Всё будет хорошо (СИ)

Спустя полчаса причитаний и самобичевания Кричера, выяснилось, что Наземникус, будь он неладен, спёр медальон, как и ещё прорву вещей Сириуса. Гарри хотел уже приказать эльфу немедленно разыскать Флетчера и притащить его прямо сейчас. Но, по счастью, в их компании всё-таки был Снейп, не такой вспыльчивый и способный осадить горячность к немедленным действиям и у своих студентов. Было решено, что профессор лично встретится с Наземникусом и выведает местонахождение крестража.
С Чашей Пуффендуя было сложнее, никто из них даже малейшего понятия не имел, где она может находиться. Только Драко всё уточнял детали её декора. В конце концов, Снейп сам с помощью легилименции внимательно посмотрел воспоминание в голове Поттера об этой чаше.
— Теперь попробуй залезть в мою голову, — обратился он к Драко. — Я вызову на поверхность это воспоминание.
Драко перепуганно кивнул, но послушно прошептал «Легилименс», направив волшебную палочку на зельевара.
— Ну что там, Драко? — взволнованно спросил Тео.
— Я точно видел её где-то, — разочарованно проговорил Малфой. — Вспомнить бы где.
— Ладно, а шкаф вы зачем починили? — с гордостью глядя на Драко, спросил его декан.
— Вы же знаете, что Тёмный Лорд приказал мне найти способ провести в школу пожирателей.
Снейп долго с восхищением изучал оба шкафа и наконец пришёл к какому-то выводу. Он тяжело вздохнул, скрестил руки на груди и обвёл взглядом всех присутствующих.
— Нам нужна Нимфадора, — сказал он.
— Тонкс? — Сириус тоже был весь внимание и не упускал нити разговора.— Хочешь организовать засаду, Нюнчик?
— Сириус! — рявкнул Гарри, — Хватит. Иначе останешься здесь у Гермионы навсегда.
— Да, и я таки занавешу твой портрет, — угрожающе сказала Гермиона.
— Дожили, — обиженно вздохнул Сириус. — Угрожать портрету — это низко.
Конечно, Гарри безмерно любил своего крёстного. И был счастлив, что его догадливые друзья обеспечили ему возможность общаться с Сириусом, но иногда тот был невыносим. А после того, что Гарри увидел в воспоминаниях Снейпа в прошлом году, он не сомневался, что Сириус заслуживает, чтобы его, по меньшей мере, пресекали в его беспросветной заносчивости.
— Да. Засаду. — Снейп даже не обратил внимание на дурацкое ненавистное прозвище. На самом деле, Гарри казалось, что тот даже рад компании ещё одного взрослого человека, пусть он и был лишь изображением на портрете. И по совместительству типом, который портил Снейпу жизнь все школьные годы.
***
Гарри тихонько выбрался из объятий Малфоя и уже поспешно одевался. Уходить не хотелось, но скоро уже начнут просыпаться соседи Драко по комнате. Не хотелось так глупо спалиться. Вот как только будет покончено с Волдемортом, Гарри всему миру объявит о том, что Драко его и только его. Он с удовольствием рисовал в своём воображении, как после расправы над Томом Реддлом он целует Драко на глазах у всего Большого Зала, или Косого Переулка, или Министерства Магии. Неизменными в его воображении оставались ошарашенные взгляды окружающей публики. Гарри взглянул на спящего блондина, и его сердце защемило от нежности. Поттер и не подозревал, что способен так сильно любить, хотя очень любил своих друзей и Сириуса, и всех Уизли скопом.
Гермиона как и в практически в любое другое утро занималась в общей гостиной Гриффиндора перед камином.
— Привет, — Гарри опустился в кресло рядом с ней. — Как ты?
— Доброе утро, Гарри, — Грейнджер улыбнулась. — Честно говоря, я смертельно устала. Уроки, наши собрания, и я… Я хочу спрятать родителей, Гарри. У меня просто ужасное предчувствие.
— Ты поэтому соорудила убежище?
— Нет, как ни странно, рюкзак я делала, думая о вас с Роном и Тео. — Гермиона шумно вздохнула помотала головой. — Я даже думать не хочу, что с ним может случиться, если его отец доберётся до него.
— Я бы вас всех, включая Снейпа, засунул бы туда и рванул бы куда-нибудь в Австралию или Северную Америку.
Гермиона тепло улыбнулась и отложила свиток пергамента, в котором только что дописала последнее предложение.
