Титан империи 7 (СИ)
* * *На продавленном кожаном диване расселся мутный небритый хрен с отросшими патлами, в котором я с большим трудом признал черты семейства Воротынских.
— Ага… Значит, это ты Скалозубов, да? Мне казалось, ты выше, — хмыкнул он и расхохотался. — Ну-ка подойди, поближе… А я думал, что тебя принесет Ворон, жалкая лживая манда!
— Она и принесла, — выдохнул я, отдирая остатки лица Пашки. — Правда по моему приказу.
— Что⁈ Еще и К. к тебе перебежал, сволочь? Мои парни у Саблиных тоже облажались?
— Да, мои слуги скрутили из них фарш.
— Мудаки, вокруг одни мудаки и неудачники… Ну, ничего… Они говорили, что ты придешь!
— Они? Кто? Твои собутыльники?
— Нет, голоса… Вот здесь. Они всегда здесь.
Он ткнул пальцем себе в висок.
— Они часто говорили, что на самом деле ты никакой не Скалозубов, а Титан из какой-то дыры, уничтоженной Нексусом столетия назад!
— А что еще они тебе говорили? — хмыкнул Пьер. — Что в канализации водятся крокодилы?
В его кармане зазвонил телефон, и фон Дитрих ответил:
— Да? Всех положили? Отлично. Поднимайтесь!
Воротынский сплюнул и подхватил Сферу.
— Она тебе не понадобится, дружок, — сказал Пьер и постучал стволом пистолета по столу. — Положь сюды.
— Хрен там! Дайте хоть перед смертью кайфануть, сволочи!
Пьер ткнул Воротынского в колено и выхватил Сферу.
Я же плюхнулся на диван и подхватил мобильник, лежащий на столике, засыпанном белым порошком. Сука, даже на диване дорена этой гадости. Хорошо, что я в чужих шмотках.
— Эй, это мое!
— Я просто посмотрю, — ответил я и включил устройство. — Сорок пропущенных от «батя»? Он что, за тебя так испугался?
— Похер! Старый хер постоянно звонит по всякой ерунде. Хочешь с ним поболтать?
— Если он тут же примчится, то почему бы и нет? Давно хотел поговорить с ним в неформальной обстановке.
Я бросил Воротынскому телефон.
— Звони. Скажешь, что скучаешь по нему и вообще все осознал. Пусть заскочит на огонек.
— А если нет, то что?
На лестнице загрохотали шаги, хлопнула дверь, и к нам выбежала орава девчонок. В их руках сверкали пушки. Много пушек.
— Ох ты! Как вас много! — воскликнул Воротынский и ткнул пальцем в одну из девок. — Эй ты! Ты, сука! Кажется, я тебя знаю! Ты заехала к нам месяц назад и свалила! Что, не понравилось наше гостеприимство?
Он вскинул голову и истерично расхохотался.
Девушка подошла сзади к Пьеру и обняла его. В руках она сжимала поводок, а на другом конце медленно и вальяжно вышагивала пантера. Морда у нее была вся испачкана в крови, и язык то и дело облизывал длинные усы-вибриссы.
Едва завидев Воротынского, Багира зарычала.
— У, суки… — проговорил Владимир, не сводя глаз с желтых зенок элегантного монстра. — Ладно, уломали. Сейчас звякну старому мудаку, только держите эту тварь подальше от меня!
Он ткнул в мобилу и прижал к уху.
— Батя… Да… Ах, ты уже уехал из этого дома престарелых? Ну и хрен с ними. Ага, знаю. Нет, не буду я болтать об этом по телефону! При… Слушай, бать… Да… Нет. Похер вообще, слушай… Нет, старый козел! Да пошел ты нахер!!!
И взревевший Воротынский подскочил и расколошматил телефон об пол. Я вздохнул. Ну не идиот ли?
— Что⁈ — зарычал он, вглядываясь в глаза каждого, кто находился в этой комнате. — Чего уставились, суки⁈
Несколько раз глубоко вдохнув, он упал обратно на диван. Пантера зарычала и сделала к нему еще один шаг.
— Багира, фу! — скривился Пьер и схватил ее за ошейник. — Еще не хватало заразиться чем-нибудь от этого ублюдка!
Фон Дитрих поднял пушку, но не успел он надавить на спуск, как Сфера в его руке вспыхнула голубым светом.
— Какого хера?.. — вздрогнул Пьер и выпустил артефакт. Сфера упала на пол, а внутри показались красные прожилки.
Что за дела? Впервые такое вижу.
Сфера медленно катилась по полу — и прямо к Воротынскому.
— Отдаться, говорите? — прошептал Владимир, и его глаза мигнули. — Ладно, я согласен. Забирайте…
— Хер там! — выпалил Пьер и выстрелил. Пуля попала Воротынскому прямо в брюхо.
Как ни странно, тот даже не дернулся. Продолжал сидеть и пялиться на голубое сияние.
— Меня больше нет, — шептал он. — Есть только мы…
Я вскочил и бросился к Сфере, но она вдруг вспыхнула и сорвавшись с пола, ударила Воротынского в грудь. Он скривился и застонал. Оживший артефакт вытянулся в конус и, закрутившись со страшной скоростью, вошел внутрь в мгновение ока.
Через секунду Воротынский катался по полу, а над ним поднимался дым.
— Сука, как же нам больно! Какое слабое тело!!!
Он сграбастал рубашку и разодрал ее на части. Показалась розовая кожа, а затем два глаза разного размера. Нет, даже три… а затем и еще четыре!
Кожа Воротынского зажглась синим светом, а затем стала зеленеть. Он начал мерцать — прямо как портал в Монолите!
Вдруг посередине живота открылась пасть — полыхнула зеленым огнем, оскалилась и вывалила длинный дымящийся язык.
— Ох, мама, — пискнула девушка, обнявшая Пьера, и вытащила пистолет из кобуры.
Все, кроме меня и фон Дитриха сделали шаг назад, а затем подняли оружие. А Владимир — или же тварь, которая овладела им — рыча на десяток голосов, встал на ноги.
— Неро! — пыхнул некс дымом из широкой пасти. — Мы уже близко, Неро! Еще чуть-чуть, и мы все наконец-то соединимся в одно всесильное существо, как и вся эта жалкая планетка сольется с Нексусом! Быть единым целом в одной единой Вселенной — это же то, ради чего все и существует!
Говорливый монстр распростер руки и, покачиваясь, шагнул. Рук у него уже было целых четыре. Под кожей ходили бугры, и наружу вылезали все новые и новые мелкие твари, сросшиеся друг с другом как сиамские близнецы. Плоть скрипела и трещала, а мерзких существ становилось только больше. Через пару секунд, едва родившись, они начали отдираться одно от другого.
Похоже, именно так выглядит эспресс-процесс размножения почкованием. Или портал на Нексус, в который превратился Воротынский.
— Меня сейчас стошнит, — простонал Пьер. — Так и знал, что ничего хорошего ждать не стоит…
Ладно, это все очень интересно, но это дешевое шоу пора заканчивать! Я выхватил у одной из девах пушку, прицелился в цепь, на которой держалась люстра, и нажал на спуск.
Тяжелая хреновина сорвалась и обрушилась прямо на хребет Воротынскому. Лапы монстра разъехались, и его припечатало к полу. Я же сделал шаг, наставил пушку в рожу, которая более-менее походила на морду Володи и выпустил оставшиеся патроны.
Щелк! — магазин опустел, а тварь еще ворочалась.
— Неро…
Дзинь-дзинь! — монстр сплюнул, и семь пуль покатились по полу.
— Мы должны соединиться! — вновь захрипело слепленное из нексов существо, пытаясь выбраться из-под люстры. — Нексус и Земля, сотни и сотни миров, которые должны стать единым целым. Ну же! Не тратьте время понапрасну, дети мои… Становитесь частью нас…
— Так, девочки, заканчивайте этот цирк, — вздохнул я. — Ничего кроме пафосной белиберды он нам не расскажет. Цельтесь… куда-нибудь. Огонь!
Комнату наполнил грохот выстрелов, но все перекрыл рев монстра:
— Неро! Дай мне руку! Ты же часть Нексуса!
Пули месили жуткую тварь, но та все никак не желала подыхать. Скоро в пушках вышли все патроны, и пальба затихла.
Рост копошащейся на полу массы прекратился, и вдруг из нее вылезла рука и схватила с пола сигарету.
— Чем больше ты сопротивляешься Нексусу тем он сильнее! — прорычала тварь, сунув сигарету в уголок рта. — Так было из века в век…
— Эй, девочки, смотрите, что я нашла! — раздался крик, и из-за спин выбежала Мальвина. В одной руке девушка держала красный баллон, а в другой сжимала длинную трубку. — Лежал под лестницей и… Ой, мамочки!!!
Так это ж огнемет! То что надо, даже энергию тратить не придется!
— Дай сюда! Нашему другу срочно нужно прикурить!
Я взял у синеволосой девушки пушку и направил ствол на гада.