Осколки любви (СИ)

Хотя не удивительно — практически весь этаж был заполнен мужчинами в строгих чёрных костюмах. Они с высока своего роста провожали всех подозрительными взглядами.
Без слов всё стало ясно. Что-то тут происходило.
Меня никто не встречал. Но я и так понимала, что дело в моём пациенте.
А ведь даже не удосужилась спросить его имя. Хотя зачем мне оно? Моя задача — спасать жизни, вне зависимости от того, кто лежит на столе.
  
Я зашла в ординаторскую. Надела белый халат. Задерживаться я не собиралась.
Раздрай в душе сменился рабочим настроем.
Перед дверью палаты моего пациента стояли двое громил, и только один выделялся — он был хотя бы в сером костюме, а ещё там был наш главврач.
— Вот, это наш лучший хирург-целитель.
Я кивнула и, судя по тому, как главврач посторонился и освободил мне путь к палате, именно там я и нужна была.
Вообще общаться с пациентами и родственниками — это не моя задача.
Я вошла в палату и как раз вовремя. Две медсестры нашего отделения стояли у стены. А мой пациент, который, на минуточку, чуть не скончался на моём операционном столе, сел и, лишь поморщившись, начал вытаскивать иглу из вены.
— Что вы делаете? Немедленно прекратите!
Я перехватила его руку и отвела её. Он поднял на меня глаза — тёмные провалы, утягивающие, как бездна. В них было столько животной силы и власти, что мурашки побежали по телу.
Так всегда было, когда сила разливалась в воздухе.
Породистое лицо, сведённые к переносице брови, глубокая складка между ними. Широкий лоб, квадратный подбородок. В вырезе больничной рубашки виднелась часть татуировки — что-то на незнакомом мне языке.
Я смотрела на него и чувствовала его зверя, подступившего слишком близко к поверхности. Тот изучал меня.
А потом холодный и властный голос заставил меня замереть от недоумения.
— Отойди.
Я нахмурилась.
— И не подумаю. Вам нельзя вытаскивать из вены иглу. И вообще, вы должны лежать.
— Ты кто такая?
— Я та, кто вас с того света вытащила, — сложила руки на груди. Тон, с которым дракон говорил со мной, взбесил. У меня и так выдались чертовски тяжёлые сутки.
— Я дракон, так что могла не напрягаться.
— Серьёзно? Драконы тоже не бессмертны.
— Судя по тому, что я уже на ногах и всё в порядке, то травма была пустяковая.
— Пустяковая? — повторила я, вскинув бровь. — Вы не покинете эту больницу.
— Хм, — дракон, похоже, не хотел слушать мои слова. Он всё же выдернул иглу, затем встал и размял мощную бычью шею, повёл плечами.
Я впервые пожалела, что влила в пациента столько магии. Так бы он ещё полежал и понял, насколько серьёзно был ранен и в шаге от смерти.
Пока я думала, как уложить его обратно в кровать, тот тихо, но не менее властно произнёс в пустоту:
— Айз.
И немедленно открылась дверь, и в палату вошёл тот самый дракон в сером костюме.
— Заплати докторше. И в какую дыру ты меня привёз? — он оглядел старый ремонт госпиталя и металлическую кровать. На самом деле это была одна из лучших палат в больнице. Обшарпанные стены и отваливающаяся штукатурка уже никого не волновали.
— Что вы себе позволяете? — возмутилась я. — Это моя работа, и мне за неё платят.
Но дракон больше не смотрел на меня. Он снял больничную рубашку и бросил её на пол.
На боку еще была повязка. А бедро и вовсе уже не перевязано, там лишь был бледно-розовый след.
Тот самый Айз передал вешалку с костюм. Я отвернулась. Пялиться на голого дракона было неприлично, хотя там действительно было на что посмотреть.
Кубики пресса, литые пластины грудных мышц, дорожка черных волос, уходящих в больничные низко сидящие штаны.
В мой карман опустилась стопка купюр.
Я повернулась обратно, вытащила деньги и бросила их в грудь Айза. Развернулась, чтобы выйти, да только услышала:
— Честная. Принципиальная. Красивая. Интересно.
  
