Романов. Том 16 (СИ)
— «Оракул», контроль, — прошептал я, и меня тут же отсоединило от робота, переключив к следующей копии.
Портал над площадкой, и пока предыдущий Дмитрий Романов ожесточенно, наплевав на собственные повреждения, разрывает клонов Вейшенга на куски отобранными у них же кинжалами, я почти приземлился за спиной настоящего Цао.
— Гори.
Буран, перебивающий звуки, не давал меня услышать или увидеть. А чтобы существовали его клоны, Цао теперь не мог себе позволить отрезать магию от вершины, иначе его копии бы развеялись.
Не долетев метра до китайца, мой робот взорвался. И я спрыгнул в уже собственном теле.
Обожженный взрывом, зажимающий глубокие раны, оставленные осколками робота, Цао катался по снегу. Боль не давала ему сосредоточиться для поддержания уже действующих техник, и тем более создания новых. Но он все равно сумел разглядеть меня, шагающего с заряженным револьвером в руке.
— Черт… — одними губами прошептал Вейшенг, прежде чем пуля разнесла ему череп.
Мой клон, управляемый «Оракулом», так и замер чуть в стороне, держа руки так, будто в них все еще есть трофейные кинжалы. Враги и оружие развоплотились, и теперь робот ожидал новых команд.
Я без сомнений снял браслет с запястья Хранителя Лью и, прежде чем надеть, тщательно протер его от крови.
Беда местных жителей в том, что они слишком опираются на магию там, где она совсем не нужна. Клоны Цао могли бы завалить меня толпой, одной своей массой раздавить. Я это предвидел, а потому и не пришел сюда лично с самого начала.
Роботов на Урале клепали быстро. И даже над их реалистичностью в условиях бурана можно было не трудиться. Волосы похожего оттенка, грубое подобие лица — и враг не отличит такого робота от настоящего человека. Некогда приглядываться и различать детали.
Конечно, если бы Цао не явился, чтобы поставить точку в моем существовании, план бы не сработал. Но я надеялся, что Вейшенг решит контролировать «источник магии», и не прогадал. Уж слишком соблазнительно было бы для Хранителя Лью избавиться от меня.
Убрав испачканный платок в карман, я нацепил браслет.
В голове тут же пронеслось освежающим ветерком знание о его возможностях и том, как ими распорядиться.
— Самоуничтожение, — подняв взгляд на робота, приказал я.
Клон разбежался и, сиганув с обрыва, взорвался в воздухе. Ремонтировать его сложнее, чем собрать нового. А так и следов не останется.
Бросив взгляд на тело у моих ног, я воспользовался браслетом, добавляя себе новую стихию. Огонь облизнул подношение, и пепел тут же смешался с новым падающим с неба снегом.
А я прикрыл глаза, перестраивая собственные возможности. Силовой купол Романовых окружил мое тело плотным коконом, оставив при этом достаточно места, чтобы мне хватило кислорода в герметичной оболочке родового дара. Открыв портал, я шагнул в него и тут же воспользовался контролем гравитации.
Давно я не бродил по поверхности Луны. И хотя это была другая Луна, и я был в другом теле, однако воспоминания нахлынули приятной волной. Гнева действительно не осталось.
У меня теперь есть семья, целый клан родственников, которые меня искренне любят и готовы идти ради меня на жертвы. И пускай я пока что не могу им всего рассказать, со временем они все же услышат правду.
Шагая к серверу «Хранителя», я поглядывал наверх, где крутилась голубая планета. Земля отсюда казалась слишком маленькой, чтобы на ней происходило столько событий и кипели такие страсти. Колыбель человечества казалась мирной и тихой.
Вход перегораживала дверь, имитирующая поверхность Луны. Заметить ее, глядя в телескоп, невозможно. Нужно точно знать, что ищешь, да и то не отличишь дверь от точно такой же стены кратера в паре сантиметров от входа.
Створка открылась, впуская меня в шлюз. Стоило войти, как за спиной дверь захлопнулась, а внутри заработали системы обеспечения. Да, создавался объект сингулярами, но — для людей. А нам, простым смертным, необходимы приемлемое давление и кислород, как минимум.