  
— Ты этого не сделаешь. Несмотря на пророчество, ты действительно не сможешь жить спокойно, пока с Волдемортом не будет покончено. Скажи лучше, что там Дамблдор? Я до сих пор не могу поверить, что он попросил Снейпа убить его.
— Я в этом не сомневаюсь, — Гарри недовольно скривился, невольно копируя Малфоя. — Наш директор — гриффиндорец до мозга костей, он думает, что его жертва принесёт пользу в войне.
— Ну, если он действительно умирает…
— Он не идиот! Он знает, что сможет прожить ещё достаточно долго. Профессор Снейп достаточно разбирается в тёмных проклятиях, чтобы обеспечить Дамблдору нормальную жизнь.
Они замолчали, но думали каждый об одном и том же. Их легендарный бесстрашный директор просто боялся довериться хоть кому-либо. Гарри был уверен, что Дамблдор ещё что-то не договаривает ему. Он считал, что осталось уничтожить четыре крестража: медальон, чаша, что-то, что могло бы принадлежать Ровене Рейвенкло, и змея Волдеморта, Нагайна. Кольцо Мраксов и дневник были уничтожены, и ещё один кусок души оставался внутри тела самого Тёмного Лорда. Гарри был согласен с этими рассуждениями, но всё равно, что-то его беспокоило, и он никак не мог понять, что именно.
***
— Дракклов Дамблдор! — рычал Снейп, сидя в гостиной Гермионы. Рюкзак пока находился в его покоях, так как профессор без конца перепроверял и настраивал шкафы. — Он попытался взять с меня клятву!
— И чего ему так неймётся умереть? — напряжённо спросил Сириус со своего портрета.
— Думает, что сможет спасти своей смертью чуть ли не полмира, — проворчал зельевар. Вот уже который день подряд он проводил вечера в компании портрета Сириуса Блэка и был даже доволен тем, что у него есть собеседник.
— И что ты там надумал, Северус? — Сириус на картине даже вытянул шею, силясь разглядеть внутренность шкафов.
— Один шкаф отправится в Малфой-мэнор. Но это только после того, как мы всё придумаем. А вот второй… Именно для этого и нужна Тонкс. Или в школе засаду организовать, или прямо в министерстве шкаф поставить.
— В министерстве нельзя, — возразил Сириус, — там и так полно предателей, да и любого сотрудника можно «империусом» заколдовать.
— Ты прав. — Снейп сидел на диване прямо напротив портрета и читал исписанные пергаменты. — Как ты считаешь, насколько нужно посвящать в это всё Дамблдора? Как-то странно делать что-то за его спиной.
— Будь моя воля, я бы приковал директора в этой самой квартире до конца войны, — закатил глаза Блэк. — Он же найдёт способ подставиться под смертельное проклятие!
***
Гарри перевернул вверх дном весь чемодан и свою постель и уже перешёл на постель Рона, когда тот не выдержал.
— Что происходит, Гарри?! — зло посмотрел на него друг.
— Учебник пропал, — упавшим голосом сказал Гарри. — По зельеварению.
— Тот, весь исписанный подсказками? — Рон даже рот приоткрыл. — Да кому он нужен?!
— Не знаю, но мне это не нравится. Очень не нравится.
— Не нравится? Неужели тебе Малфой разонравился? — насмешливо глядя на Гарри спросил Тео, входя в комнату мальчиков.
— Захлопнись, Нотт, — огрызнулся Поттер. Все его мысли вертелись вокруг проклятого учебника. Совсем недавно Гермиона громко ему выссказывала, что Гарри только благодаря подсказкам варит пристойные зелья. И сейчас Поттер напряжённо вспоминал, кто мог быть поблизости и услышать это. Может, какому-то их сокурснику позарез нужны были высшие оценки по зельеварению.
— Что-то случилось? — совершенно другим тоном спросил Теодор.
— Ничего критичного, — Гарри извинился перед ним и заодно выяснил, что сам Тео не в курсе местонахождения учебника Гарри.
***
— Да кому он мог понадобиться? — раздражëнно спросил Малфой, лёжа поздно вечером под боком у Гарри и лениво перебирая его волосы.
— Чёрт, Драко! Там весь учебник чуть ли не переписан. Ты думаешь, я просто так тогда выиграл «Феликс Фелицис»? И это не говоря, что в нём полно заклинаний, которые придумал сам Принц-Полукровка.