Осколки любви (СИ)

Хмурая складка между бровей, напряжённая поза и капли пота на лбу говорили о многом.
Я досадливо покачала головой. В том, что у меня самый беспокойный и проблемный пациент из всех, и так было понятно.
Я забралась на кровать, взяла чашку из его руки. Дракон лишь лениво открыл один глаз и тут же закрыл его.
Ему было плохо. Наверняка там ещё и многочисленные ушибы и трещины по всему телу.
  
Не лёгкая жизнь у власть имущих. И плата чрезвычайно высока за желание диктовать другим свои условия, иметь приличный достаток, власть и высокое положение в обществе.
Я поставила чашку на поднос. Бутерброды он все съел. Отлично, силы ему точно понадобятся.
Затем я расположилась на второй половине кровати и принялась снова накладывать бинты.
Размотала мокрые, обработала рану и наложила сухую повязку. Дракон прерывисто дышал. Он подложил под спину мою подушку и полусидел в изголовье.
Прошла и взяла плед. Накрыла его, а затем стянула мокрое полотенце.
Снова вернулась к кровати. Села у изголовья на колени и взяла его руку.
Пустила поток магии, контролируя дыхание и пульс самого дракона.
Тот приоткрыл глаза и выдохнул более спокойно. Видимо, боль немного отступила.
— Спи.
И тот, кажется, с радостью прикрыл глаза.
Надо же, даже ничего не возражал и послушался меня.
А я добавила в зелёное свечение голубую магию. Потом провела руками по лбу и уже пустила больше исцеляющей магии в органы дракона.
И тот впитывал её, как губка.
Дыхание дракона выровнялось. Проверила пульс. Был ровный и вполне в норме.
А меня одолела такая усталость, что я просто уснула рядом.
А проснулась от громкого сигнала на артефакте связи. Распахнула глаза — было только раннее утро.
Сонно потянулась к тумбочке и ответила:
— Слушаю… Поняла. Буду.
Отключила артефакт. Доктор Валтари заболел, и сегодня на смене снова я.
Но тут я ощутила горячую руку на своём бедре. Повернулась и вспомнила, что ночью ко мне завалился один раненый дракон.
— Кто так рано может звонить? — спросил он хриплым от сна голосом. — Назови мне его имя и он больше никогда не потревожит тебя.
И мне не показались его слова шуткой.
— Судя по тому, что ты спишь на больной руке, всё заживает, — не стала комментировать его слова.
— Похоже. Твоя магия и правда поставит мёртвого на ноги.
— Ладно. Можешь оставаться тут. А мне пора. Только не забудь потом поставить новую дверь. Хозяйка, если узнает, выселит меня.
— Почему такая спешка? — хрипло спросил Дрейкмор и мне даже не нужно было смотреть на него, чтобы понять, что тот хмурится. — Ты ведь только что со смены.
— Другой хирург заболел, — пожала плечами. — Придётся выйти.
Я скинула его руку. И на всякий случай проверила её. Развязав бинт, поняла, что там и правда остался лишь бледно-розовый след.
Как-то этому дракону слишком подошла моя магия.
Хотя, возможно, дело в его силе. Он очень сильный, поэтому регенерация у него намного лучше, чем у других.
Новую повязку накладывать не стала, собрала остатки бинтов, выбросила всё в мусорное ведро на кухне.
Вернулась в ванную и, быстро приняв душ, вышла.
Открыла дверь — на кровати сидел дракон, разминал руку и шею.
— Мне нужно переодеться, — сказала я ему и указала глазами на шкаф.
— Я не стесняюсь.
— И всё же.
Он встал и прошёл мимо.
А пока я одевалась и приводила себя в порядок, дракон пошёл в ванную комнату.
Я уже сварила кофе и сделала бутерброды с сыром.
Тот в одном полотенце вошёл на кухню.
Мощный. Накаченный, но в меру. Мокрые волосы длиной до плеч были зачесаны назад, открывая вид на широкий лоб. На щеках виднелась щетина, которая ему шла. Тёмные глаза прожигали и внимательно следили за мной.
Я выпила горячий кофе почти залпом.
— И это весь твой завтрак? — с его волос капала вода.
— Я же говорила, что не успела сходить в магазин.
— Я не об этом. Ты всегда завтракаешь только кофе?
— Чаще всего у меня нет времени, — снова пожала плечами и поставила чашку в раковину.
Прошла мимо этой горы мышц в коридор. Затем подошла к поломанной двери. Она была лишь приставлена.
Дрейкмор заметил мою заминку и сам помог отодвинуть полотно.
— Так квартира не твоя?
— Нет. Я её снимаю.
Не знала, зачем он спросил, да и времени не было.
Весь день прошёл в работе. И только к вечеру я смогла немного отдохнуть в ординаторской. Кажется, прикрыла глаза только на пару минут, и тут меня уже трясли за плечо.
— Идём, там девушка разбилась. Не справилась с управлением, въехала в столб. Мобиль всмятку, еле вытащили. Везут сейчас.
— Готовь операционную. Я иду.
Знать бы заранее, кто окажется у меня на столе… Но, к сожалению, в этот день из хирургов была только я.
  