Когда процедура завершилась, и надо мной вспыхнула зеленая лампа, разрешающая проход, я открыл следующую дверь, приложив ладонь к кнопке. Створка отъехала в сторону, и я шагнул внутрь сервера.
Отсюда исходила вся магия. И теперь это мое наследие.
В отличие от лаборатории Роберта Лонгсдейла, которая была открыта для посещения, серверная «Хранителя» была такой же нетронутой, как и в тот миг, когда ее здесь создали.
Пройдя вдоль рядов одинаковых застекленных камер, в которых можно было собрать для себя новое тело, уже не на биологической основе, я полюбовался на интерфейс управления сервером.
Когда-нибудь я сюда еще вернусь. Но не раньше, чем доведу земные технологии до достаточного уровня, чтобы не зависеть от лунной базы сингуляров. Хотя, конечно, соблазн прямо сейчас обрести куда более совершенное небиологическое тело и был силен.
Но я не готов становиться единственным сингуляром на планете. Мне нужны мои люди, которые пойдут за мной. Ведь если бы я бросил свою семью, разве это было бы достойной платой всем тем, кто поддерживал меня всю мою вторую жизнь?
Я — Романов. И этим все сказано.
Эпилог
— Смотри, как красиво, — произнес я, держа Викторию за руку и поводя ладонью вокруг.
Княгиня Красноярская, уже перешагнувшая сорокалетний рубеж, но сохранившая свою привлекательность, с ужасом смотрела в открытый космос. Впрочем, за меня супруга держалась крепко, инстинктивно ища защиты от угрозы кажущегося безграничного пространства.
— Боже, Дима, это… — произнесла она, после чего повернулась ко мне. — Верни меня на Землю.
— Как пожелаешь, моя принцесса.
Я улыбнулся в ответ, и мы вместе переместились на полигон красноярского особняка, с которого я и воспарил с Викторией за пределы земной орбиты. Не сразу она отпустила мою руку, еще несколько минут княгиня Романова приходила в себя.
— О таких вещах нужно предупреждать, — заявила она, прижимаясь к моей груди лицом. — Я так испугалась!..
— Бояться совершенно нечего, дорогая, — погладив ее по спине, заявил я уверенным тоном. — Ты же знаешь, что я никогда и никому не позволю причинить тебе вред.
Виктория отстранилась и покачала головой.
— Ты ведь не просто так мне это показал, да?
Я кивнул и повел супругу по полигону. Мимо нас по периметру пробежали старшие дети — Алексей, Семен и Михаил Дмитриевичи Романовы. За каждым из них, чеканя ногами вытоптанную дорожку, двигались кандидаты в бойцы рода. В это время Василиса Дмитриевна смотрела за братьями, копаясь в песочнице, лепя куличики под присмотром няньки.
Много чего случилось за прошедшие годы. Но после усмирения мятежа в Поднебесной империи наступило мирное время. Европа окончательно погрязла в хаосе выяснения бесконечных прав на престол, Америка до сих пор периодически тонула в новых восстаниях.
Умерла своей смертью Корнелия, окончив эпоху Хранителей. Теперь артефакты были распределены по верным мне лично людям. И никакой глобальной угрозы для меня не осталось.
Мои биологические братья и сестры, как Милославские, так и оставшиеся в других семьях, все так же жили своими жизнями. Князь Соколов обзавелся семьей и детьми, обеспечив будущее князей Выборгских. У государя появилось четверо сыновей. Боярин Иващенко перегнал всех нас, и теперь в его роду было восемь человек, включая самого Ростислава Владимировича и Варвару Васильевну.
Василиса Святославовна, в честь которой мы назвали свою дочь, теперь возглавляла собственный род. Ее супруг, доктор медицинских наук из царских людей, к настоящему моменту успел зачать с ней пару близнецов и дочь.
Русское царство стало не только передовой новых технологий, но и островком стабильности. К нам стекались все, кто хотел жить спокойно и мирно. Ученые, ведущие специалисты — на Руси находилось место для каждого, кто был готов жить с другими в мире.
Так что я считал, что со своей задачей я в этом плане вполне справился. Наступило время позаботиться о себе и своих близких. А для этого я и показал Виктории космос.