Вкус. Кулинарные мемуары
Поначалу я строил грандиозные планы, как мы будем весело и дружно проводить время: готовить еду по очереди, смотреть кино, играть в настольные игры, пить вино и разгадывать шарады у камина. На деле все оказалось не совсем так. Вот как в реальности выглядел наш типичный карантинный день без няни и уборщицы.
7:00 по Гринвичу
Как только мы с Фелисити просыпаемся, к нам в спальню вбегает пятилетний сын. Непонятно, как он узнал, что мы не спим. Может быть, у него есть монитор вроде того, по которому мы присматриваем за его двухлетней сестренкой? Он вприпрыжку подбегает к Фелисити (как всегда, полностью игнорируя меня) и начинает болтать с ней обо всем и ни о чем. (Его любимая тема — драконы: он фанат чудесной серии книг «Как приручить дракона» и ее экранизаций.) Мы с Фелисити идем в ванную — он следует за нами и усаживается на биде, чтобы поведать нам о поворотах сюжета и бесконечном множестве драконов со всеми их специфическими атрибутами. Он будет продолжать в том же духе примерно до заката.
Одевшись, мы идем к его сестре: та уже давно лепечет у себя в кроватке и разглядывает потрепанные остатки своей обширной коллекции книжек про свинку Пеппу. Увидев нас, она, как всегда, накрывает лицо книжкой и притворяется, что спит. Ей кажется, что это очень смешно. Она права. Я меняю ей подгузник, за что несколько раз получаю между ног.
Мы все спускаемся в столовую и завтракаем. Мой завтрак состоит из двойного эспрессо, апельсинового сока и миски хлопьев с бананом и миндальным молоком. Кроме того, я глотаю целую горсть витаминов, включая D3, K2, C, B12, а также куркумин и биодобавки для суставов, чтобы они не хрустели, как тающий ледник, когда я наклоняюсь поднять с пола коварные детальки от «Лего». Фелисити пьет чай, а дети едят тосты, хлопья, фрукты, яйца и все, чего душа пожелает. Бо́льшая часть еды в конце концов оказывается на полу. Приближается первая из моих сегодняшних генеральных уборок.
8:00 по Гринвичу
Я прибираюсь за детьми, освобождаю посудомоечные машины (да-да, у нас их две), протираю столешницы, шкафчики и их ручки, навожу порядок в холодильнике, выбрасывая просроченные продукты. Еще я подметаю пол и, собрав волю в кулак, решаю все-таки не мыть его до обеда.
Как вы могли догадаться, я очень люблю чистоту. Мне нравится делать уборку — это меня успокаивает. Но за время локдауна моя любовь к чистоте слегка вышла из-под контроля. В один из дней я подумал, что можно надеть пылесос на спину, как воздуходувку для уборки листьев, и тогда он всегда будет при мне. Дурной знак.
8:45 по Гринвичу
У нас с Фелисити запланирована онлайн-тренировка с нашим знакомым тренером по пилатесу. Вчера мы попросили одного из старших детей присмотреть в это время за младшими. За пару секунд до начала занятия он выползает из комнаты с опухшим со сна лицом и бормочет «Доброе утро», а мы бежим в гостиную, чтобы скрыться от реальности в физкультуре. Тем временем я размышляю, что бы нам приготовить на ужин для всех восьмерых.
9:45 по Гринвичу
Тренировка заканчивается, и мы с Фелисити смотрим, какие продукты у нас на исходе. Поскольку в доме обитает четыре человека в возрасте от 18 до 20 лет, продукты, вино и пиво исчезают с умопомрачительной скоростью. Если в окрестных магазинах возникнет дефицит авокадо, знайте: их съели мы. Если во всем Соединенном Королевстве не останется сливочного масла Kerrygold — оно у нас в морозилке или мы его тоже съели. Да, абсолютно все масло. Просто взяли и сожрали — прямо так, даже на хлеб не намазывали. Вчера я увидел, каким голодным взглядом соседка смотрела на нашего кота, и понял: она, наверное, уже неделю не ела мяса, потому что наша прожорливая семейка уничтожила все запасы говядины, баранины, телятины, курятины, бычьих хвостов, свинины, крольчатины и дичи на юго-западе Лондона. Не успев отдышаться после изнурительной тренировки, я провожу ревизию холодильника.
