Вторая жизнь сироты (СИ)

- Осторожнее! - усадив говорливую бабку обратно, Тока вновь использовала шосен, - ну как, лучше?
- Не болит, - щербато улыбнулась та, - вы настоящая волшебница, руки у вас золотые. Простите, что не могу отблагодарить, как следует. Сами же видите, только наклонюсь – и падаю. А если уж...
- Простите меня, - прервала вновь разошедшуюся женщину Тока, - но у меня обед начинается. Вы не могли бы передать на выходе, чтобы следующий заходил через пятнадцать минут?
- Конечно, конечно, - засуетилась бабка, - вы уж простите старую, что надоедаю. Знаю, что язык без костей. Вот и муж, жив пока был, говаривал – язык у тебя как помело. Вижу, замучила вас совсем, ухожу, спасибо вам огромное.
Закрыв за надоедливой старухой дверь, Тока со стоном упала на кушетку. Вся эта эпопея с помощью больным изначально казалась ей дурной идеей, и она не ошиблась. Стоило только объявить об оказании Сенджу бесплатной медицинской помощи старикам и инвалидам, как желающие выстроились в гигантские очереди. Она предупреждала, что так и будет, что надо, по крайней мере, ограничиться какой-то одной категорией, но совет клана насел на неё, и пришлось уступить. А всё из-за нелепых, не пойми, откуда взявшихся слухов, расползающихся по Конохе в последнее время. Будто бы Сенджу вторые Учиха и им плевать на простых людей. Притесняют слабых, злоупотребляют своим положением основателей. Вторые Учиха, это надо же. Возмутительно! Не в силах спокойно лежать, она сменила позу, отвернувшись к стенке. Никогда Сенджу не были ни в чём вторыми, и уж особенно не были похожи на этих красноглазых гордецов.
Надо же такое придумать, а? На сей раз она перевернулась на спину. Никакой совести у людей. Зато больного воображения – на целый клан. Сенджу каждый день встают на защиту деревни, всех без исключения её жителей, от мала до велика. Смело идут в бой, всегда в первых рядах, на самых сложных направлениях. И взамен – такая чёрная неблагодарность. Впрочем, - поёрзала она спиной, закинув руки за голову, - нет ничего ненадёжнее народной любви. Сегодня тебя хвалят, ты герой, а завтра освистан и оплёван… И те, кто улыбался тебе и славил твоё имя громче всех, первыми метнут в тебя кунай. За свою жизнь она видела десятки таких историй и давно не удивлялась подобному. Просто очень обидно за клан. Ведь в нём полно молодых шиноби и куноичи, не обладавших её опытом и пониманием людской натуры. Им будет непросто такое принять.
Впрочем, это жизнь, - смотря в потолок, она позволила мыслям уйти в сторону, - преступно было бы пытаться оградить новое поколение от столкновения с реальностью. Чем раньше они поймут, что слова – это просто слова, а улыбки могут быть фальшивы, тем лучше. На самом деле, в этом даже есть свой плюс. Такая небольшая порция суровой правды жизни позволит им быстрее осознать, что по-настоящему можно полагаться только на своих. Только на соклановцев можно всерьёз положиться и только им без оглядки доверить спину. А остальные... лишь попутчики на долгом пути. До какого-то момента они могут идти рядом с тобой, но, в конце концов, ваши пути непременно разойдутся. Лишь Узумаки – исключение из этого правила. Скорее луна упадёт на землю, чем Узумаки предадут. Но они ведь родственники, пусть и дальние. Так и должно быть. Жаль, что в деревне их совсем немного. И хорошо, что есть хоть сколько-то. Иначе всё внимание неугомонной подруги доставалось бы ей одной.
В последнее время Мито была совсем несносной. То покритикует её решения, пользуясь своим положением почётной старейшины, то как-нибудь разыграет, то ещё что. Нет, она вовсе не злилась на неё, и потому, что прекрасно понимала, что той нужна отдушина, и потому, что злиться на Узумаки – бесполезно. Всё равно не перестанет доставать, если уж почему-то начал. Заставить отступить красноволосых не удавалось никому. Они могут только сами передумать. Так что, гораздо проще потерпеть, и подруга, не видя реакции, просто потеряет интерес и переключится на кого-то ещё.
