно лаяться? Что было, уже не воротишь.
— Ладно, Инга, не миленький я и не герой. Если честно, злой и жестокий. Помнишь, наверное, как мило с Маратом поговорил? — Тут Инга вздрогнула, словно от удара, а её игривость сразу же пропала. — Ладно, не буду ничего вспоминать. И насчёт отца ты не права. Я уже тебе говорил, что он был представлен к этому званию, но из-за его происхождения не дали. А теперь пересмотрели прежние решения. Так что, Инга, нечего умалять заслуг моего отца. Я тебе про это не рассказывал и ничего не показывал, но он как бы воевал и вместе с самим Леонидом Ильичем! Вот, смотри!