Вкусить её рождественские печеньки (ЛП)

— Оставь его, — сказала Мария, намазывая мою руку гелем и натягивая перчатку. — Это снимет ожог. Будешь как новенькая. Невозможно быть пекарем и не обжечься!
Я всхлипнула.
— Не плачь, малышка. На кухне нельзя плакать! — сказала она, вытирая мне глаза.
Зейн был так близко к моему лицу, снимая мою реакцию. Я хотела накричать на него, но знала, что это ни к чему хорошему не приведет. Я выдавила из себя слабую улыбку.
Моя рука словно одеревенела — не знаю, из-за перчатки это или из-за ожога. Я надеялась, что дело только в перчатке. И заставила себя работать дальше. Из-за того, что у меня совсем затекли руки, я решила заменить десерт на что-нибудь попроще, а не на изысканные маленькие пирожные с кремом. Я остановилась на шоколадном торте без муки, с ганашем и засахаренными грушами. Надеюсь, что этого будет достаточно, чтобы меня не выгнали.
Ассистентка по производству убирала сломанное оборудование.
— Оставь его, — сказала я ей. Я хотела, чтобы Джек взглянул на него.
«Или нет?» — размышляла я, пока готовила. У Джека итак было много забот. Он занимался поиском арендаторов и управлением своей компанией. Хотела ли я на самом деле обременять его еще и своими проблемами?
Пока выпекались пироги, я сняла перчатку. Моя рука выглядела нормально, только была немного покрасневшей.
— Надень перчатку обратно! — крикнула Мария, взбивая различные соусы.
Я снова надела ее, еще раз намазав руку алоэ вера.
К счастью, мои пирожные получились великолепными. Я оставила их остывать, а сама посыпала кусочками груши и приготовила ганаш. Решив, по крайней мере, добавить что-то рождественское в свой десерт, я приготовила ярко-красный клюквенный соус и яркий мятно-зеленый соус и украсила каждую тарелку маленькими веточками остролиста. Затем я разложила маленькие круглые пирожные по тарелкам и покрыла их глянцевым шоколадным ганашем, а сверху посыпала грушевыми цукатами.
Я с грустью посмотрела на тарелку. Мне показалось, что это все слишком просто. Я знала, что это вкусно, но это было не то, что я хотела приготовить.
  
