Попаданец (СИ)

Осмотр не занял много времени. Михайла быстро проверил все образцы, намазав каждый на руку, самый густой вызвал у него одобрительный хмык и удивленный взгляд на парня. Но управляющий ничего не сказал, просто забрал все запасы и сразу погрузил на свою телегу, выяснив, что нужно больше всего и в каких объемах. А на утро он уже и отбыл по своим делам.
— Михайла Глебыч постоянно ездит по деревням боярина. Тут одно надо, там другое. С торговлишкой помогает, нужное привозит. Золотой человек, честный! За то и уважают его. Но за проступки и сам наказать может и доложит обязательно, так что ты не дуркуй! — просвятил парня Прокоп и поковылял к себе домой.
Тимофея же опять отправили сено косить, раз в хозяйстве прибыло скотины. Игнат тоже был на ногах с рассветом и уже примерялся к началу строительства. Ему главной задачей было назначено поставить 2 дома с печами, один для себя и семьи, другой для Прокопа с Тимофеем. Конечно последним надлежало помогать, но глядя на щуплого старика и худого парня, было понятно, практически все придется делать ему самому.
— Пойдем покажешь, где силки стоят и как сделаны. — сказал Игнат, когда Тимофей вернулся с сенокоса и только только привалился к стене дома, с наслаждением вытянув ноги. Сказал, закинул на плечо топор и пошагал в сторону леса. Что оставалось? Пришлось идти.
***
Когда на столе стало чаще появляться мясо, а не только рыба, жизнь стала заметно веселее. Игнат хоть и не был профессиональным охотником, но в его ловушки зверье стало попадаться значительно чаще, чем раз в месяц, как было у Тимофея. Стройка шла невероятными для парня темпами. За первую неделю были разобраны 2 дома и уже наметилась территория для первой постройки. Так же там уже была выложена и подсыхала небольшая каменная печка, обмазанная глиной. Еще через несколько дней она была тщательно протоплена и начали возводить сам дом. А еще через полторы недели первый дом, правда с земляным полом, но зато с очагом был готов и даже заложена вторая печь.
В августе, к сожалению, стройка немного замедлилась, потому что и Тимофей занимался уборкой огорода какое-то время, и Игнат уже не так торопился, так как для своих детей дом уже готов и можно успокоиться, да и Прокоп вымотался, пытаясь показать, что он всем помогает и работает не меньше остальных. Детишки же либо носились по округе, либо помогали матери, на которую упало обеспечение едой, стиркой, уборкой и одеждой не только своей семьи, но и Прокопа с Тимофеем. За что последние презентовали ей целый литр лучшего дегтя. Куда его использовать она будет не понятно, но подношение сразу прибрала.
— Деда Прокоп, ну дай зерна. У нас же есть. Мне много не надо! — упрашивал Тимофей деда после уборки урожая с грядок.
— Чтобы ты его угробил? Да это же что за придумки, не успеет оно вырасти! Не сеют его так. Просто пропадет. Совсем тебе чужого труда не жалко! — упрямился Прокоп.
— Ну давай ты мне отсыпешь, сколько прошу, а я два дня меньше есть буду. Ну нету же у меня денег купить его у тебя. Давай так тогда, и как будто я его съел?
Очень уж Тимофею хотелось попробовать вырастить озимую рожь, пусть и на небольшом участке, но и едоков же не так много.
— Да что ты придумываешь, зачем тебе эта волокита? Хочешь рожь сажать, снег сойдет и засеешь. Чего там дельного может получиться то с такой крохи землицы? Да и вообще ничего не получится, до холодов ничего не будет, а там померзнет все.
— А давай поспорим, что выйдет?
— Не выйдет!
— Давай если не выйдет, то весь деготь, что за зиму следующую сделаем, только твой будет?
— А если твоя возьмет, тогда тебе? — прищурился дед.
— А если моя возьмет, тогда ты… — парень задумался. — В город меня свозишь и все там расскажешь и покажешь. Заодно и на торг заедем, что возьмем с собой, продадим. Получается ты в любом случае с прибытком останешься. А я вот блажь свою исполню.
— Да, леший тебя забери, возьми сколько надо, знаешь где лежит. — махнул рукой прокоп и пошел к Игнату.