Запасы подходят к концу, поэтому сегодня я решаю приготовить что-нибудь простое: пасту алла норма и жареные бараньи ребрышки. Думаю, эти два блюда всех насытят и порадуют, хоть я и помню, что моя восемнадцатилетняя дочь будет есть только пасту, потому что она теперь вегетарианка. Что ж, очень вовремя.
Паста алла норма
– 4 ПОРЦИИ –
2 крупных зубчика чеснока, разрезанные пополам
Оливковое масло extra virgin
2 больших баклажана, нарезанные кубиками
Морская соль
1 литр соуса маринара
500 г пасты (ригатони, зити или толстые спагетти)
Горсть крупно порубленного базилика
Горсть тертого сыра — рикотты салата или пекорино
В очень большой сковороде на слабом огне обжарьте чеснок в оливковом масле (примерно 2 минуты). Добавьте нарезанные баклажаны, прибавьте огонь до среднего и жарьте примерно 15 минут, до золотистого цвета. Посолите по вкусу.
Добавьте соус маринара и тушите еще примерно 5 минут.
Сварите пасту и слейте воду, оставив примерно полкружки.
Влейте воду от пасты в сковороду с баклажанами и добавьте базилик. Отмерьте примерно три четверти соуса и выложите в сервировочную миску. Добавьте пасту в сковороду с остатками соуса и аккуратно перемешайте. Посыпьте тертой рикоттой или пекорино и подавайте вместе с дополнительным соусом.
10:30 по Гринвичу
Немного позанимавшись уроками с пятилетним сыном и приняв душ, Фелисити начинает свой удаленный рабочий день у нас в спальне. Она литературный агент, поэтому ее работа представляет собой бесконечные созвоны в Zoom. У меня же работы почти нет — кроме закадровой озвучки для недавно снятого сериала CNN, которую я дозаписывал в студии. Съемки фильмов и сериалов прекратились, чего не случалось ни разу за последний век, с тех пор как кто-то когда-то впервые крикнул: «Мотор!»
Поэтому я занимаюсь стиркой и играю с детьми в придуманные мною игры, например в злого короля: я изображаю самый аристократический британский акцент, дети приходят ко мне «платить налоги», а потом ждут, пока я «засну», чтобы выкрасть эти «налоги» обратно. Эта игра хороша тем, что я могу спокойно сидеть «на троне» — в кресле-утробе Ээро Сааринена33, самом удобном кресле в истории человечества. Я стараюсь растянуть эту игру подольше, чтобы не вставать, однако от двухлетки начинает дурно пахнуть, и я понимаю, что давно не менял ей подгузник.
Покончив с этим сеансом вольной борьбы и выслушав от дочки заверения, что накакал в подгузник кто угодно, но только не она, я переодеваю малышей из пижам в дневные наряды. Пятилетка уже умеет одеваться сам, но сегодня заявляет, что разучился. Поэтому я пошагово объясняю ему, что делать, а двухлетка носится по комнате, визжит и смеется надо мной. Наконец я ловлю ее, прижимаю к дивану и запихиваю в первый из многочисленных нарядов, как мясо в оболочку для колбасы. Я где-то потерял очки, поэтому не вижу крошечных пуговок на одежде и оставляю ее частично расстегнутой, надеясь, что Фелисити ничего не заметит. (Она не замечает, но я-то все знаю, и это знание весь день не дает мне покоя.)
11:00 по Гринвичу
Малыши наконец одеты, и я вывожу их во двор, где они скачут на батуте и умоляют разрешить им поиграть с садовым шлангом. Иногда я и сам с ними прыгаю или «борюсь», что они очень любят (я, впрочем, тоже). Наконец я сдаюсь и разрешаю им поиграть с водой из шланга, ведрами и игрушечной посудой.
Пока дети заняты, я бегу в дом и начинаю готовить, поглядывая на них из окна кухни. Для начала я варю куриный бульон из вчерашних остовов.