Право первой ночи для ледяного дракона, или Баба Зоя против! (СИ)

– Но священной ночи ещё не было.
– Будет, – передёрнувшись, с угрозой пообещал он.
Эк его перекосило! Может, с будущим князем проведена разъяснительная беседа, и теперь молодой мужчина готовился наступить себе на горло, но довести дело до конца? Нет, невооружённым глазом было видно, как ему претит одна мысль прикоснуться к моему «грязному» телу.
– Как только повелитель драконов вернётся в Арлер, – заложив руки за спину, негромко добавил он.
  
Я едва не потёрла ладони. Так-так-так! Пока Кахин в Ранкине, можно не беспокоиться о поползновениях Цветочка. Остановившись, посмотрела в глаза мужчине и осторожно заметила:
– Обязанности князя вы тоже примите после отбытия драконов или займётесь делами сейчас? Как я уже сказала, кормить гостей нечем. Нужно закупить продуктов. Кстати, вы заплатили слугам, которых наняли? А ещё замок требует ремонта. В библиотеке покосилась дверь, а лестница…
Продолжила перечисление, на ходу изобретая, что требует немедленного ремонта. Коснулась необходимости закупки посуды, которой не хватило на пиру. И мебели, упомянув, что дорогие гости вынуждены спать на полу.
– Мне нет до этого дела! – раздражённо отмахивался Октавий. – Что за ерунда?
Да он совсем простак? Даже сдался без боя!
– То есть вы оставляете все эти хлопоты на меня? – вкрадчиво поинтересовалась я.
– Да, – с явным облегчением согласился он.
– Тогда мне потребуется официальное разрешение, которое я могла бы показывать, принимая решения по бытовым вопросам. Вы же подпишите для меня такую бумагу?
Тут он насторожился:
– Это действительно необходимо?
– Конечно, – я притворно вздохнула. – Кто же станет слушать слабую женщину? Я буду действовать от вашего имени, дорогой супруг, чтобы раздобыть всё необходимое. Например, ночные горшки. Их нужно не меньше дюжины!
Ох, какое брезгливое выражение у него отобразилось на лице. Залюбуешься!
– Можно мне получить бумагу прямо сейчас?
Я уже ощущала вкус победы, но тут в глазах Октавия мелькнул страх, и мужчина торопливо огляделся, будто желал убедиться, что нас не подслушивают.
– В обмен на услугу, – торопливо шепнул мужчина.
– Какую именно? – изобразила растерянность и для верности хлопнула ресницами.
– Обещайте солгать.
Что же беспокоит Октавия? Уязвлённая гордость? Попросит сообщить, что священная ночь между нами уже случилась? На такие уступки идти нельзя, одним словом я уничтожу всё, чего достигла, и подарю Цветику шанс стать богатым вдовцом.
Но всё оказалось проще.
– Если лорд Алкид спросит, скажете, что это я заставил вас заниматься бытовыми вопросами.
Я облегчённо выдохнула. Какой же Октавий недалёкий и трусливый. Мне повезло с мужем! С этого момента начало казаться, что моя затея выгорит, и мы с сестричками отстоим свою независимость.
Да, меня будут считать падшей женщиной. И пусть! Отличное отворотное зелье для таких вот Цветиков. Я собиралась сделать всё, чтобы отвадить Октавия и счастливо растить сестричек. Второй шанс и новую жизнь потрачу на воспитание милых крошек. Когда вырастут, выдам замуж по любви, а не против воли, как принято в этом мире. Никому не дам в обиду!
Конечно, хотелось и самой вновь испытать все прелести любви и, как следствие, материнства, но только не с этим хлюпиком. И других таких же не надо! В идеале, устроила бы настоящая ночь с драконом. И даже не одна…
– Эдана! – повысил голос Октавий.
– А? – очнулась я и посмотрела на его взволнованное лицо. – Да-да, конечно, дорогой супруг. Сделаю, как вы хотите.
– Что именно вы сделаете? – раздался вкрадчивый голос.
Мы с Октавием невольно вздрогнули, и муж развернулся. За его спиной стоял Алкид. В тёмных одеждах, опираясь на трость и опустив голову, он напоминал старого ворона, который примеривался к загнанным в угол мышам. Гадал, с какой начинать трапезу, и от хищного взгляда, признаться, даже у меня мурашки побежали по телу.
Память отозвалась фантомной болью во всём теле, вдруг захотелось опуститься на колени и сжаться от ужаса, который испытывала бедняжка Эдана, когда её пытал злобный старик. А перед глазами мелькнули бумаги, на которых девушка, содрогаясь от рыданий, ставила подписи.
«Бумаги?! – вздрогнула я. – Плохо. Очень плохо! Что же несчастная девочка подписала? Ох, уж этот мерзкий старик!»
Злость помогла справиться с фантомной болью, что накрыла душным облаком, и я посмотрела на Алкида. Как бы ни хотелось придушить этого человека или хотя бы вытрясти из него правду, придётся сделать вид, что поддаюсь на его угрозы, а потом подгадать момент и узнать, что Эдана подписала. По моему опыту в прошлой жизни, крохотный клочок бумаги может перевернуть жизнь целого приюта. Рисковать не следовало.
– Дорогой супруг распорядился, чтобы я решила некоторые бытовые вопросы, – старательно пролепетала я. – Господин…
Мой голос подрагивал от гнева, и я не скрывала, надеясь, что этот самодовольный тиран решит, что я дрожу от страха. Так и вышло. Алкид ухмыльнулся и отечески похлопал Октавия по плечу, молча выражая одобрение. Будто правильное запугивание молодых девушек гарантировало тому медаль за мужественность.
– Признаться, я не о том подумал, когда услышал, что Эдана долгое время провела в амбаре, – вальяжно проговорил он. – Но теперь всё понятно. Рад, что между супругами налаживаются нормальные отношения, невзирая на некоторые неприятности.
Скривившись, он бросил взгляд, полный неприязни и опаски, на окно, в котором недавно я видела повелителя дракона. А потом снова посмотрел на Октавия и снисходительно хмыкнул. Заложив руки за спину, направился прочь, буркнув:
– Табаки, за мной.
Я удивлённо огляделась, так как не видела кота, но питомец Алкида неохотно выбрался из дырявого корыта и, нервно дёргая сломанным хвостом, посеменил за хозяином. Когда животное проходило мимо нас с Октавием, я прикусила нижнюю губу, чтобы не хихикнуть. Настолько забавно виноватой была морда Табаки.
«Неужели проникся к нам симпатией?» – прищурилась я.
Возможно, удастся уговорить кота помочь? Тогда я точно доберусь до бумаг, которые так неосмотрительно подписала старшая из дочерей почившего князя.
  
