Не все НПС попадают 3 (СИ)
25. ПРОЦЕСС РАЗГОНЯЕТСЯ
КОГДА НЕ ЧИТАЕШЬ НОВОСТИ
28 июля, вторник
Мастер художественной росписи по телу, господин Ариатель, пребывал в некоторой растерянности.
— Что значит: «нет краски»?
— Так я же вам отвечаю, — терпеливо, но с пробивающейся ноткой раздражения пояснила продавщица косметической лавки, — перебои с поставками.
— Но я обошёл уже весь рынок, и ни у кого…
— И ни у кого не будет! Хоть в столицу поезжайте! Нету ни у кого. Что вы сделаете, если у нас светящиеся лишайники не приживаются? А в пещеры, сами знаете — орки вернулись.
— Нет, я не знал, — совсем уж убито ответил Ариатель, — я был очень занят…
Был очень занят закупкой оборудования (пришлось побегать по аукционам, благо выбор был огромный!), оформлением салона, рекламной компанией. Он все деньги вложил в это предприятие. Настоящие деньги, не виртуальные. Все свои небольшие сбережения. Ноги отказывались ходить, и старый мастер-татуировщик захотел перебраться в вирт, открыть здесь дело, похожее на своё старое…
Он шёл, мало понимая — куда, пока не уткнулся в киоск с газетами и журналами.
— Что вам? — бойко замелькала перед глазами зелёная феечка. — Есть «Охота на редких тварей», «Лучшие кинжалы вирта» или, может быть… — она слегка прищурилась, — «Эльфийское порно»?
— А что, и такое бывает? — против воли удивился Ариатель.
— Конечно! И даже с видео-вставками, если чуть подороже.
— Удивительно.
Феечка засмеялась:
— Вы что — новенький?
— Д-да, мадмуазель… Если честно, я здесь совсем недавно.
— М-м, — понимающе кивнула фея и присела на полочку для газет, закинув ногу на ногу. — Тут прикольно, только вот некоторые — такие ханжи! — она смешло сморщила носик и покачала ногой. — А я видела, вы у красильщиков что-то спрашивали, а все головами мотают.
Ариатель вздохнул:
— Спрашивал, юная дама. Но всеми был, как бы это сказать…
— Послан, — подсказала фея.
Ариатель вздохнул ещё тяжелее:
— К сожалению, это самая точная формулировка из возможных.
— А чё хотели-то?
— Самую обычную светящуюся краску. Я, барышня, видите-ли, мастер тату и росписи по телу.
— А-а-а… — протянула фея, — Унылое дело. Туда щас ни одна сборочная команда не пойдёт. Рыльце-то в пушку. Гоблины, говорят, фотофиксацию взломали — все рожи и ники наперечёт. Явишься в горы — «твой дом турма», полгода исправительных работ.
— Не понял, а кто кого посадит?
— Так гоблины же! Сборщиков, за разорение. Статья… как это… А! Вандализм! — феечка забросила в рот кусочек розовой жевачки и начала актично работать челюстями.
— Гоблины?..
— Н-но. У них теперь гвардия из орков, пещеры патрулируют, вот все и боятся — наши оттуда чё только не вывезли, пёрли всё, даже гвоздями приколоченное! — она надула розовый пузырь размером с полголовы, Ариатель аж испугался, что девчонка всю мордочку себе залепит, но она ловко его лопнула, продолжая болтать ногами. — А то так-то можно было бы. Условия — вполне.
— Я не понял, а что можно было? Бы? — добавил он, а то вопрос звучал как-то куце.
— Да в заказник! — подняла она брови. — Вот, купите газетку. Объявления, всего две серебрушки. Там подробности.
— Давайте!
Ариатель взял газету и отошел в сторонку.
— На третьей странице! — крикнула ему в след мелкая продавщица.
— Спасибо!
На третьей странице издания значилось:
Город гоблинов приглашает всех желающих
на сбор светящегося лишайника
в заказнике «Сияние тьмы».
Условия:
сбор исключительно в указанных местах,
половину собранного материала
вы оставляете в счёт оплаты.
* * *Также у нас вы можете
Приобрести пищевые
и красящие материалы
по сходным ценам.
* * *Адрес заказника:
Тёмная локация — Город гоблинов — «Сияние тьмы»
Обращаться в кассу.
