Совпадение (СИ)

- Да.
Куда уж лучше с самого, что ни на есть, начала.
- Я нашел вашу контору… группу,… как вы понимаете, не через справочник. Я вышел на нее через информаторов. Оказывается, никто в городе больше не занимается обходом лазерной сигнализации без ее отключения – только вы – группа бывших танцоров-акробатов. Поверьте, я думаю, вы, должно быть, очень талантливы, чтобы проделывать такое. И я понимаю, что даже если вы что-то грабите…
Наверное, к этому моменту мои глаза-таки округлились до неприемлемого размера, потому что он тут же пояснил:
- Нет-нет, я не хотел сказать, что-то не то… Не грабите, конечно, нет - занимаетесь тем, что считаете правильным – может быть, что-то чините, простите, я точно не знаю специфику ваших занятий, но информаторы сказали, что только у вас есть необходимые навыки и оборудование, в виде какого-то супер прочного костюма и высвечивающей лазерные лучи пудры. Вы ведь знаете, о чем речь?
- Конечно. – Деревянным голосом ответила я, вспомнив, как нюхала сегодня эту «пудру» раз двадцать, непременно при этом чихая. Интересно, сколько я ее «расчихала»? – Костюм здесь, со мной. Пудра тоже.
Мистер Карсон просветлел лицом.
- Это чудесно. Видите ли, я пытался узнать – отключить сигнализацию будет очень сложно, а вот пробраться сквозь лазеры, используя ваш костюм – как я понял, единственный в своем роде – возможно. Особенно при вашем умении просчитывать траекторию лазеров и гибко двигаться. Скажите, вы долго этому учились?
- Чему? – Врать?
- Так двигаться.
- Очень. – Все так же деревянно ответила я. – Много лет.
- Я так и понял.
Бежать! Нужно срочно отсюда бежать. Я, конечно, занималась гимнастикой и танцами целых три года, но совать свое тело в лучи лазерной сигнализации?! Пробираться через них с помощью пудры? Ну, уж нет, это, действительно, работа Магды и некой безымянной группировки, которая, я была уверена, занималась вовсе не починкой нарушенных охранных систем.
Жаль, что Мэтт не предложил что-нибудь другое: например, помочь ему с переводами с лавийского (которого я не знала), станцевать джигу на приеме у президента финансовой корпорации «Райчелз» (за пятьдесят штук? Решилась бы!), переплыть на спор озеро Киралл – с мыслью о деньгах точно не утонула бы. Но лезть в работающую сигнализацию в костюме героя комиксов? Нет, увольте.
Хозяин дома наблюдал за обеспокоенным выражением моего лица с все четче проступающей тревогой.
- Лисса, вы не подумайте – я на самом деле не хочу ничего криминального. Все, чего я прошу, это чтобы вы попали в комнату, где у Диксона хранится ноутбук, вставили в него флэшку и запустили записанную на нее программу.
- Вирус?
- Да, вирус. Но этот вирус не убьет все данные – он лишь найдет то, что принадлежит мне и сотрет это. Очень важные данные, которые не должны были туда попасть. Которые у меня украли.
- Кто украл?
Не мое дело, но интересно.
Я думала, Мэтт не раскроет рта – судя по тому, как сжались его губы и челюсти, меньше всего он хотел отвечать на заданный вопрос, но что-то толкнуло его. В глазах мелькнула искренняя болезненная горечь, а следом послышались слова.
- Моя бывшая подруга. Еще неделю назад она жила со мной, а сегодня живет с моим партнером. Бывшим партнером теперь уже, к которому отнесла закрытую базу данных всех акционеров, вкладов и процентных ставок держателей ценных бумаг моей компании.
Я постаралась не выдать ни изумления, ни жалости – ему она была ни к чему. Лишь подняла стакан и пригубила не предназначавшийся мне тоник. Мэтт, тем временем, продолжил:
- Долгих четыре года я выстраивал эту корпорацию с нуля – планировал, находил инвесторов, изучал азы управления. Не учел только одного – друзья, даже старые друзья, способны меняться, и если ты доверял человеку, когда он был нищим, это совсем не значит, что ты можешь доверять ему, когда он вдруг стал богат. Диксон предал меня. Делайла тоже.
