Время разбрасывать камни, и время собирать их (СИ)

Анечка хлопала ресницами, осматриваясь по сторонам. Приподнявшись, я тоже решил оглядеть окрестности…
Да… Прям сразу и не понять, что случилось и где мы оказались.
Мы лежали на каком-то белоснежном песке. И это был какой-то абсолютно безлюдный пляж… Только он не был похож на пляж какого-нибудь пятизвёздочного отеля. Потому что, кроме белоснежного песка, на берегу было полно всякого мусора, нанесённого морскими волнами. И эти волны лазурного моря то накатывали, то откатывали обратно, облизывая пологий песчаный берег.
  
Совсем безлюдным пляж конечно же не был. Поскольку метрах в трёх от нас, в живописной позе, обняв друг друга, лежали Маринка с Лёшкой. Они тоже пришли в себя и таращились по сторонам.
Но похоже, что только меня и Лёшку не особо удивило такое фантастическое появление нас на этом берегу. Всё-таки не первый раз нам выпадает такое приключение. Правда, в прошлый раз всё было совсем не так, но всё-таки…
— Что это было? — хрипло спросил Лёха.
И похоже было, что он ни у кого ничего не спрашивал, а просто произнёс вслух тот самый вопрос, что сейчас волновал всех нас.
— Скорее всего, брателло, янки всё же шандарахнули по нам ядрён батоном. — ответил ему я, вставая на ноги.
— И что? — вклинилась любопытная Маринка
Она уже отпустила Лёшку, и тоже пыталась подняться на ноги.
— И всё… — многозначительно ответил ей мой брат.
— Что, всё? — не поняла она.
— Мы умерли… — спокойным голосом ответил ей Лёха.
— Как, умерли? — спросила его подруга.
— Ну, не знаю… — глубокомысленно произнёс я, встревая в разговор. — Сгорели в пламени ядерного взрыва, наверное.
— Ерунда какая-то… — не согласилась Маринка.
— Придумай какую-нибудь другую версию! — посоветовал ей я.
— А где мы? — пискнула Анечка откуда-то у меня из подмышки.
— Не знаю. — а что я ещё мог ей ответить? — Море тёплое. Песок мягкий. Похоже, что где-то там же, на каком-то из Карибских островов.
— Но вокруг нас никого нет…
— Ага. — добавила более старшая подруга. — Вокруг вообще ничего нет. Вон вдали какие-то деревья низковатые растут. Ну, или, может, кусты. Отсюда и не видать толком… Ну и всё, что можно разглядеть в зоне видимости. А остальное — только море и песок.
— Ты меня не бросишь? — вдруг спросила меня маленькая девочка, прижавшись ко мне сильно-сильно.
— Ну, что ты, Анечка. Мы теперь всегда будем вместе.
* * *
Что удивительно, это то, что в отличие от прошлого нашего перемещения, мы с Лёшкой остались прежними. А ещё с нами вместе переместились и наши девушки. При этом все мы были одеты в то же самое одеяние, в котором слушали вместе с Судоплатовым сообщение о ядерной тревоге в Соединённых Штатах Америки. Правда Лёшка и Маринка щеголяли в выданной им кубинскими друзьями военной форме без знаков различия. В той самой форме, которую почти не снимая носил команданте Фидель Кастро Рус. Удобная такая, с кармашками… А вот мы с Анечкой одеты были, как легкомысленные туристы. На мне джинсы и рубашка с короткими рукавами, а на Анюте, так и вовсе, лёгкое платьице, не прикрывающее колен. С обувью дело обстояло примерно так же. У Лёхи с Маринкой на ногах — военные ботинки, у меня кроссовки, а у Ани — босоножки на босу ногу.
Знать бы заранее, что так произойдёт, то я бы не только оделся по-походному, но и рюкзачок кое-какой собрал бы с собой. Ведь в отличие от прошлого нашего перемещения, мы прихватили с собой не только сознание с опытом всей прошлой жизни, но и свои тела, одежду… А что ещё?
Я сунул руку в карман, и нащупал складной перочинный ножик, по типу швейцарского с разными лезвиями. Таскал его с собой, так, на всякий случай.
* * *
Да… Ситуация.
Где мы?