Это объявление так его потрясло, что некоторое время Ариатель стоял столбом. Может, это чья-то дурная шутка?
Он вернулся к киоску:
— Скажите, вы не думали, что это… я не знаю… может быть, специально, чтобы заманить?..
— И сожрать?.. — скептически подняла бровки фея. — Столько усилий? — она снова надула пузырь и звонко им щёлкнула. — А хотите, вместе сходим? У меня всё равно смена закончилась, — феечка приветливо махнула подлетевшей такой же феечке, но сиреневой, и выпорхнула из киоска. — Пошли? Я Линди.
ТАМ, ГДЕ СОБИРАЮТ СВЕТ
Транспортировочная кабина выпустила их прямо около киоска с большой надписью «КАССА» (и ещё несколькими поменьше, в столбик, на разных языках). По магически подсвеченной решётке время от времени пробегали зеленоватые искры. Сразу за кассой начинался огромный зал, отделанный колоннадами, портиками и прочими разнообразными «архитектурными излишествами». Всё было покрыто сплошной светящейся сеточкой лишайников. Кое-где виднелись сборщики-гоблины, снимающие светящуюся поросль специальными совочками, похожими на строительные шпатели — и только с пространства между узорами и выступающими деталями. Получалось контрастно и красиво. За этим залом виднелся второй, а потом третий — нескончаемой анфиладой.
В кассе, за стеклом с полукруглым вырезом, сидел гоблин неопределённого возраста.
— Таки слушаю вас, молодые люди!
— Э-э-э… — растерялся Ариатель. А феечка просунула голову в окошко и протараторила:
— Мы по объявлению! Лишайники собирать!
— А, может, просто купить? — Ариатель увидел приближающихся орков, и ему стало не по себе. — И домой быстренько, а?
Совершенно зверский и свирепый по виду орк (на две головы выше его ростом) приблизился, навис и окинул посетителей цепким взглядом:
— Добрый день! Капитан Грэйв, к вашим услугам, — в мозг стучалось совершенно иррациональное ощущение поднимающейся на загривке шерсти. — Впервые у нас?
— Д-да… — Ариатель мысленно обругал себя за дрожащий голос, прочистил горло и постарался встать прямее. — Хотелось бы вот… краски, так сказать.
— Я смотрю, не для себя берёте, — кивнул капитан, видимо, намекая на то, что узоров у мастера не было.
— Нет, я, наоборот, — для себя. Но… Как бы это…
— Он рисует! — пискнула из-за его спины Линди.
— А-а, вы — мастер! — расплылся в клыкастой улыбке орк. — Расписываете по телу?
— Да, — разговор перетекал за знакомые темя, и Ариатель почувствовал себя более уверенно, — я мастер росписи и татуировок.
Услышав про татуировки, орки оживились. Из-за спины капитана Грэйва выступили ещё двое его подчинённых и начали бурно интересоваться: что, как и можно было бы…
— Господа, я бы с удовольствием пригласил вас в свою мастерскую, но, боюсь, охране города это не понравится.
Орки отошли в сторонку и начали совещаться.
— Ви можете-таки купить, — продолжил прерванный разговор кассир. — Сколько бы вы хотели?
Ариатель хотел сказать как обычно: двести грамм, но потом подумал, что нужно бы для начала прицениться.
— А сколько стоит?
— Четыреста серебряных монет.
— Ого!
Продавцы на рынке в Алаберне просили серебром по весу и фасовали лишайники в стограммовые кульки: сто грамм — сто монет, а тут…
— Ой, вей! Сплошной грабёж, — проворчал гоблин. — Ладно уж, берите десять килограмм, и я сделаю вам оптовую скидку, ведро за три тысячи серебра.
Не понял…
— Так, погодите, триста монет сто́ит какой объём? Или вес?
— А-а, я забыл, что ви у нас в первый раз. Триста монет — это примерно литр. Укладываем плотно, всё равно вы берёте для переработки, ведь так?
Ариатель согласно кивнул.
— Ну вот, в литровой банке килограмм и будет. Всё взвесим, не переживайте. У нас ювелирная точность!
Татуировщик титаническим усилием поднял с пола челюсть.
— Нет, для ведра у меня денег с собой нет, давайте килограмм. А посмотреть галерею можно?