Школа на краю империи (СИ)

— У меня идея, — сходу заявил Федя.
— Глаголь, — одобрил я.
— Мы ведь можем продавать клинки, — выдал толстяк. — Это выгоднее, чем пахать на рынке с утра до ночи, разве нет?
— Выгоднее, — признал я.
Мысль приходила мне в голову, но я не спешил с её реализацией по понятным причинам. Во всех странах, где мне доводилось бывать в прошлой и позапрошлой жизнях, нельзя было свободно торговать самодельным оружием. За такие фокусы можно было огрести по всей строгости закона. Как дела обстоят в Российской империи, я не знаю, но если учесть вагон ограничений для простолюдинов и неодарённых, то не очень хорошо.
— Оружейник должен иметь лицензию, — сообщила Джан. — И, насколько я помню, работать под крылом Великого Дома.
— Вопрос, — тут же отреагировал я. — Все русские аристократы входят в кланы?
— Нет, конечно, — фыркнула морфистка. — Забыл про обязанности? Если начнётся заруба между Великими Домами или война с другим государством, все клановцы встанут в строй. У всех есть Кодексы, там это прописано.
— Хочешь сказать, — заинтересовался я, — что вольные аристо могут уклоняться от воинской повинности?
— Ещё как могут, — кивнула девушка.
Рыбу мы аккуратно разделали и разложили по тарелочкам вместе с гарниром. Креветки брали прямо из блюда, которое находилось в центре стола.
— А кто им вообще титулы раздаёт? — опешил я. — Нет же единого императора. И кто вообще гарантирует соблюдение привилегий тех, кто вне системы?
— Титулы они получили много веков назад, — пожала плечами морфистка. — Когда ещё не было кланов и Турниров. Это, как правило, старейшие рода, предпочитающие держаться в стороне от клановых дрязг. У них нет власти для принятия политических решений, но сохранились активы для безбедной жизни. Часть законов и уложений обеспечивает неприкосновенность того, что им принадлежит.
— С ними предпочитают договариваться, — добавил Фёдор. — Мне папа рассказывал.
— Договариваться? — переспросил я.
Звучало дико. Горстка отщепенцев, пусть и титулованных, живёт вне общества и спокойно забивает болт на защиту родной земли. А им ещё какие-то права гарантируют.
— Это сильные бойцы, на протяжении многих поколений развивающие свои техники, — пояснила Джан. — Среди них встречаются бесы, уникальные целители и оружейники...
— Стоп, — я вконец запутался. — А что там с лицензиями и «крышей» Великого Дома?
— У них потомственные привилегии, — ответила девушка. — Текущие договорённости не позволяют кланам нарушать неприкосновенность таких людей. Повторюсь, все они полезны и очень сильны. И могут выступать на чьей-то стороне в конфликтах, если увидят собственную выгоду.
Фух.
Попробуй разберись в этих хитросплетениях.
— Значит, старейшие рода могут позволить себе некоторую... хм... самостоятельность, — резюмировал я. — А новые титулы выдают только Великие Дома. Хочешь стать высокородным — иди в клан. Я правильно понимаю?
— Правильно, — кивнула Джан.
— Так у нас Федя с гербом, — я покосился на толстяка, уплетающего за обе щеки рыбу с гречкой. — Граф какой-нибудь. Или барон.
— Мои родители не успели получить титул, — вздохнул паренёк.
— Дались вам эти аристо, — буркнула девушка. — Есть проблемы более актуальные.
— Это какие? — я заинтересовался.
— Сегодня строители на верхних этажах отирались, — голос девушки стал заговорщицким. — Дёргали решётку, что-то про трубы говорили.
— Трубы? — не понял я.
— Ну, они там подключают квартиру и не могут на техэтаж выбраться, — пожала плечами Джан. — А техэтаж — это мы.
— Логично, — я очистил и отправил в рот очередную креветку. — Значит, придётся переехать.
— Жаль, — вздохнула Джан. — Вид из окна хороший.
— Лифта нет, — пожаловался Федя.
— Хоть похудеешь, — фыркнула Джан.
— Но-но! — возмутился толстяк, вцепившись в очередную креветку. — У меня лёгкая упитанность.
Я посмотрел на часы. Стрелки перемахнули за четыре пополудни, а это означало, что не за горами переноска тяжестей. Надо спешить.
Меня почему-то зацепила идея Фёдора с производством и продажей холодняка. Лицензии нет — это плохо. Но разве на качественный товар не найдётся свой покупатель? Уверен, что местные гангстеры приторговывают клинками направо и налево. Как минимум это стоит обдумать.
  