Глава 5
 
Отчего-то мне это послышалось угрозой.
Только этого мне не хватало — влипнуть в новую неприятность.
Я вышла из палаты, чувствуя, как напряжение не отпускает. Главврача уже не было в коридоре, и я направилась к нему в кабинет. Постучалась, вошла и увидела, как пожилой мужчина нервно вытирал лоб от пота. Он выглядел уставшим и растерянным, словно этот день выжал из него все силы.
— Господин Тарн, — начала я, стараясь говорить спокойно, но голос всё равно дрожал от гнева, — я не могу дать официального разрешения на то, чтобы мой пациент покинул стены госпиталя. Это может быть опасно. В конце концов, вы ведь в курсе, какие у него были травмы.
— В курсе, — поморщился пожилой седовласый, слегка полный мужчина. Он вытер платком короткую шею и снова посмотрел на меня усталыми глазами. — Только боюсь, нашего мнения тут не спросят.
Я нахмурилась. Эта ситуация злила меня всё больше.
— Но ему может стать плохо в дороге. Куда он собрался? — спросила я, чувствуя, как гнев нарастает.
Тарн развёл руками, избегая смотреть мне в глаза.
— Лучше давай забудем об этом. Герцог подписал бумагу о том, что берёт на себя всю ответственность, — проговорил он тихо, словно ему самому было неприятно произносить эти слова.
— Герцог? — переспросила я, осознавая, что ничего не знала о своём пациенте и скривилась. — Берёт он ответственность. А когда у него откроется внутреннее кровотечение, что он будет делать, а? Куда засунет свою ответственность, м! — я нависла над столом главврача. — Вам же тоже прекрасно известно, что его ранения были серьёзными, и никто не знает, как он выдержит дорогу!
Тарн поднял на меня уставший взгляд и тяжело вздохнул.
— Присаживайся, Лираэль. Хочешь, налью тебе кофе? — попытался он успокоить меня, указывая на кресло напротив.
Я сжала зубы, пытаясь сдержаться, но всё равно резко покачала головой.
— Нет, не нужно. И зачем вы вызывали меня? — спросила я, не желая отвлекаться на мелочи. Моё терпение подходило к концу.
— Я хочу, чтобы ты написала подробный отчёт и передала его, — спокойно сказал Тарн.
— Но… зачем ему это? — спросила я, недоумевая. — Зачем герцогу отчёт о его состоянии? Разве не он сам был уверен, что с ним всё в порядке?
— Для столичных лекарей. Они будут вести его.
Я вздохнула, скрипя зубами. Я знала, как в столице относятся к таким случаям. Впрочем не мне считать, как и не мне экономить чужие золотые. Хочет идти в элитную больницу — туда ему дорога.
— Ладно. Валтари же уже что-то писал? Давайте, я дополню со своей стороны, — смирилась я.
Главврач молча подвинул мне медкарту пациента. Я быстро пробежала глазами данные, дополнив их своими наблюдениями.
Через час я уже была свободна.
Я покидала госпиталь с мыслями об отдыхе. Пошли вторые сутки без сна, и я буквально тащилась по коридорам, чувствуя, как каждая клеточка моего тела кричит от усталости.
Но в душе было большее: досада, разочарование и обида. Всё смешалось в гремучую смесь.
На улице светило яркое солнце, и лёгкий ветерок дул мне в лицо, принося с собой летние запахи.
Сейчас бы пойти в парк, вдохнуть свежий воздух, посидеть в тени деревьев… Мы бы с Леором наверняка договорились бы погулять в обед.
Предатель!
Я остановилась, осматриваясь вокруг, стараясь отвлечься от мыслей о Леоре и о том, что он сделал. Хотелось просто взять и забыть, но это было невозможно.
Лучше уж так: узнать правду раньше, чем было бы поздно. Я никогда не любила лжи, особенно сладкой.
Ветер слегка растрепал волосы, и я сделала шаг в сторону от двери госпиталя, но внезапно врезалась в чью-то грудь. Попыталась отступить, но сильная рука тут же перехватила меня, не давая уйти.
  
— Нужно поговорить, — произнёс знакомый голос.
Леор.
Он стоял прямо передо мной, высокомерный, в дорогом костюме, словно ничего не случилось. Его глаза светились холодом, и на лице читалось раздражение.
— Нам не о чем говорить. Я тороплюсь, — бросила я, стараясь казаться спокойной, но внутри всё кипело. Я не могла забыть его предательство.