Ангел-хранитель

— Доктор Мэтьюс, вы…
Алекс замялась, не решаясь вслух высказать свои опасения. В конце концов, не было уверенности, что медсестра в курсе всего.
Он благодушно похлопал ее по руке, мгновенно разгадав ее мысли.
— Милочка, ваш ребенок в полном порядке, — успокоил он ее. — У вас есть все шансы родить его благополучно и в срок.
Алекс перевела взгляд на трубки, прикрепленные к ее руке.
— А когда я избавлюсь от всего этого?
— Если все пойдет хорошо, то уже завтра. — Взяв ее за запястье, он посчитал ей пульс. — Гораздо лучше, чем вчерашний, когда вас сюда только доставили, и сильнее, чем даже всего несколько часов тому назад. А теперь посмотрим на мою работу. — Откинув простыню и сдвинув с плеча Алекс рубашку, врач осмотрел шов.
— Гм, подживает неплохо.
Открылась дверь, и в палату заглянул Джаред.
— Мне можно войти? — спросил он.
Алекс молча кинула на врача умоляющий взгляд.
— Входите, мистер Темплтон, — с добродушной улыбкой пригласил его доктор Мэтьюс. — У миссис Пейдж дела идут хорошо.
— Я в этом не сомневался.
Джаред вошел в палату с вазой, наполненной желтыми розами и кружевным папоротником.
— Ах, Джаред! — выдохнула Алекс, глядя, как он ставит вазу на столик у ее кровати. — Какие красивые!
— Не красивее тебя.
Не обращая внимания на то, что они не одни, он нежно поцеловал ее в губы.
— По-моему, у леди из-за вас подскочило давление. — Доктор Мэтьюс сделал в карте Алекс какую-то пометку. — Я к вам еще зайду попозже, миссис Пейдж.
— Зовите меня Алекс, пожалуйста.
— Хорошо, Алекс, я зайду ближе к вечеру. И не стесняйтесь, звоните сестре, если почувствуете боль.
Кивнув в сторону Джареда, врач ушел.
Джаред опустился на стул, где сидел всю ночь, и наклонился к Алекс, нежно обхватив ладонями ее лицо.
Она улыбнулась ему.
— Рада видеть, что ты съездил домой и немного отдохнул, — мягко сказала она, ласково проводя пальцами по его гладко выбритой щеке.
Его руки непроизвольно сжались.
— Алекс, ты хоть понимаешь, что могла погибнуть?! — с болью спросил он. — И ты, и наш ребенок могли погибнуть! Господи, что бы я без тебя делал?
Эти его слова сказали Алекс, кто для него важнее всего на свете. На ее глаза навернулись слезы.
— Я не могла допустить, чтобы он тебя убил, Джаред, — прошептала она. — И не потому, что это моя работа.
— Ох, Алекс! — простонал он, прижимаясь лбом к ее лбу. — Почему ты не сказала мне про ребенка? Ты ведь узнала эту новость довольно давно?
Теперь он уже смотрел на нее с глубокой укоризной.
Алекс кивнула и призналась:
— Я не знала, как тебе рассказать.
Он чуть отодвинулся и посмотрел на нее так, словно не мог поверить своим ушам,
— Например, просто объявить: «Джаред, у нас будет ребенок». Видишь, как это просто?
— Это у меня будет ребенок, — возразила она с прежней своей неуступчивостью.
Он улыбнулся, ничуть не обидевшись на ее слова.
— Я к этому тоже имел отношение, знаешь ли, — сообщил он ей.
— Это моя дочь! — упрямилась Алекс.
Джаред таинственно улыбнулся, кладя руку на ее живот.
— Давай не будем спорить, кто у нас родится — сын или дочь.
Алекс стала бы спорить и дальше, но неловкое движение вызвало приступ мучительной боли.
У Джареда исказилось лицо, словно и он испытывал эту боль вместе с нею.
— Позвать медсестру?
Она покачала головой и хрипло ответила:
— Нет. Я в последнее время отнимаю у тебя массу времени. И большое спасибо за цветы. Не считай только, что ты обязан сюда приходить. Я ведь знаю, сколько у тебя дел.
— Жаль, что ты так слаба и беспомощна, а то я бы с удовольствием применил против тебя несколько приемов дзюдо, — мрачно сказал он. — Усвой вот что, Алекс Пейдж: я нахожусь здесь потому, что хочу здесь находиться, а не потому, что считаю это своим долгом. Разве ты не знаешь, как много для меня значишь?
Он бы добавил еще что-то, но его прервал какой-то шум за дверью.
