Пламенные эвкалипты

Марта выглядела встревоженной.
— Не оставляйте меня одну!
Эбби ободряюще улыбнулась.
— Мы сейчас вернемся, Марта, обещаю.
Выйдя из комнаты, она закрыла дверь и немедленно повернулась к Сибил, от возмущения подбоченившись. На лице же Сибил было явственно написано облегчение от того, что она вышла из страшной комнаты.
— Миссис Хокер, вы только пугаете Марту, а должны ее успокаивать! — прошипела Эбби вне себя от гнева.
— Я ничем не могу помочь! — прошептала в ответ Сибил.
— Если вы намерены продолжать в том же духе, то вам лучше уйти. Я не могу одновременно заниматься вашими страхами и ребенком Марты. Я тоже боюсь, но не имею права показывать это!
На самом деле она не просто боялась — она была в ужасе. Но Эбби знала: если она позволит своему ужасу прорваться — все пропало.
— По крайней мере, пойдите и прокипятите ножницы!
С этими словами Эбби повернулась и ушла в комнату, захлопнув за собой дверь.
— Где Сибил? — слабым голосом спросила Марта.
— Ей надо кое-что сделать, — сказала Эбби, стараясь, чтобы ее голос звучал как можно более непринужденно. В ту же минуту она осознала, что вся дрожит. — Марта, ты просто молодец, все делаешь правильно.
Она повторяла это как заклинание, стараясь избавиться от страха, но это было нелегко.
Снова начались схватки, и Марта подтянула ноги к животу…
Джек увидел Сибил, когда она появилась на верхней ступеньке лестницы.
— Мама! Что-то не так?! — в тревоге вскричал он.
— Нет-нет, ничего… — Сибил честно пыталась взять себя в руки.
— Ты уверена? А почему же ты не помогаешь Эбби с Мартой?
— Эбби велела мне уйти! — пожаловалась Сибил.
— Что? — Джек был явно удивлен. — Но почему?
Сибил не отвечала. Ей было невыносимо стыдно.
— Почему, мама? — настаивал Джек, подойдя к ней.
— Я… я не могу ничем ей помочь! Я только хуже делаю! — всхлипнула Сибил.
— Но как… — Джек слышал, как Эбби подбадривает Марту, призывая ее тужиться.
— Я была так напугана, и поэтому… — Сибил не могла говорить дальше.
— Мама, я думаю, что молодая нерожавшая женщина — я имею в виду Эбби — боится ничуть не меньше, но тем не менее она там и помогает Марте. Ты родила троих сыновей! Отправляйся обратно и сделай все, чтобы поддержать ее!
Сибил знала, что Джек прав. Она вела себя трусливо и глупо. Знала она и то, что Эбби была слишком молода и неопытна, чтобы справиться в одиночку. Судорожно вздохнув, она вернулась в комнату Марты.
Эбби была удивлена, увидев ее, но все внимание сейчас было приковано к Марте. Сибил выдвинула верхний ящик комода и достала оттуда ножницы, которые и принялась стерилизовать в кипятке, принесенном Эльзой. Кроме того, она нашла нитки, чтобы перевязать пуповину, и чистое полотно. Потом Сибил несколько раз глубоко вздохнула, набралась мужества и подошла к кровати. Между раздвинутых ног Марты она увидела показавшуюся головку ребенка…
Эбби не отходила от Марты, уговаривая ее:
— Тужься, Марта! Тужься сильнее! Еще чуть-чуть — и головка ребенка выйдет наружу!
Марта даже приподнялась от напряжения и тужилась изо всех сил. Сибил постоянно утирала ей пот. Жилы на шее Марты напряглись и потемнели, словно лиловые веревки.
— Ты все отлично делаешь! — сказала наконец-то Сибил.
Лицо Эбби просияло:
— Головка показалась! Марта, совсем чуть-чуть осталось!
Сибил тоже хотела взглянуть, но при виде крови ей стало нехорошо. Эбби шепотом торопливо велела ей сделать несколько глубоких вдохов, чтобы не упасть в обморок.
Марта чувствовала, что роды подходят к концу, и потому тужилась еще сильнее, чувствуя приближение новых схваток. Показалось плечико, и Эбби ухватила скользкого и крошечного ребенка, осторожно повернув его так, как делала повитуха с Крик-стрит, насколько Эбби помнила… Показалось второе плечико — и крошечное тельце буквально выскользнуло Эбби в руки. Девушка прижала его к груди, и ребенок издал слабенький мяукающий крик.
Эбби быстро и осторожно очистила от слизи маленький ротик, и дитя Марты издало свой первый настоящий крик, уже куда более громкий.
 
Для ушей трех женщин он прозвучал настоящей музыкой.
Эбби посмотрела на Сибил, в глазах которой стояли слезы.
— Перережьте пуповину вашего внука, миссис Хокер! — радостно сказала она.
Сибил вся трепетала, испытывая необыкновенное чувство — на ее глазах родилось маленькое существо. Она и не представляла, какой восторг вызовет у нее это чудо новой жизни, пришедшей в мир.
— Ребенок в порядке? — с тревогой спросила Марта. — Голосок громкий…
— Он выглядит просто отлично! — уверила ее Эбби. — Я не эксперт, но, по-моему, он весит вполне достаточно, хоть и родился немного раньше.
Лицо Марты засветилось тихой радостью.
— Мальчик или девочка?
Эбби повернула ребенка к матери, чтобы Марта могла сама увидеть.
— Мальчик… — прошептала Марта, и улыбка озарила ее лицо. — У меня… сын!
Она мечтала о дочке, но Уильям все эти месяцы только и твердил, что о сыне, и она была счастлива, что мечта мужа исполнилась.
Сибил взглянула на Марту и ребенка — и слезы потекли по ее щекам.
— Пуповина, миссис Хокер! — напомнила Эбби, и Сибил встрепенулась, смело перерезала пуповину и аккуратно перевязала ее.
Чистым полотенцем Эбби насухо вытерла ребенка, затем запеленала его и положила на грудь Марте.
Слезы текли по щекам Марты. Она еще никогда не чувствовала себя такой счастливой.
Сибил наклонилась к ней. Впервые она видела на щеках своей невестки здоровый и яркий румянец.
— Материнство идет тебе, Марта, — мягко сказала она. — Ты никогда еще не была такой… такой прекрасной!
— Спасибо, матушка! — отвечала Марта, радостно улыбаясь. — Я думаю, это самый радостный день моей жизни, такой же счастливый, как и тот, когда я вышла замуж за Уильяма.
Внезапно она вспомнила о том, что сегодня произошло в Парраллане, и добавила:
— Несмотря на все, что случилось сегодня…
Внизу Джек тоже услыхал крик ребенка. Он стоял и улыбался, а Уильям тем временем подскакал галопом прямо к дому и спрыгнул с седла. Дверь распахнулась перед ним, и улыбающийся Джек встретил испуганного и бледного Уильяма на пороге.
— Джек… Марта… Она… родила?! — задыхаясь, спросил Уильям.
Он ездил проверять дом — все оказалось в порядке, и он изо всех сил гнал коня обратно, молясь, чтобы с Мартой и ребенком все было в порядке.
— Да, да, я слышал крик младенца! — поспешил успокоить его Джек.
Уильям побежал наверх, перепрыгивая через две ступеньки сразу; Джек последовал за ним.
Через несколько минут, когда Марта уже была готова встретиться с мужем, Сибил торжественно распахнула дверь и обнаружила Уильяма и Джека, нетерпеливо переминающихся на пороге.
— Входи и поздоровайся со своим сыном, Уильям! — счастливым голосом воскликнула Сибил.
Уильям вошел, не сводя глаз со своих жены и сына.
— Сын… — прошептал он вне себя от счастья. — У нас сын, Марта!
Марта кивнула, гордо и счастливо улыбаясь мужу, а Уильям нежно поцеловал ее и с восторгом уставился на своего крошечного сына.
Эбби и Сибил тихонько вышли, чтобы дать молодой семье побыть вместе.
Джек стоял на пороге и смотрел на происходящее с улыбкой.
Он чувствовал невероятное облегчение.
— Эбби, я даже не знаю, как тебя благодарить за все, что ты сегодня сделала! — сказал он с чувством, когда Сибил прикрыла дверь.
— Не за что благодарить! — смутилась девушка. — Марта все сделала сама. Она заслужила все похвалы. Ей пришлось немало пережить…
— Бедная девочка страдала! — кивнула Сибил. — А от меня не было никакого толку. Прости, прости меня, Эбби! Марта без тебя не справилась бы. Ты была великолепна!
— Вы тоже справились с собой, — улыбнулась Эбби и повернулась к Джеку. — Ваша мать перерезала пуповину и перевязала ее.
Джек взглянул на Сибил, смущенно улыбавшуюся и гордую своим маленьким участием в торжественном событии.