Орехово-зеленые глаза посмотрели на меня с надеждой и примесью все той же горечи.
- Я бы не обращался к вам, если бы мог все сделать сам, но я не могу. Я не желаю «заказывать» партнера, хотя мне хватит на это средств – просто не сделаю этого. Не хочу мучить или избивать кого-то, чтобы получить данные обратно, не хочу причинять ненужных страданий. Но, если завтра данные все еще сохранятся на ноутбуке Диксона, послезавтра моя корпорация погибнет. Я начну все с нуля, я смогу. Наверное, я пройду и через это, просто… просто пока еще есть шанс, понимаете? Пока он все еще существует. Хотите, я вместо пятидесяти, доплачу вам еще сто?
 
Сто пятьдесят тысяч? За завтрашний вечер?
- А что случится завтра?
- Ужин, куда меня пригласили, чтобы унизить. Клод и Делайла очень хотели бы, чтобы я пришел и выпил за свою кончину…
- Своего бизнеса…
- Да. И я приду. Надеюсь, с вами. Представлю вас своей новой девушкой, мы принесем чемодан, точнее, костюм, и вы попробуете добраться до их ноутбука.
- А что, если у меня не получится?
- Риск провалиться существует в любом деле. Но я буду рад, если вы скажете, что хотя бы попробуете. Вы ведь попробуете?
Как он смотрел на меня - Создатель, как он смотрел…
*****
Только истинный мазохист мог постоянно вести себя вопреки всякой логике и с удовольствием и наслаждением налаживать себя после непрекращающихся пинков. И я однозначно являлась этим мазохистом.
Наверное, лучшим из всех когда-либо существующих.
Я повелась на деньги? На сто пятьдесят тысяч, на которые уже завтра можно было бы купить то кафе на углу и начать его отделывать? Только вот для того, чтобы их получить, нужно «увенчать» задание успехом – задание, которое я по определению неспособна выполнить. Так?
Ночь укрыла город теплым одеялом; Мэтт оплатил такси.
Я сказала ему «Я попробую», и это была самая большая глупость, которую я когда-либо выдавала по собственной воле. Попробую что? Пробраться сквозь движущуюся решетку из лазеров? В чужом костюме? Не умея пользоваться «пудрой»? Что я вообще знала о подобных системах?
Ничего.
Кроме того, что пояснил невообразимо красивый и искренний в своем стремлении сохранить компанию мистер Карсон: лучи непрерывно движутся, но траекторию возможно просчитать. Если проскользнуть через них – пусть даже задев, но, не прервав полностью – можно добраться до комнаты с ноутбуком. А там – дело техники и программы на флэшке.
Если я оступлюсь, все-таки, задену сигнализацию, всегда можно будет сказать, что я выпила лишнего, отправилась искать туалет и зашла не туда. Главное, успеть спрятать костюм, переодеться и вести себя достоверно… И тогда, в случае проигрыша, я теряю сто пятьдесят тысяч, а Мэтт компанию. Делов-то.
А если получится?
Получится? Я всерьез об этом думаю? Где моя растяжка трехгодичной давности? Сохранилось ли от нее хоть что-то? Я стою здесь, на собственном балконе, на третьем этаже, созерцаю ночное небо и всерьез думаю о том, что что-то может получиться?
Но если не пробовать, тогда проигрыш обеспечен нам обоим.
Почему не пришла Магда? Настоящий профессионал-акробат? Уж не попалась ли в лапы Комиссии во время совершения очередного ограбления? Ведь, если не попалась бы, явилась бы в «рататуйский» магазин за своим оборудованием сразу же, а не таилась бы неизвестно где в течение пяти дней, томя Мэтта в неизвестности. Сто пятьдесят тысяч приличная сумма. Наверное, даже для нее…
Мой тоник не шел ни в какое сравнение с Мэттовым – он стоял в холодильнике уже несколько месяцев – полностью выдохся и обезвкусел. Но, главное, джина в нем не было – ни к чему много пить накануне такого «приключенческого» проекта.
Нет, это же надо было отправиться за ратайскими ингредиентами к черту на кулички, выложить ненужные и оставить исключительно нужные продукты, чтобы получить на руки пресловутый чемоданчик. А теперь я стою и думаю, выйдет ли из меня профессиональный взломщик-спаситель?