Когда нас застал взрыв атомной бомбы неизвестного по мощности заряда, мы находились в одной из шикарных комнат довольно-таки шикарного отеля. Кто-то мне сказал, что это была бывшая вилла какого-то Дю Пона. Но мне-то по фигу. Где сейчас эта вилла? Куда ни глянь, никакого жилья на горизонте не наблюдается. Может если подняться чуть повыше, что-то и можно будет разглядеть? Но с этим чуть позже разберёмся. Первым делом надо уточнить всё ли в порядке со всеми, и попробовать всё-таки выяснить как мы сюда попали… А ещё лучше, постараться понять куда мы попали. Потому что, как мне кажется, это уже не Куба.
Лёха с Маринкой о чём-то разговаривали. К ним присоединилась и Анюта. Марина приобняла её, а та прижималась к ней, как к старшей сестрёнке, словно бы в поисках защиты… Защиты от чего? Да от всего. А особенно от той неизвестности, которая нас сейчас окружает со всех сторон.
Ну а я, не знаю даже почему, решил пройтись по кромке берега и изучить мусор, что приносили волны… Вот такая у меня вдруг дурацкая идея появилась.
Мусор, как мусор… Обычное дело. Кусочки побуревших водорослей, какие-то обтёсанные и обкатанные прибоев палочки и веточки… Ракушки умерших моллюсков, рыбья скелетики, камушки разные… И много-много всяких белёсых осколочков разного калибра… Сперва я их тоже приравнял к деревяшкам, но… Половинка челюсти с сохранившимися зубами, навела меня на мысль, что и другие белые «как бы деревяшки», это остатки костей…
Челюсть явно принадлежала ранее какому-то хищнику средних размеров. Волк или собака. А может и ещё кто другой. Я не патологоанатом и даже не палеонтолог, чтобы по кусочку кости определить, внешний вид того, от кого эта косточка осталась.
Ну а то, что куда ни глянь, на весь берег простирается это полоска из белых осколочков, наводит только на одну мысль… Это ж-ж-ж — неспроста. Похоже, что «песок» на нашем белоснежном пляже, тоже может быть остатками чьих-о костей. Я взял в ладонь горсть песка. Да, нет, вроде бы… Песок, как песок…
— Ты чего там, в песочек играешь? — послышался голос Маринки.
Ехидная, как всегда и в любой ситуации. Ну, ладно. Я сейчас ей настроение подправлю…
Прихватив часть чьей-то челюсти и ещё пару останков покрупнее, подошёл к ребятам.
— Мариночка! Если захочешь поиграться тут на пляже и закопать своего Лёшеньку в песочек, то имей в виду, что это не совсем обычный песок. По большей части он состоит из этого.
Я протянул ей свои находки.
— Что это? — отдёрнула она руку.
— Вот это — часть челюсти какого-то хищного зверя, размером с большую собаку, а это… Хрен его знает. Толи кусок от большой берцовой кости человека, то ли часть ноги коровы…
— Это что? — вписался в разговор Лёшка. — Берег слоновой кости?
— Ага. — сыронизировал я. — Берег хреновой кости. Похоже, что тут вообще, только одни кости и есть. Ты в небо смотрел?
— А чё там? Небо, как небо… Облака…
— А птицы? Хоть во все стороны гляди, ни единой тёмной точки на горизонте. Да и не слышно ничего, кроме того, как волны накатывают и откатывают…
— Думаешь, что все сдохли?
— Не исключаю и такого варианта.
— От радиации?
— Лёша! Не задавай вопросов, ответов на которые нет не только у меня, но и не у кого из здесь присутствующих! Ты помнишь хоть что-то про последствия ядерного взрыва?
— Ну-у… Блин. Не более того, что в армии давали. Вас там что, не учили этому? «Вспышка справа!», «вспышка слева!»…
— Ага. Только не было команды «Вспышка со всех сторон!» и «Ты в эпицентре ядерного взрыва!»
— А ещё я помню… — продолжал Лёха. — Типа: Ударная волна, световое излучение, проникающая радиация…
— Ага. Радиоактивное заражение местности и прочее, прочее, прочее… Лёша! Ожоги, контузии и прочие механические повреждения нас миновали, как ты видишь. Насчёт лучевой болезни, потом узнаем. Но я пока ничего не ощущаю.
  
— Я тоже… Только пить хочется.
— Это не симптом радиоактивного заражения.
— Но пить всё равно хочется. — вклинилась в наш разговор Маринка.
— И мне тоже.
— Вон сколько воды. — кивнул я на море.
— Дурак! — ответила мне Маринка.
— Ладно. Проехали. Пора выбираться с этого райского берега.