Всё будет хорошо (СИ)

— Дракклов директор поймал жуткое проклятие, которое его убивает, — начал профессор.
— Я так и знала, что его рука не просто так потемнела!
— Именно, мисс Паркинсон, — Снейп кивнул и вдруг резко вскинул голову. — Хрен ему на палке, а не смерть! Я способен поддерживать его жизнь как минимум лет десять с помощью зелий!
Никогда ещё Поттер не видел Северуса Снейпа таким живым и настолько взбудораженным. Его пронзительные чёрные глаза горели революционным огнём, и Гарри вдруг подумал, что Дамблдор не так прост, как кажется, — или наоборот, в его жизни случилось что-то такое, что он теперь боится доверять людям. Вот и делится кусочками своих тайн только с определёнными людьми и для конкретных целей.
***
— Профессор Снейп? — Гарри неуверенно заглянул в кабинет слизеринского декана, когда Снейп не открыл дверь с уже девятого по счёту стука. Гарри просто необходимо было поговорить с ним, нужно было срочно достать настоящие воспоминания профессора Слизнорта. Этим вечером Гарри видел его подправленные воспоминания, и он очень рассчитывал прямо сейчас узнать у Снейпа, что же такое крестраж.
Гарри было не по себе, что он вот так внаглую зашёл в кабинет профессора, но его гнало туда какое-то иррациональное волнение и тревога. За преподавательским столом полулежал профессор, он прижимал руку к груди и, казалось, еле дышал. Гарри бросился к нему через весь кабинет, стараясь унять судорожные вздохи.
— Профессор?! — он легонько потряс Снейпа за плечо.
— Поттер? — Снейп поднял голову и Гарри ужаснулся. Профессор выглядел ужасно. Синие тени под впалыми покрасневшими глазами придавали ему по истине пугающий вид в сочетании с чёрной радужкой глаз, которую сейчас почти полностью затопил глянцевый зрачок.
Профессору явно было очень плохо, а Гарри совершенно не знал, как себя вести, чтобы не навлечь на себя гнев.
— Профессор Снейп, чем я могу помочь? — всë же решился Поттер.
— Мне нужна Мадам Помфри, — прохрипел Снейп. — Позовите её сюда.
— Но… — Гарри хотел уже было поспорить, что не оставит профессора в таком состоянии, но вспомнил как домовушка Милли аппарировала своего хозяина прямо в здании Хогвартса и негромко позвал собственного домовика.
— Что вы… — судя по всему Снейп хотел возмутиться, но Гарри и не думал его слушать.
— Кричер, отправляйся в больничное крыло и предупреди Мадам Помфри, что сейчас переместишь к ней профессора Снейпа.
Примерно полчаса спустя измученный Снейп крепко спал на больничной койке, а Гарри выяснил у Мадам Помфри, что зельевар — частый посетитель больничного крыла. Волдеморт не жалеет даже самых лучших, по его мнению, слуг.
Гарри пришел к Снейпу на следующий день после уроков. Профессору уже было гораздо лучше, но всё же он был бледнее обычного.
— Профессор?
— А, это вы, Поттер, — устало пробормотал Снейп. Гарри всё ещё было непривычно наблюдать профессора таким обычным в своей компании. Он больше не изображал презрительную ненависть и не старался унизить или задеть.
— Как вы себя чувствуете?
— Как обычно, после порции пыток, — усмехнулся Снейп. — Спасибо вам, Гарри, что доставили меня в больничное крыло.
У Гарри пропал дар речи: впервые на его памяти, Северус Снейп обратился к нему по имени.
— Это ужасно, профессор. Скорее бы война закончилась.
— Ну мы этим занимаемся, разве нет? Кстати, о чём вы хотели поговорить? Не просто же так, вы настойчиво ищете моей компании? — профессор ехидно кривил рот, но в его словах Гарри расслышал горечь.
— Ну, во-первых, я действительно волновался, сэр. Вы бы видели себя вчера! А во-вторых, Дамблдор показал мне воспоминания Слизнорта, но они откорректированы.
Не меньше часа Гарри пересказывал события из воспоминаний. И про кольцо из лачуги Мраксов, и про факультатив в кабинете Слизнорта, и про вопрос Тома Реддла о крестражах.
— О нет! Мерлин! — Снейп выглядел не то чтобы испуганным, но что-то его явно насторожило.
— Расскажите.
— Похоже, Тёмный Лорд, который всю свою жизнь стремился к бессмертию, либо обрёл его, либо очень близок к этому.