Глава 24
 
Кахин 
Я кружил над княжеским замком, выплетая защитное поле, до самого вечера. Опустился на землю лишь, когда завершил свою работу. От усталости едва мог шевелить крыльями, но был безмерно доволен и горд собой.
«Последний штрих».
Сделать что-то подобное в одиночку мало кому под силу, и стоило бы воспользоваться помощью воинов, но это выдало бы мои намерения и жителям замка, и таинственному врагу, скрывающемуся под маской верного подданного.
Поэтому я, никому ничего не объясняя, уходил, когда вздумается, менял ипостась и летал над Ранкином. Пусть думают, что повелитель засиделся в столице и желает размять крылья и другие члены, потому и потребовал от человечки исполнения права первой ночи.
«Никогда бы не подумал, что она сама придёт, – царапнув взглядом ветхое здание для слуг, чьи тёмные окна напоминали пустые глазницы черепа. – И что бросит вызов воронам, что слетелись в замок разделить её наследство».
Обратился в человеческую форму, но, вспомнив о маленьких девочках, всё-таки прикрылся чешуёй. Тяжело дыша, оглядел пустынный двор, задержал взгляд на амбаре, в котором Эдана провела сегодня утром немало времени.
«Интересно, что она опять задумала? Явно что-то приготовила».
Мне нравился её боевой дух и стремление к независимости. Истинная дочь своей расы! Вот только желания дочерей Марагонии никогда не принимались во внимание. И я не должен. Улыбка погасла, и я вздохнул.
  
«Поужинать и спать. – Едва не шатался от усталости. – Утром отправимся в полёт».
Что бы ни собиралась предпринять Эдана, меня это уже не касалось. Я сделал всё, чтобы скрыть её происхождение, и сам должен покинуть это место как можно скорее. Оставить молодую привлекательную женщину в объятиях жадного труса было неправильно. Хотя в её безопасности больше не сомневался. Вряд ли кто-то посмеет убить любовницу повелителя драконов. Своя голова не лишняя.