Всё будет хорошо (СИ)

— Я тоже так считаю, — согласился Драко. — Летом Тео тоже принял метку; я уверен, что его призывали, только зачем — не знаю. Прямо со школы, это очень странно. Хотя смотря для чего его вызывали… — Драко вспомнил, как Тео рассказывал о сексуальных развлечениях самых отбитых Пожирателей, и его передёрнуло. Сладенькому приходилось терпеть домогательства всё лето. Но пусть это озвучивает Тео сам, если посчитает нужным.
========== Глава 3. Сладенький. ==========
*** Тео проспал весь следующий день и пришёл в себя только к вечеру. Первым, кого он увидел, открыв глаза, был Невилл Лонгботтом, и Нотт не мог определиться, радоваться этому или нет. С одной стороны, хорошо, что это не Поттер или Грейнджер, иначе уже начали бы изводить вопросами, а с другой — Малфой всё же втянул его в гриффиндорский кружок героев, чтоб их.
— Привет, Лонгботтом, давно ты здесь? — голос был хриплый, но горло уже не саднило.
— Привет, Теодор, — Невилл взмахнул палочкой, и над Ноттом засветились цветные диаграммы.
— Что это?
— Диагностирующее заклинание, — Невилл чуть покраснел, — меня мадам Помфри научила. Ты долго спал, Малфой волновался, и мы по очереди сидели здесь.
— Ух ты, — Тео удивлённо посмотрел на Невилла: в его представлении вечно неуклюжий гриффиндорец был весьма посредственным волшебником, а тут — медицинские чары. Они не всем желающим даются. Тем временем Лонгботтом удовлетворённо вздохнул и вытащил из кармана галлеон, наводя на него палочку.
— Лонгботтом, а где это «здесь»? — Тео озирался, рассматривая комнату, которую будто Драко обустраивал.
— Выручай-комната. Не знаю, о чём Гарри думал, когда она приняла такой вид.
Нотт неверяще уставился на сосны за окнами и на широкие подоконники, — он был почти уверен, что Поттер думал о Малфое, открывая эту комнату. А значит, у Драко есть шанс.
***
Драко вяло ковырялся в тарелке и посматривал на гриффиндорский стол. Поттера не было, и Малфой не знал, где его носило. Грейнджер, как обычно, уткнулась в учебник, — как только вилкой мимо рта не промазывает… Уизли шепчется с сестрой и периодически смотрит в сторону слизеринцев. Мелкая Уизли ахнула и достала из кармана мантии монетку, внимательно в неё вглядываясь, и вдруг посмотрела прямо Драко в глаза, — тот от неожиданности даже взгляд не отвёл. Рыжая подмигнула и еле заметно кивнула в сторону выхода из Большого Зала. Драко был ошеломлён, его крайне удивило средство связи гриффиндорцев, но когда Поттер использовал такую монетку, казалось, что он держит связь только с Грейнджер и Уизелом.
Драко вышел в коридор и никого не увидел, но тут же над ухом раздался шёпот: «Малфой, двигай в Выручай-комнату, твой Нотт проснулся».
***
Поттер, Грейнджер и Лонгботтом были уже на месте, как и всё ещё лежавший Тео. Уизли с сестрой зашли в комнату вслед за Малфоем, на ходу выныривая из-под мантии-невидимки.
— Малфой, во что ты меня втягиваешь? — спросил сразу же Тео.
— Лучше спроси, из чего он тебя пытается вытянуть, — твёрдо сказал Поттер. — Предлагаю поговорить, раз уж все мы собрались. Сейчас только Луна придёт.
— Это которая Лавгуд? — удивлённо спросил Нотт, забывая своё недовольство.
— Да, что-то не так? — прищурился Уизли.
— Она странная, — Малфой чуть не захохотал в голос от тона, которым Тео это сказал: Луна Лавгуд была не просто странной, она была как будто с другой планеты, а Нотт не сдавался. — Очень странная, вы же понимаете это?
— Она наша подруга, — просто ответила Джинни, — самая верная и честная.
— Ну тогда ладно. — Драко прям видел, что Тео хочет ещё что-то сказать, но мужественно сдерживается.
— Эмм, Малфой? — Грейнджер вопросительно посмотрела на него. — Я тут подумала, может, есть ещё кто-то из твоих друзей, кто захочет вступить в наш кружок по интересам?
— Наверное, есть. — Он, если честно, и не думал об этом, привык во всем полагаться на себя. — Да, есть. Забини и Паркинсон.