Глава 11
 
Операционная была готова. Молодая девушка, пострадавшая в аварии, лежала на столе без сознания. Лицо было опухшее и в крови.
Её тело было покрыто множественными ранами, но самое серьёзное повреждение — сломанное ребро, которое задело лёгкое, а также несколько переломов костей, включая раздробленную правую руку.
Я быстро оценила ситуацию, понимая, что времени на раздумья нет.
— Анестезия введена, можно начинать, — произнёс анестезиолог.
Я сделала первый разрез, открывая доступ к грудной клетке, чтобы добраться до повреждённого лёгкого. Кровь начала просачиваться из раны, но мы вовремя остановили её с помощью зажимов и отсоса.
— Поддерживайте давление, — командовала я, продолжая работать. Сломанное ребро было главной проблемой — его осколки зацепили лёгкое, из-за чего началась внутренняя кровопотеря. Я аккуратно извлекла обломки ребра, и это позволило освободить лёгкое. Затем я приступила к ушиванию разрыва.
— Давление стабилизируется, — сообщила медсестра.
— Хорошо, продолжаем, — сказала я, переходя к наложению швов.
Когда работа с лёгким была завершена, я приступила к руке. Перелом был сложный, кость раздроблена. Я быстро и точно срастила кости, используя специальные пластины для фиксации и магию. Это было важно, чтобы сохранить функциональность руки.
Но вдруг медсестра тихо произнесла, касаясь живота пациентки:
— Доктор, кажется, она была беременна. Мы потеряли ребёнка.
Мир будто остановился.
Она была беременна…
Моя рука застыла на мгновение. Этот момент всегда был тяжёлым, но сейчас нужно было действовать. Я подавила все эмоции, понимая, что жизнь самой девушки всё ещё под угрозой.
Продолжая операцию, я аккуратно закрепила кости, зашив повреждения. Состояние пациентки стабилизировалось.
Я вздохнула с облегчением.
Однако внезапно почувствовала, как мир вокруг начинает расплываться. Магические силы были исчерпаны. Операция потребовала большого количества магии.
— Доктор, вы в порядке? — спросила молодая девушка-практикантка, которая присутствовала на операции как тень.
— Ты должна закончить, — хрипло проговорила я. — Заканчивай наложение швов.
Сама я еще держалась рядом. Контролировала ее работу.
Практикантка, хоть и немного дрожала, уверенно взялась за иглу и нить. Она работала сосредоточенно, следуя моим инструкциям. Я наблюдала за её действиями, чувствуя, как силы окончательно покидают меня.
Когда последний шов был наложен, я с облегчением прикрыла глаза.
— Доктор, я подлечу ее магией, — сказала она.
Её энергия была слабее, чем моя, но она действовала точно.
Я ещё какое-то время понаблюдала за ней. Пациентка была стабильна, и потом я, сказав, чтобы меня срочно вызвали, если что-то пойдёт не так, вышла из операционной.
Сняла маску и перчатки. Выбросила в урну. Сжала раковину руками. Меня мутило.
  
Пациентка была спасена, и хотя мы не смогли спасти её ребёнка, я знала, что сделала всё, что могла.
Но вроде бы я понимала это головой, но душа всё равно ныла, что одна крошечная человеческая жизнь ушла, так и не увидев рождения.