Снежинка (СИ)

— Здорово брат, как дела? — в кабинет вваливается Тоха.
Смотрю на него впритык, его сейчас только не хватало.
— Оооо! Кто это тебя так разозлил? Пламя твоего гнева я прямо на своей шкуре испытываю, аж весь горю, — не успел войти, уже шутливо язвит друг. Только мне не до шуток.
— Тоха, ты по делу или просто языком почесать? — неторопливо принимаясь собирать со стола бумаги и убирать в папку.
— Рассказывай, что случилось? — проходит в глубь кабинета, заваливается на диван для гостей, растягивается на нём закидывая ноги на рядом стоящий стеклянный столик.
— Нечего рассказывать, кроме как того, что одна особа сумела довести меня до кипения.
Тоха морщится, сразу понимая о ком я — Машка ему никогда не нравилась. Считает, что она лживая, подлая стерва, и глазом не моргнёт, обведёт вокруг пальца. Но мне на неё плевать, единственное, что мне было нужно — трах, а трахалась она знатно.
— Мот, раз уж мы затронули Машу, и ты, как я понимаю, послал её, — друг становится серьёзным, — скажи, если тебе так нужна была Арина, что Машка делала в твоей квартире той ночью? — спрашивает, запрокидывая голову рассматривая потолок Тоха.
Нашёл что вспомнить. Я откидываю папку на край стола и, сцепив пальцы в замок, смотрю на друга.
— Зачем тебе это, Тох?
Тоха жмёт плечом — здоровый дядька, а всё туда же.
— Да так, любопытно вдруг стало.
— С родителями сильно поругалась, ушла из дома, к Глебу не поехала — испугалась гнева своего братика, — вот и пришлось приютить. На ночь, — нехотя рассказываю, не желая ворошить прошлое.
— Ясно, — говорит друг, выныривая из задумчивости, — я и забыл, что ты у нас «мать Тереза»! Всех приму, всех утешу! — с издевкой проговаривает, растягивая слова друг.
Я понимаю к чему он клонит, до Арины частенько бывало, что в моей квартире перекантовывались, вот такие вот как Машка, но у Машки на тот миг и в самом деле была засада.
— Очень смешно, — смотрю, как он запускает самолётик, сделанный им из бумаги минуту назад.
— Да ладно тебе, не пыхти. Я, что именно хотел, давай на выходные встретимся, посидим где-нибудь, расслабимся, а то всё работа и работа, давно не выбирались, — снова приняв вертикальное положения, предлагает Тоха.
— Я не против — забыл уже, когда отдыхал за последний месяц, расслабиться и в самом деле нужно. Потому что единственное, что мне сейчас хочется, это выпить что-то покрепче.
— Вот и отлично, ближе к субботе позвоню, определимся с местом, — Тоха поднялся с дивана.
— Всё, иди, не мешай, ещё куча дел, — провожаю давящим взглядом друга. Даже начинаю завидовать: его зам, в отличии от моего, на рабочем месте.
Беру новую пачку и зарываюсь в документы до самого вечера.
5.1
АРИНА
Уже прошло четыре дня с нашего приезда. Все эти дни мы жили у родителей и привыкали к режиму Снежи. Было трудно, но сейчас всё уложилось и наладилось, мы развлекались, веселились на полную катушку. Дедушка с бабушкой разрешили Снежи и Джеку громить дом. Так что у нас был полный разгром, особенно когда к этой парочке «твикс» присоединяется Егор. Джек перенёс перелёт более нормально, чем я думала, и ему, кажется, очень нравится здесь, особенно, когда они со Снежкой резвятся по снегу.
Сегодня суббота, а значит — мы всей семьей идем в парк аттракционов, и нужно бы поспешить — время уже девять утра. Но…
Где моя малышка? Кто меня будет будить?
Встаю, иду в комнату Снежны, ребёнок лежит под одеялом и не встаёт.
— Малыш пора вставать, подъём! — подхожу к постели, поднимаю одеяло, и тут же меня простреливает током. Моя малышка бледная. Лихорадочно трогаю лобик — жар. Чёрт этого только не хватало.
— Доченька, открой глазки, — начинаю осторожно будить, целуя в щёчки.
Малышка медленно открывает глазки, кладёт ручки на животик.
— Мамочка мне плёхо, животик болить, — жалуется ребёнок и начинает хныкать.
— Милая, сейчас, подожди, я крестной позвоню, — набираю номер Ксюши, одновременно глажу Снежу по головке.