— Тогда вот какой у нас план, — Грейнджер деловито прошла вглубь комнаты и взяла какую-то коробку. — В прошлом году я заколдовала монеты для оповещения о собраниях, — она достала два галлеона и протянула их Нотту и Малфою. — Гарри указывает сообщение или просто время и дату на ребре монеты, и она нагревается. Вы тоже можете послать короткое сообщение.
  
— Грейнджер, — потрясённо прошептал Нотт, — это же уровень седьмого курса!
— Ну, я попробовала, и у меня получилось, — гриффиндорка слегка покраснела.
А Драко стоял и думал, что зазнайка Грейнджер вовсе и не зазнайка. Она действительно достойна звания лучшей студентки Хогвартса.
— Так что предлагаю собираться, как только случается что-то важное, — продолжила Гермиона. В эту минуту в комнату зашла Луна Лавгуд.
До самой полуночи ребята обсуждали сложившуюся ситуацию; было страшно довериться слизеринцам, но выхода не было, всем хотелось поскорее закончить эту войну и жить свободно, не оглядываясь на каждом шагу. Поэтому они во всех подробностях обсуждали миссию Драко, которую ему поручил Тёмный Лорд, и людей, которым в случае чего можно было довериться. Но таких оказалось крайне мало.
— Крэбб и Гойл, конечно, тупые донельзя, — говорил Нотт, — но их отцы никогда не пойдут против Тëмного Лорда.
— Крэбб вдвойне опасен, — продолжил Драко, — он искренне восхищается Лордом, и, если честно, я думаю, что ему нравится пытать людей.
— Я это знаю наверняка, он часто присутствовал, когда пытали меня, — безразлично сказал Теодор, — в этот раз и он участвовал. — Они переглянулись с Драко, и Малфой поморщился.
— Что они с тобой сделали? — тихо спросила Джинни у Нотта. — И зачем? Ты же, ну… Как бы… Один из них.
— Это ничего не значит, Джиневра, — вместо друга ответил Малфой. — Они всех пытают, просто Тео не повезло родиться таким смазливым, — Драко горько улыбнулся, — правда, Сладенький?
— Всё дело в моём отце, Джинни, — гриффиндорцы все как один опешили от того, что Теодор обратился к Джинни по имени. — Он не всегда добросовестно выполняет приказы Тёмного Лорда, а отыгрываются на мне. Они меня вызывают, когда хотят поразвлечься.
— О Мерлин, — прошептал Невилл.
— Давайте отложим все остальные разговоры на потом, — Рон душераздирающее зевнул. — Завтра рано вставать.
— Да, давайте, — мигом подобралась Гермиона и достала лист пергамента. — Только давайте каждый подпишет договор о том, что никто не собирается болтать о наших собраниях.
— Какая предусмотрительная, — Нотт ехидно ухмыльнулся и первым записал своё имя.
— В прошлом году от этого был толк. — Гарри тоже расписался на пергаменте.
— Надеюсь, в этот раз проклятье будет посущественнее прыщей? — Теодору явно нравилось происходящее.
— Это останется моей маленькой тайной, — Гермиона написала своё имя и скатала пергамент в трубочку.
— Уже поздно, давайте-ка я провожу всех по очереди под мантией-невидимкой, — Гарри накинул серебристую ткань на себя, Рона и Невилла, и они исчезли за тихо хлопнувшей дверью.
***
Драко ощутил чужое присутствие на своей кровати сразу же как задёрнул полог и уже по привычке наложил звуковой барьер.
— Поттер, ты опять в моей кровати?
— Почему вы сами ушли? Я бы вас под мантией проводил, — Гарри злился и одновременно беспокоился о том, что Малфой с Ноттом не дождались его и ушли сами, рискуя попасться Филчу или учителям. Но сам до конца так и не понял, злость, беспокойство или тупое желание оказаться в кровати Драко ещё раз привело его сюда.
— Мы тебе что, девчонки, чтобы нас провожать? — надменно отозвался Малфой. Не успел Гарри ничего сказать, как из-за полога раздался голос.
— Малфой! Мне нужно с тобой поговорить. Засовывай свой член в штаны, небось, опять на Поттера дрочишь! Вон заглушек понавешал, — с этими словами Блейз Забини развеял все заклинания, завалился к Драко на кровать, успел вновь поставить звуковой барьер и, довольно улыбаясь, уставился на Малфоя. Гарри, который в последнюю секунду успел набросить на себя мантию-невидимку, встал у спинки кровати и практически не дышал от напряжения.