Титан империи 7 (СИ)

— Так! Чтобы ни одна живая душа не знала! Ты понял⁈
Я скосил глаза на Машу и Рэя.
— Угу. Я могила. Ну что, узнала?
— Да…
— Так, расскажи мне, это правда, что дедушка оставил почти все мне?
— Правда. Яков Станиславович прочитал все четко и без запинки. Соотношение у нас примерно восемьдесят на двадцать, но все бразды правления родом Саблиных теперь в твоих руках. Да и долги тоже. Пляши!
— Ох, умеешь же ты подбодрить наследника, сестра!
— Ага, братец. Давай возвращайся домой поскорее… Гама, помоги мне встать. Где Ди? Надо бы перед ней извиниться, а то мне так стыдно, что накричала…
Но прежде чем сестра отключилась, в трубке раздался новый голос:
— Ваше сиятельство, вы невредимы? — спросила Гама. — Анастасия Михайловна прибыла вся в слезах, а Ди рассказывает про зеркальных людей.
— Да, все хорошо. Мы просто слишком много выпили сегодня, — хохотнул я. — Как там Ди?
— Ушла. Говорит, у нее еще очень много работы.
— Ладно. Присмотри за Настей.
— Я передам Анастасию Михайловну в руки Зиты с Гитой, а нам нужно срочно скататься в старый дом, и лучше это сделать этой же ночью. Ди упоминала, что вы летали туда разбираться с крысами. Я правильно поняла, что вы… закончили?
— Да. Все крысы убиты.
— Хорошо. Вы заберете меня?
— Да, скоро. Но я еще позвоню…
— Буду ждать…
Гама отключилась. Я отдал телефон Маше и откинулся на сиденье.
А подумать было о чем. Значит, это не выдумки ушлых журналюг, и Саблин действительно решил назначить в наследники меня. А тут еще и смерть Петра Воротынского вкупе с гибелью всех мужчин в роду. Это в корне меняет дело…
Маша взяла меня за руку и тихо проговорила:
— Женя… Не молчи. Что ты тогда говорил про возвращение домой? Ты же не просто так находился рядом с усадьбой отца? Петя… действительно мертв?..
— Давай по одному вопросу, — посмотрел я в голубые глаза девушки. — Петя — похоже на то. Поэтому, если не считать спасшуюся жену Льва Константиновича, ты последний представитель рода Воротынских. Мои поздравления.
— Как⁈ — выпалила Маша. — Ты убил всех?..
— Твоего отца убил превратившийся в некса Володя, а я убил его. А вот Петра, похоже, убил мой злобный клон.
И я еще раз укоризненно посмотрел в зеркало заднего вида.
— Сука… Как же так…
Я удивленно поднял брови.
— Тебе жаль их?
— Нет конечно! Просто я… я не хотела оставаться… последней.
А, вот в чем дело! Я обнял девушку и прижал к себе.
— Помнишь наш разговор в пещере?
— Помню, — после паузы ответила Маша. — Но я не думала, что все произойдет так быстро. Что же теперь делать? Я что теперь не Маша, а… Мария Львовна⁈
У моей подруги забегали глаза. Кажется, так выглядит подступающая паника, и в принципе винить малышку не в чем. Не каждую ночь тебя сначала пытаются убить, потом вытаскивают из теплой кровати и сообщают, что только что родной брат убил твоего отца, а от самого Володи осталась кровавая лужа на полу. И да, скорее всего капельки крови, которые остались на моей одежде и руках — кровушка мудака Володеньки.
Наконец, Маша будто опомнилась и с мольбой посмотрела мне в глаза.
— Так что мне делать?
— Можем вернуться к нам в усадьбу и отправиться спать, — улыбнулся я. — Ты выпьешь молока, свернешься калачиком в кровати и из Марии Воротынской превратишься просто в Машу. Навсегда. Думаю, твои родственники — дяди, тети или еще какая седьмая вода на киселе — и без тебя с удовольствием растащат наследство Льва Константиновича по бревнышку.
— Да?.. — Маша на несколько секунд задумалась, а потом резко мотнула головой. — Нет! Хрен им!
— Вот, совсем другое дело! — я рассмеялся. — Значит, нужно сразу брать быка за рога, и заявить о себе как о единственной возможной наследнице. Но для этого тебе придется… вернуться домой.
Маша помолчала, а я наблюдал за ее реакцией. Очевидно, что внутри ее головки шла кипучая мозговая деятельность. Не удивлюсь, если она сейчас вспоминает всю свою жизнь — от неприятного детства до поступления в ГАРМ.
