Сердце генерала и вкус счастья (СИ)

– Доброе утро, у вас можно позавтракать? – в зал вошла высокая женщина с двумя детьми. В её руках были два чемодана.
– Да, проходите, у нас как раз ароматная каша на сливочном масле, пышный омлет, бутерброды, и всё это стоит тридцать пять монет.
Дети, посмотрев голодными глазами на мать, сделали шаг в сторону стола.
– Тридцать пять? – прошептала женщина. – А если я куплю лишь три тарелки каши?.. Нет, одну тарелку каши?
  
По виду незнакомка не походила на нищенку.
– Подождите, присаживайтесь, за три тарелки каши возьму лишь пятнадцать монет.
Женщина медлила.
– Дайте две тарелки каши, – всё же решилась она, усаживая детей на скамью.
– Вивианна, добрая ты душа, – Чазер сидел в углу кухни и наблюдал, как я накладываю три тарелки каши. – Ты так по миру пойдёшь, если беднякам начнёшь скидки давать.
– Я не всем, – отмахнулась от хранителя. – А только детям. Сами голодали, знаем. Да и воины оставляют больше чем нужно.
– Бесприданница, бессребреница, без мужа… Кто, если не я? Только шахты и спасут, – бубнил Чаз, не знаю, что он там ещё говорил, но я уже вышла в зал.
– Госпожа, я всего две тарелки заказывала, и хлеба не нужно, – женщина замахала руками.
– Мы сегодня первый день открылись, и вы у нас первые посетители, поэтому на хорошие продажи я решила вас угостить, – слова с лёгкостью слетели с губ.
С кухни донёсся вздох.
Эштон поставил перед посетителями сладкий чай и омлет.
А, гулять так гулять.
– Ну чего ты надулся, как мышь на крупу, – только таверна опустела, я присела возле Чазера. – Дети зато сыты, да и у мамы сил прибавится работу найти. Она, когда благодарила, сам слышал, сказала, что едет работать в богатый дом на окраине города. Да и вообще, делай добро, и оно к тебе вернётся.
– Как ты жить-то будешь, – покачал головой Чазер.
– Ты ещё скажи «тринадцатый», – засмеявшись, погладила непонимающего хранителя по голове.
– Какой тринадцатый? Я ей про жизнь, она мне про добро. Всё, я спать, а то завтра до шахты не доберёмся.
– Иди, мне ещё курицу готовить, гарнир придумывать, – книга как по мановению палочки подлетела ко мне и раскрылась на нужной странице. – Какая ты умница, – похвалила кухонную помощницу.
– И я умница, буду вместе с тобой учиться, – под руку подлез брат.
– И ты мой любимый, дорогой и самый незаменимый брат, – приобняла мальчика. Тот быстро закивал, соглашаясь.
– «Жаркое из курицы с лимоном и чесноком», – прочитала рецепт. – Так! Нам нужны ножки, но мы будем экспериментировать! Или мы не бытовые маги? – обратилась с вопросом к брату.
– Будем! – подтвердил он. – А как?
– Используем всю курицу. Или грудку оставить? Нет, всю! Немного изменим рецепт. Нам понадобится оливковое масло… Его нет, возьмём подсолнечное. Цедра и сок лимона, это есть. Дальше – масло сливочное, соль, перец, зелень.
Эштон, прослушав, что требуется, убежал в подвал за курицей, что доставили ночью.
– Возьми семь штук, думаю, что хватит.
Курица была крупная, фермерская, да как и большинство доставляемой продукции.
Как только по кухне поплыл яркий манящий аромат чеснока и курицы, на одном из стульев появился Чазер.
– Ты вовремя, – улыбнулась хранителю. – На гарнир будет картофель, будь добр, доставь из подвала.
Чаз, не отрывая взгляда от духового шкафа, сглотнул и исчез.
– Обжора, – улыбнувшись, услышала стук в дверь.
– Вивианна, – позвал меня знакомый голос.
  
Глава 28
 
Выйдя в зал, я не сразу узнала бывшего мужа Вивианны. Передо мной стоял совершенно другой человек, хотя, может, мне это кажется. Я его видела-то всего ничего, да ещё и болела.
Дома он казался обычным, пусть и красивым, но обычным мужчиной. А сейчас передо мной стоял высокий подтянутый темноволосый незнакомец. Скулы заострились?! Неужели его сестра говорила правду, и тот болел, чах и худел? Получается, что переживания пошли Эдварду Эверхрусту на пользу?
Тёмные волосы, уложенные назад, открывали красивый лоб, в ярких карих глазах словно искорки проскальзывала красная магия. Это и понятно, он же маг огня. Чёрная шёлковая рубашка была расстёгнута сверху на две пуговицы, пиджак украшал алый уголок платка. Под брюками прорисовывались длинные тренированные ноги, а в чёрных лакированных туфлях, стоило ему сделать несколько шагов навстречу, я увидела своё отражение.
Подготовился, мысленно хмыкнула и подняла взгляд.
– По какому поводу пожаловали, господин Эверхруст? – в голосе не было и толики тепла. – Неужели ваша сестра не передала мои слова? Наши отношения официально завершены, делить нам нечего, поэтому прошу покинуть таверну.
– Вивианна.
Я поёжилась от его голоса, пока говорила, заметила, как Эдвард просто до неприличия в упор рассматривал меня, так Чазер смотрит на любимый торт. Бывший муж Виви пожирал меня глазами.
– Прости меня, – он протянул букет тёмно-алых роз с каплями росы на лепестках.
Не иначе, где-то на улице сбрызнул цветы, хотя… я всё ещё иногда забываю, что мир магический, мог и поколдовать.
Я демонстративно убрала руки за спину.
– Вивианна, всё, что сказала Тамаринда, сущая правда. Кто-то очень не хотел нашего с тобой счастья. Я очнулся от морока, не будь так жестока. Прости!
– Эдвард, хватит представлений, я не та глупая девчонка, меня слезными уговорами не пронять. В моём сердце любви и капли теплоты в твою сторону не осталось. Мы чужие люди друг другу.
– Нет-нет, дорогая, любимая моя жена, не произноси таких жестоких слов, они не должны касаться этих нежных губ, достойных лишь любви.
– Переигрываешь, господин Эдвард, – мое терпение подходило к концу, и я готова была позвать Чазера, чтобы тот не без помощи магии выставил подлеца на улицу.
– Виви! – Эверхруст дрожащей рукой вынул из кармана бархатную чёрную коробочку, похоже, у него это был любимый цвет, упал на одно колено и протянул мне. – Я понимаю, что тяжело вновь поверить мужу после всего, что было, но именно сейчас я честен и открыт. Если пожелаешь, то мы заключим равный магический брак, дорогая, и даже напишем запрет на оскорбления словом и действием.
Раздался щелчок, футляр открылся, внутри на красном бархате лежало массивное старинное кольцо, не уверена, что женское.
– Вивианна, это кольцо носила одна из моих прапрабабушек, – с придыханием произнёс Эдвард, держа украшение на вытянутой руке. – Оно стоит огромных денег, но не этим славится, – видя, что я поморщилась, быстро произнёс мужчина. – В нём заключена сильная магия, которая один раз может спасти хозяйке жизнь, в какой бы трудной ситуации та ни оказалась.
Эдвард молча ждал ответа. Не знаю, что он желал услышать, но всё, что он говорил, меня мало интересовало.
– Извини, если ты всё сказал, то уходи, мне нужно готовить, – вскоре нужно будет вытаскивать курицу из духовки, а я тут застряла. С грустью оглянулась.
– Вивианна, картофель скоро сварится, – Эштон выглянул из кухни.
– Иду! – кивнула в ответ и практически развернулась, как бывший муж Виви схватил меня за руку.
– И всё?! Ты вот так просто уйдёшь? Виви, я тебе душу изливаю, прошу твоей руки, согласен на магический контракт, а ты! Ты просто уходишь?! Дорогая, милая, не будь злой, без тебя я задыхаюсь, словно в огне горю и через чёрный смог не могу найти дороги. Лишь ты, как путеводная нить…
– Эдвард, из каких книг вы вычитали эту романтическую чушь? – поинтересовалась, вырывая руку из его цепких пальцев.
– Ничего я не читал, – прошептал тот. – Всё от души и чистого сердца.
– Прощайте, господин Эверхруст, желаю вам… – совершенно не хотелось желать счастья, но и, говоря гадости, не хотелось нарваться на гнев.
  
– Не уйду! – он посмотрел на ближайший стол, положил на него букет цветов и сел на скамью. – Ты моя жена, поэтому хочу попробовать то, что ты готовишь.
Вздохнув, произнесла:
– Господин Эверхруст, во-первых, тут нет вашей жены, а во-вторых, у нас ничего не готово. Предлагаю такому, – он прищурился, ожидая, какие слова я произнесу дальше: – Изысканному джентльмену отправиться в более дорогой ресторан, где вас тут же накормят.