44
 
ДЖЕК
Когда я вошел в студию с другими судьями, в зале царило напряженное состояние. Хлоя выглядела рассерженной; на одной руке у нее была перчатка, и, казалось, ей это нравилось.
Я хотел смягчить напряженное выражение ее лица. Но ее и других участниц увели в комнату ожидания, оставив Хартли одну. Кажется, она будет первой. Она разгладила свой фартук, глядя на меня, а ее руки задержались на теле.
— Для наших уважаемых судей, — сказала она, — я приготовила пирог с клюквой и шоколадом.
Мне даже не хотелось есть ее угощение. Я разломил его на кусочки и передвигал по тарелке, надеясь, что камера отснимет достаточно. Хартли выглядела раздраженной, когда увидела, что я даже не попробовал ее десерт.
— Если ты собираешься приготовить пирог, — сказала Ану, откусив кусочек, — помни, что это одно из тех блюд, которые кажутся обманчиво простыми. Все — и выпечка, и начинка — должно быть идеальным. К сожалению, у тебя это не получилось.
— Тебе следует попросить у Хлои совета по работе с тестом, — посоветовал Ник. — Хотя это был даже не ее десерт, тот корж, который она испекла для яблочно-клюквенного пирога, — помнишь ведь, Ану, — был одним из лучших, которые я когда-либо пробовал.
После этого заявления Хартли, казалось, пришла в бешенство.
— Опять Хлоя, — пробормотала она и удалилась, прежде чем судьи успели закончить критику.
— Ну, хорошо, — сказал Ник через мгновение. — Следующая участница.
Следующей была Нина с клюквенно-шоколадным тортом и сорбетом из миндальных цукатов.
— Этим ты точно произведешь впечатление на любого, — похвалила ее Ану.
— Спасибо.
— Хотя это и вкусно, — сказал ей Ник, — думаю, что подача могла бы быть лучше.
У них были похожие комментарии к Хлое.
— Я рада, что ты не сильно обожглась, — произнесла Ану. — К сожалению, это часть жизни шеф-повара. У меня даже остались шрамы от нескольких очень серьезных ожогов.
— Я планировала сделать кое-что другое, — объяснила Хлоя.
— Думаю, именно поэтому твой десерт не совсем доведен до ума, — заметил Ник.
— Ты смогла закончить приготовление, что свидетельствует об уровне профессионализма, — сказала Ану. — И это прекрасный десерт. Однако, он не слишком эффектный.
Я все еще не мог прийти в себя, узнав, что она обожглась.
Мария представляла свой десерт последней, и было ясно, что в глазах Ану и Ника она стала победительницей. Она приготовила несколько видов чуррос с небольшим количеством соусов для макания.
— Празднично и весело, и похоже на то, что можно приготовить с друзьями и семьей, — прокомментировал Ник.
— Я согласна, — поддержала его Ану. — Выглядит непринужденно, но при этом красиво оформлено. Эти чуррос приготовлены превосходно.
Я поймал Хлою после того, как мы закончили запись.
— Ты обожглась? — спросил я ее. — Дай мне посмотреть на твою руку, — я осторожно взял ее и снял перчатку. Она поморщилась.
— Больно? — я не хотел прикасаться к ожогу.
— Мария дала мне алоэ вера, — ответила Хлоя. — Думаю, оно помогает.
— Я отвезу тебя в отделение неотложной помощи, — настаивал я. — Тебе нужно показаться врачу.
Она усмехнулась.
— Я сделана из крепкого материала Среднего Запада. Мы не ходим к врачам.
— Почему ты такая упрямая? И что случилось? Как ты могла обжечь всю руку? — потребовал я объяснений.
— Я использовала твой кондитерский пистолет, чтобы сделать карамельные снежинки, и он сломался, — парировала она.
— Мои изделия не ломаются, — огрызнулся я, не желая в это поверить. — Дай мне посмотреть! Я отнесу его инженерам.
— Все в порядке, — сказала она, не глядя мне в глаза.
— Отдай его мне, — приказал я.
Хлоя печально вздохнула.
— Не могли бы вы принести мне сломанное оборудование? — попросил я одного из ассистентов режиссера.
Она убежала и вернулась с коробкой. Пистолет был разбит на несколько частей, и, похоже, он не выдержал давления.
— Этого не должно было случиться, Хлоя. Мне так жаль. Я выясню, что пошло не так, — пообещал я.
— Просто оставь это в покое, пожалуйста, — прошипела она.
Я недоверчиво посмотрела на нее.
— Тебе было больно из-за того, что я создал. Так что нет, я так просто это не оставлю.
— Хочешь провести время вместе сегодня вечером? — спросила она меня.
Я протянул руку, чтобы погладить ее по лицу.
— У меня запланирована встреча за ужином с Лиамом, — объяснил я. Нам нравилось обсуждать дела компании, не находясь в офисе. Это был способ поделиться идеями друг с другом.
— Но я могу все отменить, — сказал я ей. — Лиам поймет.
— Нет! — громко воскликнула Хлоя, а затем понизила голос. — Ты не пропустишь деловую встречу из-за меня. Я не приду к тебе.
— Но… — попытался я возразить.
— Ля-ля-ля, я тебя не слышу, — пела она, отворачиваясь, чтобы закончить интервью после съемок.
— Чувак, — сказал Лиам после того, как я, хмурясь, выпил первую порцию. — Знаю, Рождество — плохое для тебя время, но ты выглядишь очень сердитым.
Я протянул ему коробку со сломанным пистолетом. Лиам присвистнул.
— Это один из наших? Похоже, будто его переехал грузовик.
— Это случилось на конкурсе. Хлоя обожгла руку.
— Хлоя? — обеспокоенно спросил он. — Это нехорошо.
— Не волнуйся, к счастью, она не написала об этом в Инстаграм. У нас были бы большие неприятности.
— Как думаешь, она подаст в суд?
— Нет, — решительно ответил я, но потом задумался.
А точно ли? Я не очень хорошо ее знаю. Нет, я ее знаю. У нее было полное право подать на нас в суд, но я знал, что она этого не сделает. Если бы она разозлилась на устройство, которое лишило ее шансов выиграть этот конкурс, она бы просто вышвырнула меня на обочину.