Тимофей сразу же метнулся в дом и отсыпал себе зерно, пока Прокоп не передумал, а с ним это случалось, и не редко. Так вот и еще одно занятие появилось у парня на пару дней. Все перекопать, разровнять, заделать зерно в землю, засыпать, полить. Не быстро это все. Особенно медленно шла сама посадка, потому что зерно действительно было для них ценным и ограниченным ресурсом, поэтому пришлось по зернышку закладывать в землю, а не россыпью, чтобы у каждого будущего растения было место и ничего не пропало.
 
План был такой. Нужно расширять свое производство, чтобы в будущем получалось все больше и больше прибыли, на которую он и сможет развиваться. Вспахать поле, имея двух лошадей и одного взрослого мужика наверное можно, если поле маленькое будет совсем, но Игнат и так занят стройкой, да и не верят они, что получится польза из этой затеи. Сам Тимофей этим заниматься не умел, поэтому мог только в грядках своих копаться, орудуя ручными инструментами, а как обрабатывают поля только по телевизору на в интернете видел.
Деготь делать можно и зимой, но есть его не будешь, его нужно еще и продать, и какая будет цена — не угадаешь заранее. А больше продавать нечего. Глупо будет корячиться только с одним дегтем, если после продажи получится только еды купить, когда эту еду можно вырастить. Нет, конечно, если точно знать, что на этой черной жиже можно будет заработать столько, что и на еду хватит и еще на другие полезные вещи, тогда да. Но с текущей скоростью производства, когда еще и все силы уходят на обустройство деревни к зиме, лучше подстраховаться. Поэтому он и ползал, по грядкам, высаживая зернышко за зернышком в размеченные лунки.
***
Когда великая стройка была закончена, наступил уже сентябрь. Теперь Тимофей жил вдвоем с Прокопом в отапливаемом доме, правда топился он по черному, но зато уже было не страшно замерзнуть зимой. Сбором урожая заниматься было не нужно, основные задачи выполнены, и Игнат вызвался помогать с изготовлением дегтя. Тут его огромная силища и выносливость сделали своё дело. Уже неделю горшки дымились, вываривая драгоценную черную жидкость, почти без остановки. Прокоп чуть ли не переселился туда, чтобы поддерживать огонь, а Тимофей с Игнатом постоянно привозили сырье из березовой рощи в паре километров от деревни.
— Игнат, давай к дому двинемся, ноги уже не держат, живот к спине прилип. — пожаловался Тимофей.
Почему-то сегодня Игнат был особенно энергичным и никак не хотел останавливаться. А они между прочим не только на неделю запаслись материалом, а еще даже на пару недель вперед, если не на целый месяц. Очень уж бойко это дело шло вдвоем. И еду с собой не брали по той же причине скорости. Очень много на телегу не нагрузишь, лошадь по бездорожью не потянет.
— Сейчас эту порубим и вон там еще одна лежит, ее тоже заберем и пойдем домой. — выдохнул Игнат, который целый день махал топором и тоже порядком устал. Приходилось не только собирать легкую бересту, но и подсохшие, но все равно тяжелые деревья тоже забирать с собой на дрова, а их приходилось рубить то на пополам, то на три части, чтобы загрузить в телегу. Лошадка лишь неодобрительно косилась на все увеличивающуюся поклажу, но ничего не говорила. Хотя еще пара бревен и точно выскажет Игнату все, что она о нем думает.
Тимофей уже вел на поводу лошадь к последнему заваленному дереву, как на тропинку выскочило пятеро мужиков, в рваных рубахах и с дубинами в руках. Явно не богатые и умелые разбойники, а кучка бандитов с самого дна. В руках одного была не только дубина, но еще и здоровый нож, которым тот поигрывал из стороны в сторону, показывая как он им умеет орудовать и что ожидает его будущих жертв. Были они все не шибко крупными, прилично уступая в размерах Игнату, но по сравнению с Тимофеем конечно выделялись и ростом и крепостью. У самого главного рубаха была опоясана красным поясом, и это наверное было единственное сильное отличие в одежде представителей этой шайки.
— Что, думал ушел и мы тебя не найдем? А должок кто возвращать будет, али забыл уже? — глумился вожак, а его подручные скалились во все свои 32, нет, гораздо меньше зубов у них было. — Нашел я твой домишко, сейчас там тоже парни повеселятся, а мы вот к тебе, за самым главным подарком.