Не все НПС попадают 3 (СИ)

Бруг помолчал.
— Я не знаю, как они были воспитаны, мой господин. За чужих орков я поручиться не могу.
Вот так вот. Понятно. Ну, что ж, в любом случае, на сегодня вопрос можно отложить, дня три-четыре сидения взаперти, скорее всего, необратимых зверств за собой не повлекут.
Проехавшись с выделенным отрядом на варгах вдоль лесопосадок и пообщавшись между делом на предмет незаметного проникновения в Модрор (несколько довольно занятных идей прозвучало, кстати сказать), Петька вернулся в замок, прихватив с собой и Хаарта. Хотел до кучи отряд орков в замок переместить, но подумал, что на защите посёлков они будут нужнее.
А Дрозд уже дожидается, чаи с девками гоняет.
— Итак, молодёжь, — с видом факира начал он, — сейчас будет феерическая разгадка нашей подозрительной истории. В момент, когда ты, Сёмыч, принял условия кольца́, баг какой-то произошёл. Точнее, для Сурамана — баг, а для тебя-то — фича. Короче, в этой конкретной точке все вариации локации как бы схлопнулись, что ли. Вы с Мариной оказались в центре, в точке наподобие глаза бури, знаешь?
— Ну да.
— Вот. А все прочие ветки: основную и несколько как раз временных квестовых — привело к тому же состоянию, что и вокруг вас.
— То есть — лагерь сожжён, охрана нейтрализована…
— А бабы — все — в твоей деревне с пирамидкой! — закончил Дрозд.
— Фига се…
— А ты думал — чего Сураман в шоке? Только что всё было зашибись — и на тебе, прикрыли конвейер послушных и бесплатных бойцов. Говорят, у них с Суароном ещё такие посёлки есть, но все они сильно меньше и не такие… — Дрозд пошевелил в воздухе пальцами, — продуктивные.
И тут в кухню влетела Яга.
  
20. СПЛОШНАЯ СУЕТА
 
НАЧАЛОСЬ!
— Петя! Началось! — глаза у Ягуси сделались огромные, на пол лица.
— Яйцо⁈
— Да!!! Скорее!
Вся компания — Дрозд, Марина, Петька, Зуримба и даже Хаарт — разом бросилась в распахнутые Ягой двери. В избушке стало тесно. Кот, завидев варга, одним махом распушился и сделался похож на гигантский чёрный ёршик. Горацио, напротив, сразу полез интересоваться — кто такой? Варг, завидев глянцево-чёрный подкативший колобок, с любопытством его обнюхал, нацелился облизнуть, и тут Петька, обернувшись, заметил такое нежелательное сближение и строго гаркнул: «Горацио — нельзя, свой!!!» Хаарт понял, что это чёрное — и есть тот страшный всепожирающий сыр, задвинулся в уголок и начал сидеть очень ровно.
Но это всё происходило на заднем плане, вскользь. А что было действительно важно — так это изменившиеся полосы на скорлупе, налившиеся огнём и превратившиеся в широкие ленты. И по центрам этих полос начали просматриваться угольно-чёрные трещинки.
— Так, а ну — подальше отступите-ка! — скомандовала Яга. — А ты, Петь, наоборот — ближе, ближе давай! Чтоб тебя первого увидел-то!
Скорлупа разогрелась и дышала жаром, почти как лавовая река в Ородраине. Петька успел подумать — что же делать, если такая высокая температура окажется для дракончика естественной? Летать тогда на нём точно не получится. Даже в жаропрочных штанах сядешь — сам-то сваришься! И тут, словно успокаивая его опасения, скорлупа стремительно потемнела, переходя все огненные оттенки от слепяще-белого к жёлтому, оранжевому, кирпично-багровому и, наконец, чёрному.
Звонко чакнуло, и на поверхности яйца появилась наклёвка.
— А!.. — хором вздохнули девчонки.
Трещинки зазмеились, стремительно расширяясь, и вот уже верхний кусок скорлупы отвалился с совершенно стеклянным звоном. Над сколом приподнялась головка, рассматривающая Петьку слегка осоловелыми круглыми глазками. Голубыми!
Это было так неожиданно, что Петька засмеялся и протянул руки:
— Иди ко мне, малышка! — почему-то теперь он был уверен, что вылупившаяся дракоша — девочка.
Нижняя половинка скорлупы качнулась и разломилась надвое. Дракоша, занимавшая до этого практически весь внутренний объём, изящно расправила хвостик, крылышки, перевернулась на лапки и, слегка встряхнувшись, поковыляла к Петьке. Она обнюхала подставленные ладони и забралась в них, явно признав его хозяином.
 
