Право первой ночи для ледяного дракона, или Баба Зоя против! (СИ)

– Я дал слово и сдержу его. Вернусь в Арлер после сразу суда.
Но это было ложью самому себе, и я знал это. Понял в момент, когда позвал княгиню из окна. Раньше бы подобного не допустил даже после распития хмельных напитков. Женщины сами приходили в мои покои…
«Но до этого ни одна не просила быть её фиктивным любовником».
Именно в тот момент я впервые заинтересовался Эданой? Или моё любопытство проснулось ещё раньше? Как она посмотрела на меня, когда ворвался в спальню, где заперлись супруги. В окровавленном платье, с кинжалом в руке, она выглядела так, что в груди ёкнуло.
  
Да, именно в тот миг Эдана начала прорастать в меня. Медленно, но верно, завладевала моими мыслями и чувствами. Не заметил, как изящный плющ разрушил скалу, и теперь обломки камней ранили сердце каждый раз, когда смотрел на желанную женщину.
– Сюда! – рявкнул так, что дрогнул пол.
В комнату ворвался один из моих воинов, и я приказал:
– Лети к Коэну. Поторопи его. Пусть привезут всё, что успели собрать, и я немедленно проведу суд.
«Бежать!» – стремилось всё моё существо.
– Нет, – остановил то ли воина, то ли себя. – Я полечу с тобой!
Человек княгини при появлении драконов не особо обрадовался, но через некоторое время изменил своё мнение.
– Деньги и доброе слово работают ещё лучше, когда за окном стоят два дракона, – восхищённо выдохнул он, передавая мне расписки покупателей земель княжества. – К тому же я получил имена всех, кто навещал лорда Алкида, хоть и не просил об этом. С этим списком дело пойдёт ещё быстрее!
Его жена, пышная миловидная дама с тяжёлым взглядом и рукой, судя по фингалу под глазом Одэра, смущённо жалась к мужу и косилась с ужасом на меня. А вот Коэна не боялась. Как и дети, которые облепили моего воина, словно плоды дерево.
«Как же Коэн, должно быть, скучает по семье, – подумалось мне. – Интересно, я бы так же рвался домой, жди меня Эдана с младенцем на руках?»
И зарычал, осознав, что снова думаю о княгине. Она поселилась в моих мыслях, и я не мог выбросить эту женщину из головы ни под защитой купола, ни вне его.
– Показывай дорогу! – приказал Одэру.
Теперь получить обратно расписки оказалось гораздо проще. Покупатели земель даже пытались «забыть» деньги, лишь бы поскорее убраться с моих глаз. Я же рвался вперёд, лишь бы избавиться от навязчивых видений и мучительных желаний.
Это напоминало агонию преступника, которого приговорили к казни через отравление. Так часто поступали мои предшественники, лишая осуждённого воды, оставив лишь яд. В конце концов, как ни боролся человек или дракон, он осушал чашу.
– Хм, – нахмурился Одэр, поставив галочку на листе. – Осталось последнее имя в списке, но этого человека никто не видел. Может, это и есть покупатель, которого ждал Алкид?
– Довольно, – едва сдерживаясь, процедил я. – Возвращаемся!
Сейчас прочувствовал на себе весь ужас приговорённого, который добровольно выпивает яд после нескольких дней мучительных пытки без воды. Стоило ли удивляться, что я спикировал вниз, едва завидев Эдану? Что, обернувшись человеком, закинул женщину себе на плечо и понёс в свои покои?
Я молился Древним, чтобы под ногами разверзлась земля, или на голову обрушился замок.
Княгиня уже стала моей слабостью, а после этой ночи она превратится в грозное оружие. И от того, в чьих руках оно окажется, будет зависеть судьба всего Арлера!
  
Глава 41
 
Зоя (Эдана) 
– Итак?
Я осмотрела девочек, а потом обернулась и глянула на вход в амбар. За нами никто не увязался, но у меня было странное ощущение, будто спину щекотал чей-то взгляд. Снова повернулась к сёстрам Эданы и спросила:
– Что скажете на суде, когда вас спросят о том, как в Ранкин прибыли люди Алкида?
Оказалось, я зря осторожничала. Эдана была настолько напугана, что спрятала сестрёнок и строго-настрого велела не выходить из шкафа. Как девочки выдержали столько времени – для меня оставалось загадкой.
Вроде бы волноваться не о чем, Одэр с супругой собирают расписки и возвращают деньги, а Кахин настроен наказать виновных, но меня не отпускала тревога.
– Эх, если бы знать, что было в том свитке, который подписала ваша сестра, – горестно вздохнула я. – Это единственная прореха в нашей защите. Слишком уж нагло вёл себя Цветик! Чую, там что-то важное…
– А меня спросить не собираешься? – вдруг услышала скрипящий голос.
Вскочила и, мгновенно схватив первое попавшееся под руку, выставила перед собой.
– Кто здесь? – Бескрылая медуза вспыхнула, как лампочка, а из её пасти ускользнула хвостатая добыча и скрылась в темноте. Маскей укоризненно глянул на меня, и я виновато прошептала: – Ой… Прости.
Зато в его свете заметила очертания чёрного кота.
– Это Табаки, – успокоила меня старшая девочка и потянулась к животному: – Кис-кис-кис!
Тот попятился и вжался в угол, а девочка раздражённо фыркнула и, скрестив руки, отвернулась:
– Подумаешь! Если бы знала, что ты исправишься, не стала тебя обнимать… Так крепко!
– Не обижайся на неё, – взмолилась младшая и заулыбалась. – Я же тебя оживила!
Немного подумала и виновато добавила:
– Почти.
Я залюбовалась девочками, не понимая, как можно причинить вред таким милым крошкам. А после подумала об их невероятной силе. Неужели, в семье Горан талантливыми родились только младшие дочери? Старшей совсем не досталось волшебства? Но разговор сейчас был о другом.
Отпустив Маскея, я приблизилась к коту и, присев, погладила его.
– Не бойся…
– Да, поздно дрожать от страха, – поддакнула Шэкет. – Теперь ты бессмертный!
– Ужас! – зафырчал кот и завращал светящимися в темноте глазами. – Если меня разберут по частям, я всё равно буду жив!
– Мы освободили тебя от злого Алкида, – напомнила я. Морда кота вмиг приобрела удовлетворённое выражение. – Что же до частей, не переживай. Между прочим, я мастерски собирала пазлы из тысячи деталей! А в теле кошки, если ничего не путаю, всего двести сорок четыре косточки. Справлюсь!
– Обещаниям двуногих нельзя верить, – всё ещё сопротивлялся Табаки, но было видно, что он уже готов сдаться. – За свободу спасибо.
– Раз благодарен, может, расскажешь, что было в том свитке? – осторожно уточнила я.
– А коты умеют читать? – удивилась Талилия. – Ни одного не встречала.
– А говорящих много видела? – глянула на неё, и девочка примолкла.
Я же снова обратилась к Табаки:
– Буду премного благодарна.
Кот важно кивнул:
– Было две бумаги. Алкид получил доверенность, чтобы распоряжаться землями княжества. А Октавий – согласие распоряжаться будущим младших дочерей князя.
Меня будто током прошило:
– Что?!
Теперь стало понятно, почему мужчина сбежал, оставив намёк на мою тайну и предупреждение – письмо, пришпиленное кинжалом. Цветику не нужны были земли или деньги, он даже не пытался по-настоящему стать князем.
Делал вид, что идёт на поводу Алкида, а потом попытался убить меня. Теперь же сбежал, прихватив с собой странную бумагу. Что всё это значит? Зачем этому человеку сёстры Эданы? Неужели, привлекла их магия? Откуда Октавий узнал о ней?
Притянув к себе детей одной рукой, прошептала:
– Не волнуйтесь, крошки. Я не дам вас в обиду!
Теперь, когда стало понятна цель Цветика, мне потребовался могущественный покровитель. И не фиктивный, как раньше, а настоящий. Даже если после суда я обрету единоличную власть в Ранкине, однажды на пороге может появиться неприятный гость с требованием отдать одну из девочек, а дракона рядом уже не будет.
  
«Так почему бы не совместить приятное с необходимым? – перебирая пальцами жёсткую шёрстку Табаки, подумала я. – И перейти из положения фиктивной любовницы в ранг настоящей? Тем более Кахин при всех потребовал именно этого».
– Поверим, как справляется Клейпен? – предложила девочкам и повела их к выходу.