  
— Но как?! — у Гарри от страха свело всё тело и стало немилосердно тошнить. «Только бы не вырвало». Поттер ещё никогда так не радовался тому, что не успел поужинать.
— Гарри, возьмите себя в руки, — Снейп устало потер виски и прикрыл воспалëнные веки. — Давайте всё обсудим в Выручай-комнате, здесь может быть небезопасно.
— Да, сэр. — Гарри уже собрался было попрощаться, как Снейп перебил его.
— Поттер, — выражение лица профессора было каким-то задумчивым и непривычно неловким, — вы случайно не в курсе, почему вся школа обсуждает, что якобы я целовал мисс Грейнджер?
— Не-нет, сэр, — Поттер покраснел до корней волос, вспоминая, кто именно сказал эту фразу о том, что Гермиона целовалась со Снейпом.
— Поттер, я ведь могу залезть в вашу голову, — угрожающе прорычал Снейп.
Уходил Гарри смущённый почти до слёз: ему пришлось вкратце пересказать тот разговор на вечеринке Слизнорта, из-за которого Кормак Макклаген поведал миру о том, что Снейп целовал Грейнджер. Но уже в дверях Гарри обернулся и успел заметить откровенное веселье на лице Снейпа.
Да он же просто развёл меня как маленького!
Посмеиваясь, Гарри наконец отправился в самое своё любимое теперь место в замке — в кровать Драко Малфоя.
***
— Неужели змеемордый действительно создал этот крестраж? — Драко сидел, откинувшись на спинку кровати и по привычке обнимал подушку перед собой. Стоило Поттеру появиться у его кровати и завесить полог, ставя заглушки, как Драко тут же продолжил разговор, начатый в Выручай-комнате.
— Я думаю, что он создал не один крестраж, — глаза Малфоя расширились от ужаса, и он тяжело сглотнул. Гарри скинул с себя тяжёлую тёплую мантию и в одной пижаме забрался под одеяло, притягивая Драко к себе.
— Почему ты так думаешь? — голос блондина дрожал и Гарри ругал себя за то, что ему приспичило делиться своими догадками на ночь глядя.
— Ну чем ты слушал, Драко? — Поттер легко чмокнул его в губы. — Мы же со Снейпом битый час это обсуждали. По всей видимости, дневник Реддла и кольцо, из-за которого Дамблдор пострадал, и были крестражами. А если он был не один, а два, могут быть и другие. Снейп думает, что семь.
— Да слышал я всё. И то, что Реддл спрашивал у Слизнорта про число семь… Но, Гарри! Для этого же нужно убить человека! Живого, тёплого человека, Гарри! — Малфой трясся всем телом. — Семь человек… Семь…
— Драко, он убил гораздо больше, чем семь человек.
— Это так ужасно, — Драко всхлипнул и по его щекам покатились слёзы. — А Тео… Сладенький не заслужил этого.
— И многие другие тоже не заслужили, — Гарри гладил любимого по спине, периодически целуя мокрые веки и кончик ровного тонкого носа. — Спи, Драко. Теперь с нами Снейп. Надеюсь, скоро война закончится. Если честно, я хочу привлечь ещё Тонкс и Люпина.
— Значит напиши им, — Драко вжался лицом в грудь Поттера и глубоко вдохнул. — Скорее бы всё закончилось. Бедная моя мама.
— Мы можем спрятать её, — прошептал Гарри.
— Нет, она не бросит отца.
— Мы можем спрятать их двоих.
— Знаешь, пока они держатся, от них больше пользы там, — Драко утёр ладонями глаза. — Я разговаривал с мамой через зеркало недавно, ей удалось связаться со мной в одиночестве. И я ей сказал о тебе. — Малфой виновато закусил нижнюю губу. — Ты не сердишься на меня?
— Нет, — Поттер поцеловал Драко в губы. — Я уверен, ты не стал бы этого делать, если бы была какая-то опасность.
— Ты балбес, Поттер, — Драко усмехнулся, — вот так просто довериться слизеринцам. Довериться людям, которых ненавидел… Врагу, который старался унизить тебя, как мог.
— Может, ты и прав, — глаза Малфоя остекленели. — Но вы же свои, понимаешь? Свои враги, которое тоже втянуты во всё это дерьмо поневоле. И когда мы с тобой поговорили тогда, еще, в сентябре, я просто поверил тебе. Ты не умеешь врать, Малфой. Если ненавидишь, то всем сердцем, если любишь, то можешь скрыть это только под привычной маской. А я их все изучил за пять лет. Твои маски, — Гарри тепло улыбнулся ему.