Будущее мы выбираем сами (СИ)

Следом послышались удивлённые возгласы других солдат.
– Смотрите, он на креше!
– Где?
– Да не там, туда смотри!
Я слышала другие крики и как прекращались выстрелы! Не давая себе времени одуматься, я поползла под другую машину. Выбралась из-под неё на безопасной стороне и выглянула посмотреть что происходит. Ларс возник на крыше и белое тело полетело вниз. Мгновение вот он на другой крыше и снова тело махая руками и ногами летит на встречу с землёй. Снова перемещение и он на другой крыше. А потом его заметили я начали стрелять. Я вздрогнула, когда Ларс спрыгнул вниз по другую сторону здания, спасаясь от пуль.
Заламывая руки и кусая губы, я наблюдала за схваткой. А потом всё стихло. Солдаты Александра выходили из укрытий, стаскивая тела нападавших на перекрёсток. Своих погибших положили отдельно.
Ларс всё не возвращался. Вскочив, завертела головой, ища ментора.
– Нира! – Увидев меня, Александр, прихрамывая на одну ногу пошёл ко мне и я увидела на его бедре окровавленную повязку. – Ты в порядке?
– Да. Где Ларс?
– Он нам здорово помог, я видел его на той крыше, – мужчина опёрся боком на внедорожник и указал рукой на одно из зданий.
Я завертела головой, чувствуя подступающую панику. Среди снующих вокруг угрюмых солдат я не видела сородича. Сорвавшись с места, помчалась к пятиэтажке. С земли я не видела крышу и не могла на неё переместиться. Обжигая руки холодным металлом зацепилась за водосточную трубу и вскарабкалась до первого балкона. дальше было проще. Добравшись до края крыши, зацепилась за парапет, подтянулась и увязая в снегу забралась на крышу.
Здесь повсюду были следы присутствия людей. Притоптанный снег, небольшая стена из снежных блоков, маскирующая огневую позицию, за ней следы волочения и борьбы, уходящие и обрывающиеся у противоположного края. Упав на живот, по-пластунски добралась до края, осторожно высунулась и глянула вниз. Ларс лежал лицом вниз на открытом балконе и под ним распласталось тело в белом камуфляже.
Спрыгнув, присела и перевернула друга на спину, скатывая с убитого боевика и закрыла рот ладонью, увидев дыру от пули в груди и огромное пятно крови!
– Ларс, нет! – простонала, глотая рыдания. Дрожащими руками отодвинула ворот куртки, пытаясь нащупать пульс и разрыдалась от облегчения. Он был жив!
Схватив подмышки, крепко обняла и переместила нас к машинам.
– Врача! Срочно! – из сдавленного спазмами рыданий горла вырвался хриплый сип, но меня услышали.
Один из медиков прервав перевязку руки солдата, дал указания помощнику закончить, подхватил чемоданчик и побежал ко мне. Вокруг нас сразу же образовалась толпа. Меня оттеснили от ментора, прямо на снегу раскрыли куртку разрезали свитер и футболку обнажая грудь. Он дышал, правда слабо и при каждом вдохе из раны с бульканьем выливалась кровь.
– Пробито лёгкое, без срочной операции не спасём, – накрыв рану тампонами из бинтов, медик поднял на меня усталый взгляд. – Уноси его домой. Если у вас есть работающие медкапсулы выживет, а так не жилец.
Встав, он снова взял свой чемодан и спокойно отправился оказывать помощь другим раненым.
Я подняла взгляд на бледного, словно мел Александра.
– Уходите, – махнул рукой князь, съезжая по боку машины, вытягивая ноги и опираясь на винтовку. – Мы здесь сами разберёмся. Если бы не он нас бы тут всех перебили.
Молча кивнув, что есть силы сжала ледяную руку Ларса и открыла межмировой портал.
Я плохо помнила что происходило после возвращения. Кажется я кричала, зовя Сорина и Рика. Они пришли все и с ними Дарион с Зейном. Сорин пытался оттащить меня от ментора, но я не желала отпускать и билась в истерике, обвиняя себя, что вообще отправилась на Землю. И только после того, как Рик вколол мне успокоительное, обмякла на его руках.
– Тише-тише, – он вытирал с моих обмороженных щёк слезы. – С ним всё будет в порядке, вы вернулись вовремя.
Вяло реагируя, я наблюдала как Дарион легко поднял Ларса на руки и бегом помчался к медицинскому блоку. Для его нанитового тела не составляло проблем нести тяжёлого лисехвоста. Рик правильно понял, что я хочу быть там и нёс меня следом. Когда мы оказались в палате, ментора уже уложили в медкапсулу и сейчас под крышкой работал лазер и манипулятор, вынимая из раны пулю и заращивая повреждённые ткани.
 
– Поставь меня пожалуйста, – попросила Рика и когда он поддерживая подвёл меня к капсуле, положила на крышку ладони и прижалась к ней лицом.
– Сейчас придвину кресло.
Услышав голос Зейна, оглянулась и благодарно улыбнулась, когда он придвинул ближе стул на колёсиках. Устало опустившись в него, подкатилась вплотную к капсуле, с облегчением наблюдая как кровь больше не выливается и Ларс размеренно глубоко дышит.
– Что у вас случилось? – Рик отошёл, что-то шепнул Сорину, взял из его рук новый инъектор и снова сделал мне укол.
Морщась от неприятного зуда в месте инъекции, я постаралась вкратце рассказать о произошедшем. Все слушали внимательно не перебивая. Когда голос осип, Сорин вложил мне в руки кружку с едва тёплым чаем.
– Тебе нельзя сейчас горячее, – тихо проговорил отец и погладив по голове, отступил к рабочей панели капсулы.
Когда я дошла в рассказе до встречи с Хранителями Земли, Дарион подался вперёд и мягко попросил.
– Опиши их как можно подробней, может я узнаю кого.
– Мужчина, Саймон, два метра ростом, русые волосы светлая кожа, синие глаза. Тереса среднего роста брюнетка.
Дарион хмурился и вздохнул.
– Прости, девочка, я не знаю их. Из тех с кем я знаком, они оба не подходят по описанию. Но что было дальше?
– Мы вернулись в Красноярск и оказались в перестрелке. Александр сказал, это их местные разборки. Видимо банда поджидала в городе. Они успели организовать хорошую засаду и если бы не Ларс...
Мой голос от волнения сорвался и я замолчала. Рик молча взял мои руки и помог сделать несколько глотков чая. Пока я пила, посмотрел на лисехвоста в капсуле и напряжённое выражение на лице сменилось облегчением.
– Что там? Что показывают датчики? – я тут же всполошилась.
– Повреждения устранены, сейчас подключится капельница, для восстановления потерянной крови, но он уже вне опасности, можно идти отдыхать.
– Нет, я останусь пока он не придёт в себя!
– Нира это неразумно... – начал Сорин, но Рик отрицательно покачал головой, не давая коллеге закончить мысль.
– Принесу одеяло, здесь прохладно.
Он встал и легонько сжав моё плечо вышел из мед блока. Я улыбнулась, чувствуя как трескаются обмороженные губы. И как его можно не любить? Рик вернулся через пару минут, погасил свет, погружая комнату в полумрак. Осталось только освещение капсулы и работающий голографический монитор, на котором отображалось состояние Ларса.
Узнав всё самое важное и оставив более детальный разбор на потом Дарион и Зейн ушли. Сорин тоже тихонько вышел, оставив нас одних.
– Голодная?
Я замотала головой. О какой еде можно сейчас думать?
– Ясно, – усмехнулся мой любимый, склоняясь над столом и заряжая инъектор ещё одной ампулой. – Это витаминный коктейль с глюкозой, чтобы ты тут в обморок не упала.
Сделав мне очередной укол, положил инъектор, поднял на ноги и помог снять промокшую от снега куртку.
– Ты вся промокла, – оценил он мои штаны и хлюпающие от растаявшего снега сапоги.
– Мне не холодно, – попробовала возразить, только кто бы меня слушал.
– Конечно не холодно, а утром будет болеть горло и появится кашель, – усмехнулся мужчина. – Не капризничай и поднимай руки.
Я сделала как он сказал, и с меня через голову стащили свитер. Затем избавили от остальной одежды, оставив одну футболку и пока я на самом деле не замёрзла, завернули в одеяло. Взяв на руки он устроился со мной в кресле возле капсулы и подкатив нас ближе, крепко обнял.
Несколько минут мы сидели в тишине. Склонив голову на плечо любимого я млела от его близости и наконец осознавала, что всё закончилось.