— Мне наплевать, кто вы такая, девица. Я пришел увидеть дочь и сделаю это! — проревел раскатистый голос.
— О черт! — застонала Алекс, закрывая глаза. — А вот теперь мне уже по-настоящему тошно.
 
Высокий, поджарый, темноволосый мужчина в мундире адмирала военно-морского флота решительно вошел в палату. Зеленые глаза, цветом удивительно похожие на глаза Алекс, безжалостно прошлись по Джареду взглядом, а потом обратились на больную.
— Довольно глупо было дать вот так себя подстрелить, — сурово проговорил он, подходя к кровати. — Вид у тебя отвратительный.
— Джаред, это мой отец, адмирал Теодор Хэйден, — сухо сказала она. — Папа — Джаред Темплтон.
— Так это вы, тот, из-за кого ее подстрелили!
Даже нормальный тон адмирала больше напоминал крик.
— Нет, я тот, кто заслонил бы ее собой, если бы знал, что случится, — ровным голосом ответил Джаред. Тем, кто его знал, такое нарочитое спокойствие говорило о том, что он начинает выходить из себя.
Алекс поудобнее устроилась на подушках. У нее создалось впечатление, что начинается спектакль, который доставит ей немалое удовольствие.
Отец повернулся к ней.
— Из-за тебя твоя мать находится на грани нервного срыва. Я сказал ей, чтобы она сидела в Вашингтоне и принимала свои транквилизаторы — все лучше, чем являться сюда и устраивать истерики. Я находился в Швейцарии на важной конференции, и позволь тебе сказать, что известие о твоем ранении вынудило меня все бросить и приехать сюда!
— Я уверен, что, встав на ноги, Алекс постарается загладить свой необдуманный поступок.
Голос Джареда буквально сочился ядом.
— Взрыв может произойти в любую секунду, — прокомментировала Алекс вполголоса.
— На флоте Алекс было спокойнее! — взревел адмирал. — По крайней мере там в нее не стреляли!
— Если не считать того раза в Пирл-Харбор, когда я помогала брать торговцев наркотиками, — сказала она уже громче. — Там свинца хватало.
Почему-то Алекс вдруг почувствовала себя значительно лучше.
— Помалкивай! — приказал ей отец.
— Адмирал Хэйден, советую вам не забывать, что вы находитесь в больнице, а не на палубе корабля среди курсантов мореходки, — ледяным тоном заметил Джаред. — Если вы не можете обращаться с моей невестой со всем должным уважением, тогда лучше уходите.
Адмирал Хэйден выпучил глаза, и лицо у него побагровело. У Алекс вид был совершенно ошеломленный.
— Алекс не из тех женщин, которых можно считать идеальными женами и матерями! — надменно проговорил адмирал.
Алекс быстро посмотрела на Джареда, взглядом умоляя его ничего не говорить отцу о ребенке. Ее уже тошнило от одного вида поединка воли, который шел между двумя мужчинами. Видимо, в результате потери сил после ранения она из-за беременности совсем ослабела.
— Если бы вы удосужились поближе узнать свою дочь, адмирал, то вы увидели бы, что с годами Алекс сильно изменилась, — хладнокровно сообщил ему Джаред. — И эти ваши крики отнюдь не способствуют ее скорому выздоровлению. Я уверен, что вы устали после длительного полета, так что я предоставляю в ваше распоряжение моего шофера.
С этими словами Джаред ловко выпроводил все еще хорохорящегося адмирала из палаты.
Алекс могла только бессильно лежать на подушках, стараясь не расхохотаться. Она и не мечтала когда-нибудь увидеть, как ее отца переиграют. Когда Джаред вернулся, она все еще посмеивалась.
— Бедняга Фрэнк! — При мысли о шофере Джареда, которому предстояло везти ее отца, она снова засмеялась.
— Ты уверена, что его не используют в качестве оружия морских десантников?
Джаред опустился на стул рядом с кроватью.
Алекс мгновенно посерьезнела.
— Джаред, я понимаю, что моего отца приветливым не назовешь, но зачем тебе было ему лгать?
Он недоуменно наморщил лоб.
— Лгать? О чем?
— О том, что мы якобы помолвлены.
— Но это так и есть, милая, — совершенно спокойно отозвался Джаред, а потом посмотрел на часы. — Дьявольщина! Мне через час надо встретиться с этими лондонскими банкирами! — Он встал, подошел к ее кровати и, нагнувшись, крепко поцеловал Алекс в губы. — Я приду к вечеру, любимая, — пообещал он тихо, лаская ее взглядом. — Будь умницей, слушайся врача — и быстренько отсюда выпишешься.