Дочь начинает громче плакать, на её плач прибегают домочадцы. Егор сразу берёт её на руки и начинает качать как младенца, целую её личико.
 
— Снежа, девочка моя маленькая, что случилось, принцесса? — спрашивает Егор малышку продолжая качать.
Мама охая и ахая убегает из комнаты видимо собирается позвонить своему знакомому врачу, который ещё меня лечил в детстве, папа пытается уговорить внучку не плакать.
— Животик болить, — заладила дочка и продолжает плакать, не обращая внимания на просьбу любимого деда.
— Алло, Ксю, привет, слушай у нас Снежа заболела. У неё жар и животик болит, — выпаливаю на одном дыхании: Ксю у нас педиатр.
— Так, Арин, спокойно, я сегодня дежурю, так что собираетесь и ко мне. И да, кушать ей пока не давайте, — говорит Ксюша и я отключаюсь, нужно собираться — по дороге позвоню, и там узнаю как её найти в клинике.
— Егор, нас ждёт Ксюша, собирайся, — вскакиваю, хватая одежду, чуть не сталкиваюсь с мамой, которая влетела к дочке в комнату, держа телефон в руке, даю знак, что не надо ни кому звонить
Мама забирает внучку к себе на руки. Сама бегу в ванную — нужно хотя бы почистить зубы.
Собираемся в короткие сроки. Родители хотели поехать с нами, но я их остановила. Добираемся до Ксюши за сорок минут. Частная клиника — здесь заведуют друг Никиты, он и помог устроиться Ксюши именно сюда. Ищу двести тридцатый кабинет как сказала подруга — она там. Стучу в дверь, открываю. Ксюха в брючном медицинском костюме, ей очень идёт.
Егор заносит Снежу вслед за мной.
— Привет мои хорошие, как я по вам соскучилась, — говорит подруга одевая перчатки.
— Привет, Ксю, мы тоже соскучились, — обнимаю подругу.
Мы ещё не успели даже повидаться, пока адоптировались дома, только на созвоне всё время.
— Так, Снежик, рассказывай, где болит? — пока мы с Егором раздеваем малышку, Ксю переходит к расспросам.
— Животик, — хлюпает носиком, отвечает малышками, ещё сильнее хватается за Егора.
— Хорошо, маленькая, не бойся, сейчас я тебя осмотрю и измеряем температуру, договорились? — спрашивает Ксю у Снежи, затем берёт термометр протягивает его Егору, мне вручает для заполнения бланк соглашения на осмотр ребенка, сама распаковывает шпатель, чтобы посмотреть горлышко Снежи.
— Да, — с запозданием отвечает ребёнок.
Ксю проводит осмотр, делает УЗИ, всё шло хорошо ровно до момента взятия крови из пальчика.
— Снежинка, маленькая моя ну ты же храбрая девочка! — Егор берётся успокаивать, — на Джеке катаешься. Давай малышка не расстраивай папу, а то не разрешу тебе меня так больше называть. Буду крёстным, — уговаривает ребенка Егор, снова применяя шантаж. И кто бы сомневался, что у него это не получается.
Дочка затихает, смотрит, обижено на Егора и подаёт ручку Ксю.
— Вот так, моя девочка, смотри на меня, — Егор успокаивает ребенка на время взятия анализа, после Снежа опять плачет.
Напряжённо дожидаемся результаты анализов.
— Ну что мои дорогие. У вас акклиматизация, организм перестраивается под время, пищу, воду в общем — всё нормально. Не переживай дня три-четыре и всё пройдёт, — утешает Ксю, а я выдыхаю с облегчением.
— Ксю, спасибо тебе большое, — благодарю подругу, — ждём тебя в гости, завтра. Выходные. Мы пока ещё у родителей, — говорю подруге собирая вещи Снежи, руки трясутся, кажется отходняк.
Егор на руках с малышкой выходит в коридор. Дочка, что-то хнычет ему, он её успокаивает. Выхожу следом за ними, на ходу разговаривая с Ксюшей.
— Всё, мы тебя ждём завтра, — настаиваю ещё раз уже спокойнее, сама смотрю в сторону Егора с дочкой на руках.
— Приеду обязательно. Снежки нужно тёплое питьё, температура продержится еще день-два, если поднимется высокое вызывай скорую, чтобы сбили, — даёт рекомендации Ксюша, провожая нас к выходу.
— Поняла, — целую в щёку Ксю, — до встречи.
Догоняю по коридору Егора с малышкой.