— А это вообще как? Одобрят? — с сомнением спросила Марина.
Дракоша была белоснежная.
РАЗРЫВ ШАБЛОНА
Петька, обнимающий малышку, почувствовал прихлынувшую ревнивую волну: как это — «не одобрят»? Зря, что ли, они все столько с яйцом носились? К тому же она такая милая… Казалось, что чешуйки на ощупь мягкие. Наверное, она подрастёт и это изменится, но пока дракоша на ощупь напоминала котёнка.
— Одобрят, — успокоил всех Дрозд. — Есть, ребята, такое понятие: «воля рандома», против него стараются особо не переть, ибо… чревато. Ну что, тёмный властелин, надо дать зверушке имя.
Петька посмотрел в голубые глаза и неожиданно для себя сказал:
— Нарекаю тебя Фрейя.
В избушке повисла секундная пауза, нарушенная бодро подскочившей Ягой:
— Ну, вот и ладно! Фреечка! Дай-ка подержать, пока маленькая…
Началась массовая суета и тисканье новорождённой. Дрозд, на правах старшего наставника (и вообще, пропустите ветеранов вирта вперёд!) принял малышку, оценил вес, летательные перспективы и зубастость и вообще выглядел с дракошей на руках как торжественный дедушка. Наконец он объявил, что на сегодня хватит с него хороших новостей, пора и честь знать — и отбыл восвояси.
Девки, у которых явно зашкалил ми-ми-митор, пищали и передавали Фрейю друг другу, пока Петька не намекнул, что время к вечеру, а они ещё в столовку сегодня обещали забежать. Глаза у Марины и Ягуси, скошенные в сторону Зуримбы сделались очень выразительные.
— Если хотите, пойдём вчетвером, — согласился Петька.
А смысл девчонку взаперти держать?
Из угла тихонько вздохнул Хаарт.
— Извини, друг, тебя я туда взять не могу, — Петька взял дракошу и подошёл к «живому уголку», — но для вас троих, парни, есть ответственное задание. Охранять вот эту юную даму.
Варг, кот и сыр обнюхали «даму» и сразу начали её «пасти».
— Ну, вот и славно! Пойдёмте, девочки.
В переходной кабинке он услышал, как Яга говорит Зуримбе:
— Идём в учебку, там только человеческий вид, — а та отвечает:
— Да-да! Я знаю! Учебный центр, только люди, всё прилично.
Петька ждал-ждал, но когда девки начали обсуждать причёски, не выдержал:
— Пойду-ка я, девочки. Думаю, мимо столовой вы не промахнётесь.
За столом сидела компания, все семеро. Петька подошёл ближе и увидел, что настроение, скорее, траурное. Сел:
— Здоро́во, мужики. Кого хороним?
— Меня, — скорбно ответствовал Оддгейр.
— Серьёзно?
— Да уж серьёзнее некуда, — подтвердил Саня. — Подставился наш викинг не по детски — помер при большом стечении народа, в присутствии нескольких родственников. Геройски, конечно. Но вопрос возвращения в отчий дом закрыт.
— Нет, можно выйти в тело одного из младших братьев, — неопределённо пошевелил пальцами Вольф, — бегают там несколько мобиков по двору, подрастают. Но это, сам понимаешь, новое имя, новая история, и, главное, — ты снова шкет.
Оддгейр горько вздохнул.
— Ну почему, — возразил Дэн, — можно же левую легенду взять, выйти сразу воином. Скажем, давнишним потерянным двоюродным братом. Но, опять же, сложности могут быть: по привычке ляпнешь что-нибудь или кого как бы незнакомого узнаешь нечаянно. Муторно, короче.
Викинг тоскливо замычал и положил голову на сцепленные кулачищи.
— А идеи начать сходную карьеру, но в другой локации у тебя не возникало? — Петька подпустил в голос такого нарочито вкрадчивого коварства, что Оддгейр невольно отвлёкся от своих страданий:
— Это ты в каком смысле?
— Сегодня я выступаю в некотором смысле как вербовщик. Есть несколько незакрытых вакансий. И есть возможность выдумать новые, если не найдётся подходящих.
— Утвердили⁈ — обрадовался Андреа.
Петька хотел сохранить покерфейс, но не удержался и довольно расплылся: