Ведьма в аренду (СИ)
— Если мне не изменяет память, сестру королевы зовут Изольдой, хотя ты права — такое себе имечко, — Лион покосился на швабру и добавил: — А давай ее на дрова пустим, а я тебе новую подарю — не такую агрессивную. Беленькую.
Возможно, это было лишь игрой воображения, но Лиону на миг показалось, что черные ворсинки, выглядывающие из-за плеча Элис распушились, словно хвост бешенного кота, готовящегося к прыжку. Только шипения не хватало.
— Не надо! — воскликнула ведьма и, нагнувшись, торопливо запихнула швабру под кровать, приговаривая что-то про хорошую девочку. — Мы, кажется, говорили о чем-то интересном!
Лион усмехнулся — еще о каком интересном! Элис, заметив улыбку на его губах, тут же сообразила, о чем тот подумал, и смущенно опустила голову. Момент был упущен. Но, возможно, все к лучшему: Элис и без того приходится нелегко, зачем забивать ей голову новыми переживаниями. Только поцелуев ей сейчас не хватало.
— Послушай, — Лион коснулся плеча ведьмы, поправив широкую бретельку длинного ночного платья, съехавшую набок. — Тебе нужно отдохнуть, ты слишком вымоталась за эти дни. Поспи сегодня подольше, погуляй по саду, развейся. А после обеда я отведу тебя в город. Сегодня начинается фестиваль, посвященный Чистой Богине. В нашем герцогстве его празднуют иначе, чем в столице, тебе обязательно понравится.
— Но… — начала было Элис, однако Лион не дал ей закончить, приставив указательный палец к мягким губам, которые всего минуту назад всерьез намеревался поцеловать.
— Никаких но! На сегодня я отменяю твои занятия. И не вздумай ходить в розарий с этим чудовищем, — Лион кивнул в сторону покоящейся под кроватью швабры. –Никакого колдовства! Отдыхай. С матушкой я договорюсь.
— Лион… — растерянно проговорила Элис, и в его груди потеплело — она впервые назвала его по имени без всяких сомнений и дурацких обращений вроде «молодого господина». — Фестиваль — это так здорово, но вы не должны…
— Еще как должен! — сказал он. — Наша семья в ответе за тебя! Не хватало еще, чтобы ты сломилась из-за сильной нагрузки в первый же месяц пребывания в поместье!
Элис умолкла, обдумывая его слова. Лион не сомневался, что поступает правильно: пусть он решил сделать все от него зависящее, чтобы ведьма не попала на королевский бал, но сводить ее на фестиваль — меньшее, что он мог преподнести в качестве утешительного приза за проявленные старания. К тому же в первый день проводят маскарад, а значит, у них есть все шансы повеселиться на празднике и остаться неузнанными.
— Я пришлю тебе платье, будь готова после обеда, — сказал Лион.
— Хорошо, — тихо проговорила ведьма. — Спасибо.
Лион не удержался от маленькой вольности: быстро склонившись, он прижался губами к рыжей макушке и, закрыв глаза, вдохнул аромат лета. Затем, отстранившись, он пожелал ведьме спокойной ночи и направился к двери. Взявшись за ручку, он на миг остановился и, обернувшись, проговорил:
— Моя комната недалеко от твоей. Если вдруг снова приснится кошмар — я рядом.
— Не приснится, — Элис улыбалась, не сводя с него сияющего взгляда, который так смутил его в первую их встречу.
Теперь же он не вызывал у Лиона былой неловкости. Привык, должно быть — к хорошему быстро привыкаешь. Кивнув на прощание, Лион вышел и, закрыв за собой дверь, на миг прислонился лбом к ее прохладной деревянной поверхности. Вот это погулял по саду, справляясь с бессонницей — теперь сна вообще ни в одном глазу!
— Кхе-кхе-кхе! — сухой старческий кашель раздался прямо над ухом Лиона, отчего тот поседел не меньше, чем на сотню волос.
Резко отпрянув от двери Элис, он едва не сбил с ног старого слугу с массивным подносом, неровной тенью застывшей за его спиной.
— Карл! — воскликнул Лион, хватаясь за сердце. — Что ты здесь делаешь?!
— Кашляю, обозначая свое присутствие, как и просил молодой господин, — невозмутимо заметил слуга, подпихивая Лиону поднос, на котором высился высокий стакан и графин с водой. — Водички?
Лион торопливо наполнил стакан и, осушив его в несколько глотков, вернул на поднос, после чего перевел тяжелый взгляд на вездесущего слугу.
— Я спрашивал, почему ты посреди ночи бродишь по коридорам, словно приведение?
— Бессонница, — пожал плечами тот. — Никого она, проказница, не щадит — Карлу не спалось, молодому господину не спалось. И ведьме тоже…
— Иди-ка ты к себе! — раздраженно проговорил Лион. — И раз ты так уж старательно исполняешь мои указания — не болтай о сегодняшней ночи!
— Как прикажете, господин, — Карл поклонился и пошаркал к лестнице в конце коридора.
Лион проводил его задумчивым взглядом, пытаясь припомнить, как давно в их доме появился Карл. Однако чем больше он погружался в воспоминания, тем яснее становилось — он был здесь всегда, с самого рождения Лиона. Всегда старый, всегда внезапный, как чертополох на клумбе с лилиями.
Вздохнув, Лион направился к себе. Нужно переодеться и сходить в библиотеку. То, что он сегодня услышал от Элис, требовало тщательного анализа. Лион намеревался собрать все имеющиеся сведения о Башне.
***
Крепко сжав в руках Изольду, Элис гуляла по саду и мучительно раздумывала, правильно ли поступила, поделившись своими страхами с Лионом. Ни одна другая ведьма не смогла бы рассказать хозяину о том, что происходит внутри Башни. Вовсе не потому, что они такие порядочные, а Элис — болтушка. Просто каждая ведьма, успешно прошедшая испытание, приносит клятву молчания, которая и не дает сказать лишнего, чтобы помощницы не докучали хозяевам рассказами о своей жизни. Никому не интересно слушать о чужом прошлом — все торопятся поделиться собственными переживаниями.
Однако Элис свое испытание провалила, и никогда не приносила клятвы. Смотритель Башни, кажется, даже мысли не допускал, что она когда-нибудь попадет к людям, иначе ни за что не освободил бы от клятвы.
Неспешно ступая по дорожке, она помахивала шваброй, отчего камешки и сухие иголочки разбегались в стороны, словно перепуганные муравьи. Хоть Лион сказал не колдовать, Элис не могла оставить Изольду в комнате — после ночных приключений швабра вела себя из рук вон плохо, следуя за Элис по пятам, словно ворчливая нянюшка за бедовым чадом.
Ведьма чувствовала — Изольда рассержена ее поведением. С одной стороны, швабру можно понять — если бы Элис была настоящей девушкой, ночное рандеву с Лионом размазало бы ее репутацию, словно ножик маслице — тоненьким слоем. Но с другой — Изольда всего лишь швабра! Ей вообще не положено испытывать чувства!
Если бы не вмешательство вредного артефакта, Элис поцеловала бы Лиона. От одной мысли об этом кровь прилила к щекам. Молодой господин выглядел таким взволнованным, что она не удержалась, поддалась искушению всего разок попробовать, каково это — целовать мужчину. В конце концов, это просто касание губ — ни больше, ни меньше. Элис не ждала, что Лион проникнется к ней той же симпатией, которую сама испытывала по отношению к нему, однако даже его искренняя забота, неподдельные переживания вызывали в ее груди тепло, приятное и согревающее.
— Это просто благодарность за его доброту! — вслух проговорила Элис, обращаясь к швабре.
Та активно завибрировала, едва не выпрыгнув из хрупких рук. Злится. Вздохнув, Элис продолжила прогулку, но внутри все трепетало от волнения. Сегодня она пойдет на фестиваль с Лионом! В такую удачу сложно поверить — Элис словно откушала салата из пятилепестковых цветов сирени вперемешку с четырехлистным клевером. Последние недели казались ей прекрасным сном, наполненным волнующими эмоциями и человеческими радостями. Разве могла она представить, сидя взаперти в Башне, что все так обернется?
Сама того не заметив, Элис дошла до высоких кованых ворот, встречающих всех гостей герцогского поместья. Ажурная железная сетка только с виду казалась хрупкой и ненадежной. Подойдя к ней вплотную, ведьма коснулась холодных прутьев и тут же одернула руку: ограда была пропитана сильной защитной магией. Выходит, ее нынешние хозяева уже однажды прибегали к услугам ведьмы…