— Женя… — наконец, выдавила она. — Помнишь, мы с тобой договорились, что Воротынские бывают очень разные?
 
— Да.
— Я хочу стать совсем другой Воротынской, но… — Маша глубоко вздохнула и выпалила. — Я боюсь, понимаешь? Быть главой такого клана, это же не просто прийти в усадьбу, отмыть кровь от стен и с важным видом сесть в кресло. Это совсем другое… А я… Черт, я руководила разве что подразделением пацанов в ГАРМе, а еще молодежной бандой «Рваные колготки».
Рэй прыснул, и Маша грозно поглядела на него в зеркало заднего вида.
— Молчу, молчу…
Да уж. А вот взгляд у нее прямо таки отцовский! Пусть мне лично довелось встретиться с Львом Константиновичем лишь пару раз, но могу отметить, что фамильное сходство налицо. И на похоронах и на вечере Болконской Воротынский-старший бросал на меня точно такие же взгляды — обещавшие море боли и страданий.
Подозреваю, и мой отец тоже видел этот взгляд, и не раз.
— Полагаю, что руководить одним из самых влиятельных родов в Империи это примерно так же, как и бандой «Рваными колготками». Масштаб побольше, но принцип тот же. Бей первой и держи всех в узде.
— Ага, спасибо, утешил… — Маша сжала мою ладонь. — Поможешь, Жень?
— Куда я денусь, Маш, — улыбнулся я и легонько стукнул ее пальцем по носу. — Будем возрождать наши рода вместе.
— Фух, спасибо! А то я прямо не знаю, за что взяться… Ладно, давай ты подключишься позже, а то тебя еще начнут подозревать в убийстве моих родственничков. А сейчас… Рэй, давай гони во всю прыть!
— Что⁈ — удивленно повернулся к нам Воин дороги.
— Заводи мотор, говорю! Вези наследницу рода Воротынских домой!
— Уверена? — спросил я. — Может, подождать?
— Вот, смотри, — она показала мне список пропущенных. — Из отцовской усадьбы звонили уже пятнадцать раз. Думаю, пытаются найти хоть кого-то из Воротынских.
Рэй вопросительно посмотрел на меня, и я кивнул. Его монстр взревел и развернулся прямо с места.
Через десять минут мы приближались к усадьбе Воротынских. У ворот не продохнуть от людей в стрелецкой форме.
— Останови тут, — сказала Маша, тронув Рэя за плечо. — Если вас заметят, разговоров не оберешься.
Рэй кивнул и плавненько подкатил к обочине. Уже светало.
Маша чмокнула меня в губы, крепко пожала руку и… секунд десять не могла заставить себя открыть дверь…
— Фух… Ну ладно…
Она выдохнула и, расправив плечи, вылезла из машины, а потом, не оборачиваясь, зашагала к воротам усадьбы. Я дождался, пока ее фигурка не пропадет в толпе, а потом удовлетворенно кивнул.
Вот и все. Маша дома.
Я хмыкнул. Уж точно не так ее отец представлял долгожданное возвращение Воротынской в родные пенаты. Впрочем, а не плевать ли?
— Давай Рэй, нам еще забирать Гаму, — сказал я, и водитель тут же ударил по газам.
* * *
Когда автомобиль Рэя отъезжал, Маша обернулась и проводила его взглядом. Внезапно ей страшно захотелось, чтобы Женя вернулся.
На мгновение даже захотелось выбрать первый вариант — прыгнуть к нему в машину и свернуться калачиком. Стать просто Машей, и уже навсегда.
Но нет. Тогда она окончательно перестанет себя уважать. Да и Женя тоже. Пусть каждый шаг давался с трудом, но добраться до родного дома и усесться в отцовское кресло нужно обязательно.
Иначе… это сделает кто-то другой, и тогда точно род Воротынских не изменится, а ее снова начнут преследовать, как возможную конкурентку. Как будто она не знала своих тетушек и дядюшек?
Снова бояться каждой тени и ждать убийц, которые не отстают от нее даже в ГАРМе? Ну уж нет! С ресурсами отца отбиться от них будет проще. Да и можно написать завещание, что в случае ее смерти в ближайшие три года все пойдет… На благотворительность! Или Жене!
— Эй, девушка, куда вы? Здесь частная терри… — заикнулся один парень из охраны, но осекся, когда Маша обожгла его взглядом, а потом подставила под нос герб рода на плече.