Вот бы на Учиха, - мелькнувшая в голове мысль вызвала лёгкую улыбку, - им с их гордостью, уже откровенно перераставшей в гордыню, не помешала хорошая порция безумия, которое могут устроить Узумаки. Может, попросить об этом Мито? - покатала в голове заманчивую идею Тока, - вряд ли она откажется. Даже, может, и не попросит ничего взамен. А если вдруг и захочет чего, так оно однозначно будет того стоить. И не помешает ей никто. Вся Коноха ещё помнит, как она гоняла по окрестностям то одного хокагэ, то другого, когда тем не везло вывести её из себя. А сейчас-то и вовсе никто не рискнёт сказать ей слово против. Нет в Конохе равных ей по силе.
 
Едва заметное движение воздуха в комнате заставило её резко сесть и потянуться к оружию. Посетитель открыл дверь совершенно бесшумно.
- Ой, простите. Я не хотела вас напугать, - с обезоруживающей улыбкой развела руками стоящая в проёме женщина.
- Хокона Тачи, - прищурилась Тока, положив руку на кунай, - или уже просто Хокона, верно?
- Верно, - последовал спокойный кивок. Мне туда? - она жестом указала на стоящий в углу стол.
- Что? Обойдёшься, - фыркнула Сенджу, вставая и перемещаясь в рабочее кресло, - что тебя сюда привело?
- А зачем приходят к ирьёнину? - разыграла она удивление, - я хочу позаботиться о своём здоровье.
- Вот как, - протянула хозяйка кабинета, рассматривая неожиданную посетительницу, - на первый взгляд, с тобой всё в порядке. Но, - после паузы последовало продолжение, - по старой дружбе, я выпишу тебе направление к своему знакомому. Прекрасный специалист, ирьёнин А ранга. Он обследует тебя.
- Но ты профессионал не хуже.
- Ах, как бы мне того ни хотелось, но в медицине выше категории Б мне не прыгнуть. Так что, ничем не могу помочь. У мастеров тайдзюцу, - кстати прими мои поздравления, - наклонила она голову, - часто встречаются старые, хронические проблемы. Откуда-то из молодости, - бросила она со значением. - С ними могут помочь только настоящие умельцы.
- Благодарю. Я немало трудилась для этого, - приняла похвалу Хокона. – И, разумеется, воспользуюсь твоим советом и схожу провериться. Ведь ошибки прошлого могут отражаться в настоящем. И даже задевать окружающих.
- Например? - заинтересованно посмотрела неё Сенджу. - Как эта сентенция применима к твоему случаю?
- О, совершенно никак. Но вот я где-то слышала одну историю. Я расскажу, если у тебя есть время.
- Уж десяток минут на старую подругу я найду.
- Рада это слышать. Устраивайся поудобнее и слушай.
- Я вся – внимание.
- История эта произошла в старые времена, ещё в эпоху воюющих кланов. В одном из них, одном из пятёрки сильнейших в мире, было два друга. Знатного и простого происхождения. Оба они были крайне одарены и слава, успех и женщины следовали за ними по пятам.
- Вступление довольно интригующее, продолжай, - поощрила Сенджу.
- Юноши неустанно тренировались и становились сильнее, всё больше отрываясь от своих ровесников. Едва один из них брал новую высоту, как второй тут же догонял его, и, в свою очередь, вырывался вперёд. Это была прекрасная дружба, гордиться которой могли они оба.
- Что же было дальше?
- Предательство, и как следствие – смерть одного из них, - пожала плечами Хокона.
- Не может быть! Они же были друзьями, - сделала большие глаза Сенджу.
- Увы, но предают именно близкие люди. Это всегда неожиданно, зато, - она усмехнулась, - предельно понятно.
- Ладно, продолжай. Мне не терпится узнать, что же произошло. Что послужило причиной?
- История не сохранила таких подробностей. Но вариантов на самом деле не так много. Возможно, юноша из знатного рода, а именно он был предателем, - уточнила Хокона, глядя собеседнице в глаза, - просто не выдержал конкуренции, а уступить ему не позволяла гордость. Такое можно встретить даже в наше время. Кланы жёстко следят за тем, чтобы им не бросали вызов.
- Как-то натянуто. Какие ещё версии?
- Возможно, это была зависть к более талантливому сопернику. Ведь тот, кто был из простой, ничем не примечательной семьи, не обладал никакими ресурсами, и все его достижения были получены самостоятельно, без какой-либо помощи, в отличие от того, кто пользовался благами сильного и известного рода.