— Друзья, — я обвёл взглядом своих странных соседей. — Пора валить отсюда.
— И куда? — заинтересовалась Джан.
Я сложил грязную посуду в мойку, вышел с кухни и вернулся через несколько минут с картой в руках. Тщательно протёр столешницу кухонным полотенцем и разложил славный город Фазис перед благодарными зрителями.
— Мы находимся здесь, — я указал на окраину города.
— Тут же зелёный квадрат, — изумился Фёдор.
— Думаю, это старая карта. Наш дом ещё не успели построить.
Мы склонились над схемой.
Федя даже отвлёкся от своих креветок.
— Здесь хорошая локация, — Джан ткнула пальцем в самый центр города. — Ты и на Гранд Базар сможешь быстро добраться, и в гимназию.
Я кивнул.
И посмотрел на Фёдора:
— Ты согласен?
— А то.
— Бродяга, — мой тон стал приказным. — Начинай переезд.
  
Глава 16
 
Проспект Дарвина встретил меня привычной суетой. Потоки машин, несмотря на раннее утро, забили все полосы. Высокие дома не позволяли выбравшемуся из-за гор солнцу проникнуть в каменное ущелье, так что все тротуары утопали в тени. Я поёжился от холода.
Перебегаю дорогу по «зебре».
Уклоняюсь от белой маршрутки с открытой дверью. Резко замираю, пропуская заляпанный грязью драндулет. Делаю ещё два шага и застываю — мимо проносится бетономешалка. Рядом такие же чудеса акробатики демонстрируют столетняя сгорбленная бабка и маленькая девочка лет шести. Некоторые машины останавливаются и пропускают нашу компанию, но далеко не все.
Финишируем.
За ночь на тротуаре напарковалось столько авто, что мой следующий квест — пройти по узкой полосе, не попав под проносящиеся по шоссе тачки. Едой не пахнет, все магазины закрыты. Я уже начал привыкать к тому, что в Фазисе торговцы раньше десяти не просыпаются.
Сегодня я одет с иголочки.
Выстиранная и отглаженная форма, рюкзак с тетрадями и учебниками. Спортивная одежда постирана, завёрнута в матерчатый пакет и упакована в специальное отделение. Там же припрятан кастет. Выкидуху я убрал в карман брюк.
Великий день.
Я иду в школу.
Символично, что гимназия Дома Эфы, в которой ученики свободно калечат и убивают друг дружку, расположилась на проспекте Дарвина.
Юркнув в щель между двумя легковушками, я пропустил зелёный мусоровоз. Мужики в зелёных комбинезонах, весело переговариваясь, подцепляли зелёные контейнеры, выставленные прямо на тротуар, ждали, пока мусор высыпется в ненасытную утробу агрегата, затем откатывали баки на прежние места и вскакивали на подножки. Я весело помахал чувакам, один ответил:
— Здорово, брат!
Настроение было отличным.
Вчера я потрудился на износ, в кровь содрал пальцы, но в итоге заработал почти сорок рублей. Продолжая накапливать кэш такими темпами, я без проблем доживу до выходных и займусь давно запланированным делом — обновлю скудный гардероб. Близится осень, а у меня нет ни приличной куртки, ни нормальных ботинок.
Пока я таскал ящики на складе, собрались тучи, и на Фазис обрушился тропический ливень. Ощущение было такое, что начался всемирный потоп, и старина Ной должен с минуты на минуту подогнать к Гранд Базару свой ковчег. Шум оглушал, потоки воды бомбардировали жестяную крышу склада. И речи быть не могло, чтобы в такую погоду топать на остановку...
Ливень закончился через полтора часа.
Большую часть площади затопило. Мутная дождевая вода сделала город почти непроходимым. Я снял мокасины и пошлёпал босиком по лужам. Ливневая канализация не справлялась с задачей. На углу Садовой улицы прямо из-под асфальта бил фонтан. Прорвало трубопровод, но коммунальщики не спешили что-то делать... Южный менталитет, как говорил один мой старый знакомый.